Включать в друзья этот журнал бессмысленно.
В друзья надо включать pavolga, я пишу там. Здесь склад записей и читка френдов.

Сейчас такая ровная круглая луна, что это, наверняка, просто кто-то прогрел пятаком глазок к нам.
*
На верхнюю полку я сложила блинным пирогом все небольшие книжки. Теперь каждый раз читаю сказку с хорошим концом, поднимаясь взглядом по их корешкам: Одна. День. Ночь. Изюм. Кысь. Двое. Ночь. Зима. Рубашка.
*
Я думаю, что когда пожилые люди улыбаются, то их морщины издают легкий шорох, который обычно производят веера.
*
В магазине видела парнишку узбека в одежде дворника, который застыл перед монитором караоке. Слова появлялись на экране, звучала мелодия, а он стоял и стоял, пристально смотря на буквы. Пел внутри себя.
*
На самом деле я как-то резко схлопнулась внутри себя (видимо, как тот узбек). Стала совсем небольшой, и мне слишком просторно, неуклюже стучусь о свои стенки, как оставшийся карандаш в пустом пенале. Если так дальше будет продолжаться, я стану внутренним своим гномом, берегущим сокровища. Засяду где-нибудь и буду сидеть. В печенках, не иначе.
*
Домой меня везло такси, и юноша водитель, забрав меня, сказал в рацию своему диспетчеру:
- Встретились. В пути.
- Счастливого пути, - радостно помахали из динамика.
Я почему-то расплакалась. А дома десяток сохнущих моих чулок и колготок ужасно похожи на табачные листья из Джека Восьмеркина, и пес проглотил половину зеленой прищепки.
*
Покупала в рекламном агентстве деревянные ручки, дали квитанцию, в ней написано "отпуск материалов на сторону".
*
Шла домой, формулировала, без дураков, смысл своей жизни. Подхожу, на двери белеется объявление и написано "Памятка жильцу". Ничего себе, думаю, как они Библию ужали.
*
На ботинках порвались шнурки, пошла покупать. Продавец армянин (судьба моя видимо) увидел, что я не могу выбрать длину, спросил "Сколько дырков?". А я зачем-то представила их как точки домино, сложила с обеих ног и сказала "Двадцать!".
*
Когда я смотрю на ожидающих оценок запыхавшихся, ослепительных молодых фигуристов в блестящих костюмах и пожилых, спокойных, неврзачных тренеров рядом с ними, все время думаю, что так и выглядят в паре мои поступки и мой здравый смысл. Облажавшийся пацан в перьях и грустный умный дядька.
*
По ночам я теперь слушаю собачье сердце. Кладу ладонь псу под живот, автор читает размеренно, что очень успокаивает.
*
Обсуждаем с Игорем, как он будет делать свою новую квартиру. Предалагаю ему ломать стены и устраивать прочие новаторства. - Нет, не сбивай меня, - требует, - я уже знаю, что я там хочу. Я придумал. Я хочу, чтобы у меня в комнате был журнальный столик.
*
В одном кинофильме герой на реплику о том, что все устроится лучшим образом, отвечает "Дай ты Бог, дай ты Бог".
*
Птицы сейчас пролетают прямо над головой ровно на такой высоте, что кажется, будто я кафель бассейна, а это пловцы стилем баттерфляй.
*
Женщины - это, конечно, обувь. Принимают и хранят содержимое, обнимая шнурками с маникюром и завязываясь на горле изящным бантом. А мужчины зато водят их, куда Макар телят не гонял, к едрене фене, к черту на куличики, ну и, понятно, называют всё это краем света.
*
Папа написал:
- Сказал себе: что-то я устал сегодня жить, и пошел спать на фиг.
- А я попить воскресала раза два, - отвечаю.
*
Купила тут поесть, гляжу - крабовое мясо "Адмиральское". Сначала было неудобно, что чужое, потом стало противно как комиссарское тело.
*
Про чудесного художника Гаго Рушаняна.
Я, конечно, запомнила не всё, хотя старалась. Поскольку язык ему не родной, а он в момент просекает все тонкости, я радовалась каждому слову, будто инопланетянин понял двусмысленность непристойного земного анекдота

Говорит с кем-то по телефону, рассказывает про последнюю выставку.
- Хорошая была, да-а. Кто выставлялся? Так... Кажелаев, Церетели, Рушанян. Ну последнюю-то фамилию я впервые слышу, знаешь ли...
*
При нем ругают чью-то невесту. И худая она, и ленивая, и глупая, и жадная, и некрасивая.
- Настоящий художник этот жених! Такой букет подобрал! - одобряюще собирает горсть воздуха.
*
Кормит меня блинчиками, ищет ножи-вилки, приговаривает: "Сейчас я найду тебе приборчик, приборчик ночного видения, ха!"
*
Кому-то в телефон: "Что, мне с 18-летней?! Нет, что ты, что ты - она молоком пахнет, боюсь ее!"
*
Директора музея Востока зовут Метакса. Я спрашиваю, откуда же она. Смеется сам себе:
- Она же эта...гречиха... гречанка!


*
- Я его прошу, пусть вернет мне картину. Я же вложился туда, я собой ее написал. Это же как рукопись, понимаешь, для меня. Рукопись, слушай! Писателям легче, все читают копии и не жалуются.
*
- Я знаю, я умею подбирать женщинам мужчин. Я сейчас тебе скажу, какой тебе нужен мужчина. Тебе нужен, тебе... нужен... Педиатр!
*
- Общаться запросто с великими нельзя, их надо уважать. А так... это как мазаться их тенью. А, как я сказал? - задирает подбородок, - ты пиши.
*
- И этот человек упрек меня в том, что я ушел!
*
Пьет настойку, предлагает нам:
- Хотите объединиться?
Потом, с рюмкой:
- Вот я приподниму за вас, можно? Штангист приподнял тост, ха!

А краску на палитру он давит неизменной витой башней собора Василия Блаженного.
*
Кто-то поздравил его смской с днем защитника отечества.
- Смотри, что я сейчас отправлю в ответ - "Мэээ!", - делает презрительное лицо.
- Поймут тебя, думаешь?
- Ну это мне вообще-то все равно... А если подумать, я правильно написал. Так блеют козлы. Козлы - это жертвенные животные всегда были. Ну, и кто по-твоему защитники, как не они?
*
Прочитал про моего папу, ему понравилось. Вдруг спрашивает:
- А он что, правда такой?
- Какой такой?
- Ну... он же наверное у тебя высокий. Разве большой человек может таким быть?
*
Знает, что я про него написала, очень хочет прочесть, а я никак не доеду. Каждый день просит привезти распечатки и интересуется отзывами.
- Гагик, ты как маленький ребенок, любопытный очень.
- Нет, просто ростом маленький, а ребенок-то я всегда.
*
Он, у которого в мастерской, где он сейчас и живет, нет никакой техники вообще, ни холодильника, ни чайника, вдруг спрашивает меня:
- А у тебя телевизор большой?
- Нет, Гагик, маленький.
- Что, на большой денег пожалела?
*
Договариваемся с Сережей, я говорю, что утром я буду у Гаго и занята поэтому.
- Что, утром ты будешь ого-го?!
*
Сережа в столовой видел анекдот. Повар крикнула вглубь кухни:
- Вера, столичный с курицей, французский с собой!
*
Если люди зажигают, значит это кому-нибудь можно.
*
Позвонил отец, сказал, что надо было верить нашей бабушке, насчет того, что все мечты так или иначе сбываются.
- Твой брат мне сообщил, что завтракает в Женеве. И уточнил: "Папа, ты слышишь эти звуки? Да, здесь по утрам играют на арфе". Я спросил, что он себе заказал, а он ответил: "Всё, что захотел".
- И что, скажи мне, как именно сбылись твои мечты? Так или иначе?
- Не знаю, дочь. Я иду по полю, тут голубое небо, черная собака и белый конь.
*
Пока стригла псу шерсть на лапах, вывела себя на чистую воду. Я говорила ему:
- Ты хороший, ты лучше всех, ты красивый, умный, ты всегда меня слушаешь".
*
Сережа скучает на каком-то суточном совещании и шлет оттуда смс:
- Вчера в русско-народном ресторане мне налили морс с горкой и попросили: "Отхлебните, сударь...".
- Придумал - Маркиз Де Сант.
*
Рассказали, что существует коктейль "балтийский чтототам", когда совмещают кокаин и водку. Вот, говорят, люди это принимают и идут работать. Кем? - вдруг мягко светлеет Вовка, будто он сейчас, наконец, всё понял, как тот Пуаро на последних страницах
*
Почему меня никто не предупредил, что тупик, это не одна известная дорога и три стены, а много неизвестных в голом поле?
*
Мама, наигравшись с псом, устало успокаивает его:
- Ну что ты всё от меня хочешь? Продолжения банкета? Иди вон к Оле .... банкуй.
*
Чуть не расцеловала вчера румяную официантку. Я всё не могла выбрать водку в меню и в результате смирилась:
- Да ладно, хрен бы с ней с водкой...
- И с медом тогда.
Натурально принесла хреновуху с медом.
*
Раз в месяц мне звонит со всякой ерундой рекламное агентство "Привет". Я клянусь, их девочка теперь берет паузу после представления. Минутка смеха.
*
С Сережей делаем попытки изменить свое решение, у меня в голове практически разворачивается танковая дивизия. Очень ржавая. Вчера была годовщина свадьбы, говорю ему, ну что, мой боевой товарищ...
- Да, твой бой френд!
*
В сувенирной лавке продается набор из 365 презервативов. Я подумала, что у меня нет ни одного знакомого мужчины, которого можно этим подарком оскорбить.
*
То, что детство кончилось навсегда, я поняла в тот день, когда имя Шахерезада показалось мне дважды неприличным.
*
Решили вдруг перенести все магниты с торца холодильника на его дверь. Ее поверхность теперь такая сложно фактурная, что пока рассматриваешь, забываешь, что хотел достать. В левый верхний угол Сережа приладил две пряничные керамические звезды.
- М-да, так себе внутри, значит, сервис, не очень там условия...
- Нет мини бара и вообще двухкомнатная температура воздуха!
*
По случаю затяжного бронхита следы от горчичников не успевают проходить. С двух моих сторон теперь ровные клеточки, и по выбору можно играть в шашки, шахматы или морской бой. Но лучше всего меня подкидывать, как кости, и, если договориться, я буду выпадать спиной, там у меня шесть.
*
Выражение "откладывать яйца" мне стойко представляется в виде чуть смущенного мужика, осторожно снимающего с колен какую-то коробку и отставляющего ее в сторону.
*
Видели номер на машине 666 ХВ 99. Наступит пасха и всё будет хорошо.
*
Спрашиваю у Наташи, показывая на одного из трех пестрых котов:
- Это у вас он или она?
- Она, - отвечает, - они у нас тут все они.
*
Гаго рассказывает Оле, как ему нравится ABBA.
- Это же классика, понимаешь. И женщины такие красавицы. Ах, как я был влюблен в брюнетку! А блондинка там не очень мне нравилась, какая-то ненастоящая, а вот брюнетка! Или блондинка, погоди. Точно, блондинка мне нравилась. Или наоборот...
*
- У тебя на спине скоро вырастут маленькие зимние дворники.
- Что, дышу с хрипами, как сгребают снег?
- Нет, лопатки уже пробиваются.
*
В инструкции к никону объектив рекомендуют протирать мягкой сухой трыпочкой. Сразу после маленьких зимних дворников наверное.
*
В понедельник папе стукнуло 60. Поздравляю, отвечает мне:
- Да-да, спасибо. Братец твой звонил. Вместо того, чтоб заняться оформлением моей пенсии, эта сосиська сейчас в Баден-Бадене.
*
Потрясение или шок мое сознание воспринимает как что-то огромное, сильно превосходящее его собственные размеры, но, несмотря на это, непременно старается вобрать в себя всю эту махину, иногда просто натянувшись на нее. Как обезумевшая туфля Золушки пытается обнять толстую пятку мачехи, как удав жрет шляпного слона. И потом, раздутый, долго лежит, замерев, и ничего больше не может. А если спросят, выпалит, сжав рот "нет, не жрал" или "само пройдет".
*
Сейчас на улице праздничный пирог. Фонари - свечи горящие, голые деревья - потухшие, одинокие следы - дырки от вынутых. Боженьке до хрена лет.
*
А поспорил бы ты, собрав брови, на сборах по многоборью.

*
Проверяю Сережину левую ладонь на предмет талантов. Мне сказали, что если там есть крест, то всё в порядке.
- Вот, - говорю, - у тебя тут много, но какие-то они мелкие. А у меня, смотри, один, но какой большой талант!
- Был... - перечеркивает воздух крест-накрест Сережа.
*
Перечитываю в который раз Санаева "Похороните меня за плинтусом". Его, маленького, в книге так много обижают, что мне неудобно браться, всё кажется, пока книга стоит на полке, они там замерли все и ему можно передохнуть.
Из жалости решила посмотреть кино "Последний уик-енд" по его сценарию. Радует одно, бабушка Санаева умерла задолго до фильма, и он счастливо может дожить до старости. Книжку я теперь достаю смелее, читаю не без удовольствия расправы.
*
Приятно было бы стать полузолотой рыбкой. Все уметь, как сказочная, но быть немой, как обычная.
*
Луна сегодня это очень умеренное и аккуратное солнце. Не слепит, дает себя рассмотреть. Не Бог, икона.
*
::бразер::

Чтобы встретиться с ним, приходится созваниваться за день каждый час, потому что у него катастрофически меняются планы. Он застревает в пробке, и я, уже расположившаяся в кафе, собираюсь и переезжаю в другое, в то, что ближе к его затору. Наконец вижу Сашу, сияющего, в пиджаке и треуголке. Заходим выпить кофе, и начинается.

- Девушка, скажите, вы принимаете евро? Нет? А обмен валют здесь есть рядом? Не знаете? Дорогая моя, ну что вы все мотаете головой, вы должны кивать "Да, нету", "Да не знаю", чтобы у меня осталось от вас чувство подтверждения всех моих капризов!

- Мою фотографию напечатали в "Комсомольской правде" и это совсем не так радостно, как ты сейчас улыбаешься. Я сначала думал врать, что, мол, не я, хотя там указана моя фамилия, но потом увидел и понял - не выкручусь. Кривится, читает - "правнучка Брежнева и фотожурналист Александр Павлов", черт, универсальное палево для работы и дома.

Я с мольбой отдаю ему кофр с Никоном, прошу просвещать. Что-то объясняет, нажимает кнопки, оживляется, потом видит пятый утонувший во мне без ответа вопрос и ласково говорит:
- Нет, мать, похоже тебе и инструкцию-то к нему рано читать, возьми для начала какую-нибудь тоненькую книжку для фотолюбителей.
Угу, популярную брошюру о вреде алкоголя.

Отдаю ему отцовские документы для оформления пенсии:
- Вот тебе папочка для папочки.
- Смешно. А я вот волнуюсь сэвакуировали там мою машину или еще нет, я встал плохо.
- Эвакуировали, эвакуировали, да не сэвакуировали!
- Вот опять смешно.

Полгода он рассказывал мне анекдоты про блондинок, вчера вдруг разразился серией про Красную Шапочку.
- Что это у тебя за смена репертуара, или шапка блондинка была?
- Кстати вопрос, хотя, наверное, блондинка, смотри есть анекдот в тему:
"Встречаются волк и Красная Шапочка. Она ему и говорит:
- Привет волк, я - Красная Шапочка.
- Какая же ты Красная Шапочка, ты дура!
- Ой, дура я, дура! Шапочку забыла надеть!"

То есть, без шапки сразу видно, что дура.

Рассказываю, что папа велит нам с мамой на присланные специально деньги покупать себе подарки к праздникам. К 8 марта я купила гели для душа и докладываю ему об этом.
- Гели? Какие?
- Апельсин с ванилью и чай со льдом.
- Не понял, в смысле их можно есть?
- Нет, но можно нюхать.
- А, вот, помню, в молодости у меня была девушка, она вместо духов обсыпалась ванилью. Было вполне аппетитно. Господи, какое счастье, что мне лет много и меня не волнуют женщины, сколько ж уходило сил на это сомнительное удовольствие. Мне вот кота жалко сейчас, всю ночь как на работу шляется, приходит измученный, грязный, в репьях. А до 60 ему еще пилить и пилить.

Саня вдруг не смеется, а улыбается понимающе грустно. Котская мужская жизнь...
*
На Дмитровке вплотную к ресторану "Левша" будка ремонта обуви.
*
По всему метро висит девушка в платье с узором из схемы веток и станций. В районе горла у нее "Дмитровская". В смысле "вот уже где она мне"?
*
Реклама какого-то банка, пишут: вклад "Ушаков", вклад "Ломоносов". Удачно раскошелились ушаки и ломоносы, мелькает.
*
Когда говорят "материнская плата" я всегда представляю отчего-то усталую Богородицу.
*
Магазин одежды, распродажа, слоган "четыре шага к весне", дважды друг за другом нарисованы следы от ступней босых ног в позиции пять минут двенадцатого (или покойника). Интересные четыре шага, скорее два прыжка.
*
Детские витамины "Джунгли". Как у Ивана-дурака волшебная расческа - швырнул, и между тобой и родителями с кашей - лес густой. И много диких обезьян, разумеется.
*
В учебнике по фото раздел "Выдержка и нерезкость". Спокойно, Ипполит, спокойно...
*
Анонсируют фильм "Ангел - А". Прочитала как про коллектив - господа ангела. Крикнуть бы в воздух: "Эй, имейте честь, любезные!"
*
Вовка утверждает, что сегодня на Яндексе обещали плюс ноль градусов. Оптимисты.
*
Ей-богу, видела книгу "Фотография для фотографа среднего уровня".
Это в смысле "воду - матросам"?
*
Сегодня обострение у всего живого. На этикетке чилийского вина то ли тяни-толкай, то ли двухголовая такса. Любезный Алекс прислал из Канады открытку с зеленым ослом на марке (причем она датирована апрелем). А мои тюльпаны вдруг раскрылись бесстыжими спутниковыми тарелками.
*
Новый мальчик в Кофе Бине так задорно и гордо кричит "ваш пирог готов", будто только что исполнил сальто, вроде циркового "Ап!" у него получается.
*
Банки марки "Дядя Ваня" хорошо открывать при стрессе. Там на крышках бородатая голова в кепке, стольким дядям можно бошки свернуть.
*
"Здравствуйте, меня зовут Юнона. Авось я вам пригожусь".
*
Один гражданин упорно записывал фамилию моей мамы как Петрова. На днях ей надоело терпеть, и она спросила у него:
- Позвольте, я ведь Павлова, как вам удается все время путать?
- А, черт... Не могу запомнить, что вы - Петропавловская крепость наоборот, - вздыхает.
*
Мы ехали в лес, пес нервничал, и лез с заднего сидения Сереже попеременно то в правое , то в левое ухо.
- Смотри, - говорю, - у тебя теперь стерео.
- Да это какое-то истерео...
*
Пила чай и читала вслух Бродского. Пес устроил истерику, визжал и скулил. Я никак не могла разобрать это браво или бис.
*
У меня есть чувство вины. Особенно хорошо я разбираюсь в красной сухой, а белую полусладкую знаю хуже, но симпатизирую и ей.
*
Саша подарил мне каменного слона, внутри которого есть другой слон и его видно через дырки. А снаружи по краям снизу еще 6 мелких слонов. Я уверена, что эти шестеро и есть пионеры ультразвука беременных. И это им памятник.
*
Есть у нас негрустин и зовут его аванс.
*
А этот ваш март довольно скользкий тип!
*
Код моей двери 25 бакинских комиссаров и 48 попугаев.
*
Торопилась на работу, казалось, что я в подземке несусь, как рисованный крот из чешского мультфильма - вспахивая землю, и все дома, машины и люди на минуту оказываются на гребне волны из подтаявшего снега.
*
В супермаркете скидки, если ты делаешь покупки в свой день рождения. Паренек оплачивал четыре торта, кассир улыбнулась:
- Что, день рождения? Валь, у тебя ключ с собой? Организуй гражданину праздник.
*
Звонил Гаго, меня не застал. Мама вечером передала:
- Тебя искал художник из одних гласных букв.
*
Очень жаль, что скоро все поснимают свои вязаные шапочки. Я больше не смогу подрисовывать сверху чуть скошенные кресты, окончательно превращая головы в купола, и гадать, какая там роспись изнутри. И не заброшен ли храм, есть ли там царь.

Я была довольно странным ребенком. Странно, что ход моих мыслей и поступки не беспокоили моих родителей, возможно, они просто часто оставляли меня в одиночестве и потому замечали мало. Если припоминать мое детство и рассказывать им эти истории, думаю, они будут благодарны мне, что я делаю это только теперь, но послушают с большим интересом. Мне и самой очень нравится вспоминать, какая я была хорошая, но совершенно сумасшедшая девочка.


*
Одним весенним утром я села в кровати и поняла, что больше не могу выносить этот каждодневный повтор действий. Умываться, одеваться, есть, идти в сад. Вдруг стало больше невозможно быть лошадкой в карусели, захотелось стать свободным и упрямым ослом. Который отчетливо заплакал родителям, что больше ничего не хочет делать, и будет сидеть дома, хоть они оба лопнут. Папа и мама очень меня любили, потому не стали хлестать меня прутиком и понукать, а уговаривали пожалеть их. В конце концов, они оба убежали на свои работы, а меня под мое честное слово, что я не утоплюсь в ванне и не выпаду в окно, оставили дома одну. Не представляю, как они решились.
Я пошаталась по квартире и очень скоро заскучала. В окно мне было видно веранду детского сада, где как раз гуляла моя группа. Я надела пальто, и пошла к ним общаться. Удивительно, как прекрасно было видеть моих приятелей за решеткой.
Мама и папа, конечно, не смогли долго представлять мою мучительную смерть и прибежали домой очень быстро. Там они нашли распахнутую дверь и меня неподалеку от дома в распахнутом же пальто и папиных тапочках.
*
Дедушка с тетей жили недалеко от нас, в получасе трамвайной поездки. Около года я жила у них, потом мы часто к ним ездили, и дорогу я знала хорошо. В один из дней мама собралась туда в гости, а я закапризничала и ехать отказалась. Но спустя пару часов поняла, что нестерпимо хочу ко всем ним, которые там наверняка едят торт. Лет мне было около восьми, поэтому никаких своих денег у меня не было, зато ключ от двери был. На улице я дождалась нужного трамвая и поехала без билета. Но к четвертой остановке мне стало ужасно противно, что я еду зайцем, страшно, что сейчас поймают и очевидно, что этого напряжения я больше не могу выносить. Выскочив, я прошла остаток пути пешком, и вся растрепанная, в пыли дошла до дедушки как раз к моменту, когда мама уже прощалась в дверях. Все, причитая, на радостях уселись опять пить чай. Мне дали торт, умыли и заплели косы.
*
Телефона у нас дома не было, и я ходила звонить к соседям. Меня охотно пускали в три квартиры, и я выбирала, к кому пойти, кидая фишку от настольной игры на лестничной площадке - к чьей двери ближе упадет. Если мне надо было позвонить пять раз и все пять раз выпадала одна и та же квартира, я все равно шла в нее. Теперь я вспоминаю, что у всех дверей были глазки и, скорее всего, все мои балетные па были хорошо видны.
*
В нашей двери глазка не было и поэтому полагалось спрашивать "кто?". Однажды я, дожидаясь маму, увешавшись всеми ее бусами и клипсами, прогуливалась от кухни до комнаты. В дверь позвонили и на вопрос "кто?" ответили "проверка газа". Я сняла все бусы разом, кинула их в угол к стойке с обувью и открыла дверь. В кухню протопала женщина, наклеила над плитой комикс о том, как правильно жить рядом с газовой плитой и ушла. Вечером мама оторвала наклейку, а к выходным обнаружила все свои бусы в зимнем сапоге.
*
Как-то раз я и молодой муж соседки Люды битый час пытались открыть стеклянную банку с селедкой, которой мне приспичило поесть, а добыть я ее не сумела. Муж взмок, покраснел и очень разозлился, но крышка так и не поддалась. Теперь он живет в соседнем подъезде, и изрядно полысел.
*
Моими главными обязанностями были три вещи: носить белье в прачечную (его складывали в спортивную сумку и наши соседи были уверены, что я все детство прозанималась в секции, очень удивлялись, когда я выросла никем), выносить мусор и ходить в овощной. В тот день надо было идти за картошкой. Возле дверей магазина нагло лежали три рубля. Вместо того, что бы их взять, я прошла мимо с надменным лицом и мыслями "это наверняка кто-то подбросил и сейчас, если я возьму, все станут смеяться". Но картошку я покупала стремительно и сильно волновалась. За время расставания со мной трешка почему-то скинула ложный стыд, и я поспешила с ней воссоединиться. Но в дверях увидела как самые противные толстяки двора - мама с сыном сияют, и пухлая рука мамы уже застегивает молнию сумки. Все упущенные возможности я с того дня представляю как сияющих толстяков.
*
Как-то я победила в одной смешной книжной игре, и в награду меня отправили в пионерский лагерь Артек. Там за 40 дней я повзрослела в целом года на 4, и из них первые полгода пришлись на день экскурсии в рубашечный цех прачечной. Нам полагалось ходить в единой форме, а раз в неделю нам меняли рубашки, которые здесь стирали, гладили и складывали. И пришивали оторвавшиеся пуговицы. Нас всех усадили за длинный стол, привезли контейнер с рубашками, а посредине установили огромный таз с пуговицами. Я не пришила ни одной, а всё сидела и смотрела, смотрела, осознавая космос человеческой жизни. Таз пуговиц, завод рубашек, и, может быть, даже я не уникальна.
*
Английский язык в нашей школе преподавали из рук вон плохо, учительница была лирической измученной женщиной, разводившей кокер-спаниелей, и никогда не проверяла наших знаний. Когда в домашнем задании от меня потребовалось сделать утвердительное предложение вопросительным, я просто переписала его и поставила в конце знак вопроса. Так я упражнялась довольно долго пока в мою тетрадь не заглянула мамина сестра - переводчик с английского и испанского.
*
В третьем классе в нашей школе обвалилась крыша, и нам пришлось учиться в две смены в здании чужой. Когда выпадала вторая смена, мы с приятелем по утрам играли на стройке, потом обедали у кого-нибудь из нас, переодевались и шли на уроки. Однажды я забыла надеть форму и явилась на уроки в ярко красном шерстяном комбинезоне, у которого был пояс с кисточками и голова Дональда Дака на груди. Просто вошла в класс, и внезапно стало тихо, как в цирке перед смертельным номером. Приятель, конечно, видел, как я иду такая яркая среди всех темно синих и коричневых. Я не убила его только потому, что решила, будто бы он любовался.
*
Согласно теории о проекции, если ты заподозрил, что в тебя кто-то влюблен, то скорее всего ты сам ему симпатизируешь, но признаться в этом себе не можешь. Конечно, еще бы, Ваня был толстым двоечником, но я была уверена, что он не сводит с меня глаз. И вот однажды на уроке истории учительница заметила, как он что-то прячет в портфель, и потребовала отдать это «что-то» ей. Он покраснел, еще глубже запихал свою тайну и ушел в отказ. Я решила, что там, конечно же, моя фотография или любовное письмо ко мне, и сейчас наш позор откроется. А вот и мы, скачем в изгнание на вороных конях, а в след нам смеются самые красивые девочки нашего класса. Я выбежала из класса, но в портфеле оказался зачитанный самоучитель по самбо.
*
В родительском комитете нашего класса было несколько активных мам, которые мечтали о дружном детском коллективе, о, увиденных в кинофильмах про школы, клубках отношений и событий среди сверстников. Но дети мы были вялые, совсем не дружили и никакой особенной залихватской жизни не вели. Вести ее нас заставляли, устраивая нам огоньки и чаепития в кабинете истории под магнитофон. Предполагалось, что мы узнаем друг друга ближе, захотим общаться и завеселимся, как миленькие. Я ненавидела эти вечера, мне хотелось поскорее уйти и спокойно дочитать те шесть книг, которые надо было возвращать в библиотеку через неделю. Но идти было надо, тому же полагалось приносить какие-то сладости к чаю. В тот раз мне, скорее всего, забыли оставить денег или я не подумала их попросить, но нести мне было нечего. Я нашла два пакетика смеси для заварного крема и решила, что это будет отличным решением. Когда белесая, вязкая с комками субстанция была готова, я разлила ее по банкам из-под растворимого кофе и пошла соображать, что бы такое надеть на себя. Нарядные девочки и смущенные мальчики выкладывали на стол пирожки, торты и конфеты, а я выставила две банки своего заварного крема. Меня никто не спросил что это, и, разумеется, не попробовал. Я унесла крем домой, он остыл и затвердел, потом его, вероятнее всего, выкинули. Нет-нет, точно выкинули, я полвечера вместо чтения про дружных югославских школьников отмывала банки.
*
У меня было три рубля и папин день рождения завтра. Я бродила по магазинам и выбирала подарок. После долгих размышлений я преподнесла ему – художнику, не снимавшему джинсы и свитер, не ходившему ни на какую работу, внезапному и непредсказуемому как траектория сухого листа на ветру, так вот, я подарила ему пару запонок. Изумрудной пластмассы в виде двух солнц. И он хранит их до сих пор в так и неоткрытой коробке.
*
Сегодня мне исполнилось три года, мне подарили платье с рисунком из воздушных шаров и пластмассовый чайный сервис, я уже лежу в постели и засыпаю. Внезапно меня охватывает не просто страх, а ужас, я вдруг представляю, что мне скоро предстоит рожать ребенка. А я знаю, что это очень больно. И не рожать нельзя. Я проваливаюсь в пропасть, меня будто бы засасывает в какую-то дыру. Но тут в голове тихо говорят «Это будет еще очень не скоро. Не сейчас. Не завтра. Спи». И я засыпаю. О том, откуда берутся дети, кто кого рожает и как это больно, я узнаю, как и все дети, только годам к девяти.
*
Меня опять отправили в овощной магазин за картошкой. Но в тот день ее, упакованной по бумажным пакетам, не оказалось, а оказалась только в развес. Надо было кричать в окошко, сколько килограммов тебе нужно, и из большой трубы сыпались картофелины. Я понятия не имела, как выглядит килограмм, и сколько их просила мама, поэтому, когда подошла моя очередь кричать, я просто повторила, то, что кричали передо мной: «Милай, семь кило давай!». И окна высунулась голова, поискала меня глазами и, найдя, переспросила. Молчащей мне насыпали полную сумку. Поднять я ее не смогла, а до подъезда доволокла по земле, потом с балкона меня заметила мама.
*
Мне очень хотелось иметь наручные часы. Разумеется, время меня не интересовало, я совсем не умела его определять по стрелкам. Мне нужно было делать этот жест со взмахом руки, и чуть отодвигать рукав. Часов не было, и я целый вечер, гуляя с собакой, как только видела прохожего, взлетала рукой. А когда я запомнила какую-то очень взрослую фразу, то простояла полдня в телефонной будке и говорила ее гудящей трубке, если мимо кто-то шел.
*
У нас была психованная соседка с верхнего этажа. Она постоянно ругалась, выдвигая какие-то безумные претензии. Их было много, но дольше всего она доставала моих родителей по поводу засохшей полыни. Дескать, трава валялась на нашем половичке, а мы ее перенесли к ним на этаж. Папа, выслушав в сотый раз эту историю, вскипел и обозвал соседку параноиком, сказал, что ничего безумнее он в жизни не слышал. Он кричал: «Как вы себе это представляете? Моя жена, я или дочь поднимают с пола это ваше сено, поднимаются к вам на этаж и кладут его вам под дверь?!». Собственно, да, его дочь так и поступила. Но я, как и папа, крутила у виска вслед этой ненормальной бабке.
*
Маша подошла ко мне после уроков и сказала: «Пошли вечером с нами просить деньги». Я согласилась, ничего не уточняя. После уроков мы начали работать. Задача была получить у прохожих две копейки на «позвонить», и мы были уверены, что то, чем мы занимаемся – настоящий труд, вполне честный. Мы подсчитывали суммы, складывали монеты и рассуждали, как хорошо, что мы сможем купить себе игрушки, не требуя денег у родителей. Через пару вечеров у нас уже была теория, как и у кого просить правильно. Отлично выходило с одинокими мужчинами и молодыми парами, неплохо с девушками. Они ничем не интересовались, отдавали деньги сразу без разговоров. Самый атас был с одинокими тетками, они сразу хватали за руки и спрашивали, что случилось, где мама и куда нас отвести. Ужасное случалось, если кто-то промахивался, обманувшись модной шляпкой или туфлями, и со спины принимал старушку за молодку. Бабушки немедленно собирали толпу людей и причитали, чуть не рыдая. Но не о нашей голодной судьбе, а про нравы, государство, дом и школу. Мы не успели собрать даже рубль, как нас замели чьи-то родители. Мама нашего одноклассника попалась нам за вечер дважды. Мы ее не узнали, стало рано темнеть.
У родителей был шок, в школе был показательный процесс, нас не приняли в пионеры. Потом все забылось и я стала даже кем-то в совете дружины.
Но я уверена, что если бы я попала в какую-нибудь настоящую бродячую стаю, в банду, в компанию к хулиганам, я бы прекрасно там освоилась. Не потому что я агрессивна или склонна к преступлениям, нет, я просто пошла бы за компанию. Легко вписалась бы и мастерски растворилась, приняв все нормы и правила, жила бы всей их жизнью. Как с нищими, так бы и в свите короля. Так бы и самим королем.
*
Несколько недель я дружила с хулиганками. Лена и Зоя позвали меня с собой дойти вместе от школы. Через несколько часов мы пришли все вместе ко мне домой, где я выгребла из холодильника всё, что там было, достала все праздничные мамины платья и драгоценности. Втроем мы переодевались, пили чай и плясали под пластинку с ритмической гимнастикой. Мама нас так и застала, в бусах и туфлях на каблуках, с творожной массой с изюмом в блюдцах. Был большой скандал, потому что вечером мама не смогла найти рубиновый перстень бабушки. У Зои была мама алкоголик, у Лены был сидевший папа, а девочки утверждали, что они ничего не брали. Кольцо потом нашлось, у всех попросили прощения, а меня решено было отправить на продленку, ибо без контроля в доме меня было держать опасно. На следующий после этой истории день я сожгла кастрюлю, оставив ее на огне и сбежав к подружке на второй этаж, клеить переводные картинки. Польские, кажется.

*
Во втором классе я решила брать в библиотеке книги только о Ленине. Я была уверена, что меня очень сильно будет хвалить библиотекарь, что дома все поразятся, сообщат в школу, выяснят какой я правильный на самом деле ученик. Никто не сказал мне ни одного слова, и я перестала. Вообще обычно мне не хватало положенных пяти книг за один раз, и те, что были редкими и могли в следующий раз быть на руках, я прятала в разделе спорт. Я уже тогда понимала, что надежды встретить читающего о спорте штангиста или бегуна ничтожна.
*
Были каникулы, меня позвали в кино, а я вдруг не смогла найти ключ от двери, которая у нас принципиально не захлопывалась, иначе я бы провела полжизни на лестничной клетке. Идти хотелось страшно, запасного ключа не находилось, и я придумала выход. Я решила, что если я закрою дверь на бумажку (для плотности) и предупрежу соседа дядю Юру, что у нас никого нет, и пусть он последит, то все будет очень хорошо. Трус дядя Юра попросил меня сначала позвонить маме, и она проявила чудеса мастерства психолога при беседе с самоубийцами или террористами. Она удерживала меня на телефоне, пока не стало поздно идти в кино. Потом она спрашивала меня, как же это я не боялась уйти и оставить дом открытым, а я никак не могла понять, на фига нам тогда сосед дядя Юра, который регулярно лежит пластом перед нашей квартирой пьяный, если он не может даже посторожить дверь. Всё равно он там лежит.
*
Мама повезла меня в Сочи. Рассказала мне про тамошний фуникулер, будто бы это лестница, которая едет вверх. Она, конечно, перепутала с эскалатором, а я в первом же подъезде встала на первую ступеньку и не желала идти дальше, пока мне не пообещали кабинки в воздухе. Доотдыхав и потратив все деньги, мы сели на поезд домой. Меня надо было как-то довезти до Москвы голодной, потому что последнюю мелочь мама высыпала на тумбочку хозяйки, заплатив за комнату.
Я вела себя спокойно и есть не просила, сказали нету – значит нету. Но утром, проснувшись, мама не нашла меня в купе. Проводник ей сообщил, что меня увел какой-то парень–военный, и она в панике побежала меня искать. С молодым офицером мы, любезно болтая, доедали жареную курицу в вагоне-ресторане. Я, как мне мама и велела, ничего ни у кого не просила, просто он поинтересовался, не хочу ли я курицы, и я ответила правду. О честности у нас в семье были твердые правила и меня не ругали. Мама краснела и извинялась за меня, объясняя наше плачевное временное безденежье, но я перебила ее замечанием о том, что это у нас еды нет, а деньги у нас есть. Потому что, объяснила я, я сама тебе их сгребла с тумбочки хозяйки. Просто это же были наши монетки, ты их забыла, а я нет. Офицер отдал маме мою шоколадку.
*
Всем полагалось заниматься в кружках при Доме пионеров, и я выбрала хореографию. Все красивые девочки уже записались туда, мамы купили им черные гимнастические купальники, и накрахмалили их юбки. На ножках были надеты белые чешки, а на головках гладкие волосы собраны в высокий узел. Я очень хотела быть как они, но у меня не получалось, как я не билась. Белых чешек на мою большую ногу не было, достались только черные, а юбку мама крахмалить не умела. Собственно и юбка у меня была из белой ткани, из которой мама ножницами вырезала круг, предварительно обведя эмалированный таз. Густые и непослушные волосы вечно выбивались из всех резинок и не влезали ни под какие заколки. К тому же высокий рост не позволял мне стать одной из принцесс, меня ставили в начало линейки в любом упражнений и я не видела себя в зеркале, на меня его не хватало, на этом месте стены оно кончалось. Я не могла совладать ни с одним движением, ни с одним танцем, ни с единым прыжком. Преподавательница вздыхала «крупная девочка». Но мне очень нравилось все равно, я приходила на каждое занятие, и выгнать меня было нельзя. Однажды я услышала, пока мы бегали по кругу и тянули носочки, как аккомпаниаторша за пианино сказала вслух кому-то: «Смотрите, какая девочка упорная эта Павлова. Ничего у нее не получается, и большевата она, но ведь как старается, молодец». «Вот Довлатов плавает как топор, а товарища спас». Я простаралась еще недели две и мне даже доверили поливать деревянный пол класса из лейки, а потом я сильно заболела, и вернуться мне уже не дали, сказали, что не успею нагнать.
*
В пионерском лагере с вечера назначался командир отряда и знаменосец. Второй должен был до линейки сбегать в пионерскую комнату и вытащить из стойки флаг отряда. Потом идти впереди всех и всячески по правилам его наклонять, поднимать, опускать. Доверяли это двум-трем людям из нас всех. И никогда мне. Я не знала правил подъема и наклона знамен, хотя меня и пытались учить, я никак не могла запомнить, когда что. Одним утром мы очень опаздывали к началу линейки и бежали толпой. Знаменосец споткнулся и упал, сильно расшибив коленку. А я взяла и схватила флаг, потому что решила всех спасти. Мне казалось, что я совершила ни много, ни мало подвиг, не дала пасть чести отряда. Мы выстроились перед старшей вожатой и всем лагерем, линейка началась, я старалась повторять движения за знаменосцами остальных отрядов. Конечно же, сбилась и непростительно махала честью отряда, но была уверена, что меня будут хвалить и ставить в пример, как находчивого пионера. Но тут ко мне протиснулся перебинтованный законный владелец и, сквозь зубы ругнувшись, оттолкнул меня. А флаг был прекрасный, неожиданно легкий и летящий.
*
Когда я днем оставалась одна я вела себя странно. Я могла налить себе в рюмку сок, завести пластинку с песнями Миронова, и сидеть часами в кресле, мысленно меняя обстановку – то я на корабле, то в другом городе, то старая, то молодая, то мужчина, то иностранец. Или надеть на голову внутренний прозрачный пакет из под пластинки и прыгать с кресла на кресло, проверяя, сколько я смогу продержаться без воздуха. Или учиться кувыркаться назад до посинения, потому что в школе уже все умеют. Или, скучая по маме, вырезать из журналов разных женщин и булавками приколоть их на стену, в центре поместив мамино фото. Мама потом ругалась за эту экспозицию, на обратной стороне женщин, оказывается, были какие выкройки и рецепты.
*
После лета годам к тринадцати обычно все рассказывали друг другу всякие истории, девочки, понятно, про любовь. У меня совершенно ничего не происходило, мне было скучно, и поэтому я себе все придумала. Причем сначала придумала не для того, чтобы рассказывать, а просто для себя. Главным героем стал друг моих братьев, которого звали Куприян. Это было его настоящее имя, они звали его Купа - очень красивый хулиган, мальчик с обветренными губами. Больше я ничего о нем не знала. Я придумала ему мотоцикл, непростое детство, преступников родителей и огромную ко мне любовь. За три месяца лета основная романтическая линия обросла деталями, подробностями и стала изящной и красивой как морозный узор. Меня было невозможно поймать на нестыковках, ошибках и пробелах, потому что я мысленно сняла кино и прокручивала себе его сотни раз, получая огромное удовольствие.
Когда я вернулась в сентябре в школу, мне захотелось рассказать сценарий своей подруге. Мне поверили, и мы болтали об этом целыми днями. Мне очень нравилось выдумывать письма, звонки и встречи, я стала очень интересным собеседником. Кажется, про меня пошел какой-то легкий слух. Однажды пришло время, когда подруга потребовала познакомить ее с моим героем. Да легко, - ответила я. Он, конечно, ее не дождался у меня дома, оставив четкий след-вмятину на покрывале дивана, окурок (найден на улице), моя размазанная по губам помада, запах одеколона (папин). А потом, когда стало очевидно, что пора сворачивать эту историю, я слегка разбила его на мотоцикле, написала мне письмо, что сразу после больницы он уезжает с отцом за границу.
*
Точно как с выдуманной любовью я поступила с сигаретами. Тогда все закурили, и не делать этого было нельзя, иначе ты откатывался на обочину и там валялся всю большую перемену. Мне же надо было в компанию, и случайно я себе обеспечила там отличное место. Пока мы бежали до пустыря, меня спросили «Разве ты куришь?» и я ответила «Бросила». Почему-то мне поверили и вопросов не задали.
*
И еще раз о честности. В квартире были перебои с водой и ее запасали в кастрюлях на ночь. Утром вся наша кухня была залита, а пустая кастрюля стояла на плите. Папа усадил меня и стал расспрашивать, что случилось. Я мотала головой, что не знаю, и не проливала. Мне поверили, а спустя час логического анализа и проверки фактов в стенке кастрюли была найдена крошечная дырка. Папа очень горд тем, как он показал мне, что надо друг другу верить, даже если верить очень тяжело. Знал бы он, как мне теперь тяжело с этим живется. Кастрюли такие прочные теперь пошли.
*
День почти кончался, некоторых уже загнали ужинать, а Аня нам сказала, что через пятнадцать минут будет конец света. Мы продолжали прыгать с качелей, кто дальше, и никак не реагировали, пока она нам не объяснила, что мы все умрем. И мамы умрут, и дедушки, и Анин кот и моя собака. Потом все стали спокойно обсуждать, что нужно делать, как именно мы будем умирать и больше всего разговоров было о том, как разломается мавзолей и выйдет Ленин. Я не могла понять, почему никто не боится, ведь пятнадцать минут это очень мало. Мы даже не успеем добежать до мавзолея. Потом сообразила, что ослышалась, и имели ввиду пятнадцать лет. Но пять последних минут до конца света я мучалась – лет или минут, минут или лет. Но переспросить так и не смогла.


Мне не верится, когда друзья говорят, что не помнят своего детства, или помнят себя только со школы. Я помню не только события, людей, запахи, звуки, я точно помню собственный ход мыслей, рассуждений, и, главное, что с тех пор ничего не изменилось. Как в три года я придумала, что мы все играем на сцене для одного зрителя, которого нам не видно, так и продолжаю быть в этом уверена. Я вижу мир точно так же как тогда, только не могу понять, что я буду делать, когда у меня появится собственный детский человек.

*
Вчера на спортивном канале в ходе трансляции гонок на санях что-то случилось и с экрана пропали цифры отсчета времени, стало непонятно, кто с какой скоростью движется. Комментатор сказал, - И вот друзья, теперь мы смотрим вслепую.
*
У папы тоже сильно похолодало и ему ужасно теперь посещать уличный свой туалет в минус 20. Но я, говорит, не скучаю, пока сижу. Я беру с собой маленькие прянички и кидаю их псу в сад в открытую нараспашку дверь.
*
Зимние бесконечные одевания и раздевания скоро сведут меня с ума. Гора вещей каждое утро лежит уныло передо мной, и я совершаю огромное усилие над собой, чтобы начать водружать её на себя. А уж начинать вечером снимать всё и раскладывать по местам и вовсе невыносимо. Я знаю, это та бумажная кукла Маша из Мурзилки за 86 год мстит за то, что я неаккуратно вырезала ее бумажные платья и скучала играть с ней. Теперь она воплотилась во мне, что твой Чужой. Причем у каждой из ста одежек теперь по застежке.
*
Вчера звонил Рома, между прочим спрашивал, имею ли я отношение к Татьянам. Да, говорю, я дочь. А я, отвечает, зять. Я круче, кричу. Нет, возражает, тебе это даром далось, а я прилагал нечеловеческие усилия, более того, совершаю ежедневные подвиги, чтобы этого звания не терять.
Вечером, видя в моих руках розы, подвыпивший гражданин спросил: Танечка? Я ответила, что Татьяновна. Он уважительно показал мне большой палец.
*
Позвонила Оля и сказала, что они с дочкой были в зоологическом музее на выставке, посвященной Винни Пуху. А что, натуральный обычный медведь, только раскрученный. Потом они пошли по остальным залам, и попали на экспозицию про теорию эволюции. Везде стояли гипсовые головы неандертальцев и прочих австралопитеков. Вот, доченька, это древние люди, показала Оля пальцем на одну хмурую обезьяну. Почему древние, говорит дочка, я таких на улице видела.
А на двери музея висит объявление, что второго февраля будет все закрыто по причине всемирного дня водно-болотных угодий. То-то гульнут.
*
Олю возмущает реклама новостроек на Рублевке "Дом в раю в кредит". Нет, мне интересно, кто поручитель, говорит, и чем, собственно, расплачиваться.
*
В предновогодние дни на почте висело объявление, предлагающее услугу "Письмо от Деда Мороза", в том смысле, что ваш ребенок может получить конверт с все подтверждающим штемпелем. Чтобы наколка прошла гладко, просили указать имя ребенка или его "ласковое прозвище". До сих пор мне кажется, что "ласковое прозвище" само по себе погоняло. Отвратительное чудовище, поганое удодище, ласковое прозвище.
*
В Western Union на стенах реклама с южным пареньком за рыночным прилавком, который улыбается тому, что его папа в тюбетейке и мама в цветастом халате пьют довольные чай с пряниками, потому что он им смог отправить деньги на эти самые пряники. И написано, что вот вы, мол, легко, можете оформить перевод рублей в Ташкент. Я все возмущалась, что эта ситуация и не типичная совсем, что обязательно кавказцы с рынка должны деньги слать, другие что ли не уважают своих родителей или бабла не зарабатывают? Заткнулась я, когда в дверь вошли трое носатых мужчин и не спросили "А в Баку дэнги можно отправить?".
*
По-моему, два Новопассита и две чашки кофе и не думают развлекать меня борьбой друг с другом. Они, кажется, решили, что веселее один за всех и все за одного, как у тех мушкеторов, и мне теперь вместо спокойствия и бодрости - никак. А это самое страшное, как выяснилось.
*
На обледенелую дорожку насыпало свежего снега, и следы от лап пса выглядят, как ямки от пальцев в солонке.
*
После окончательного разговора иду мимо Бенетона на Пушкинской, где, вместо "распродажа", во всю витрину буквы "финальная цена". Читается, конечно, как "финальная сцена" и надеешься, что сейчас стоит сделать последний поклон, и можно будет снимать костюмы.
*
На выставке у Миши Алдашина рассматривали его огромную тетрадь с записями. Встретились строчки "чесал собаку, пил раствор спирта" и "схолодало". Когда рассказывает про ракушки, называет их "ну такие... веером". Кто-то из посетителей спросил его, помогают ли компьютерные технологии при рисовании мультфильмов, он ответил:
- Вообще я хочу, чтобы мне сообщили, когда изобретут такую программу, чтоб сказал в большую трубу "хочу, чтобы зайчик прыгал. весело" и, хоп, всё готово.
Я хочу, чтобы мне тоже сообщили, я бы с утра пораньше себя бы программировала на успех и обрекала на счастье.
*
На пакете реклама чего-то "Ушастый нянь" и подпись "Потому что в доме ребенок". Я бы вместо "злая собака" вешала, больше пугает.
*
Бендеровское "поголовно в белых штанах" вдруг стало смешить. Ходят все как дети, изображающие зайцев, в натянутых на макушки колготках.
*
Открываю киндерсюрприз, не видя игрушки, смотрю на вкладыш, читаю "для победы надо забить наибольшее число голов". Первая игра маленького маньяка.
*
Реклама какой-то косметики. На фоне бесчисленного количества разноцветных отпечатков полуоткрытых губ белым очерчен силуэт криминально погибшего мужчины, с руками раскинутым в виде плечевого пояса свастики. Мне видится, что это стриптизер сорвался с шеста и упал прямо на задранные головы женщин с открытыми ртами.
*
В спаме пишут "Реклама развивается с космической скоростью и добралась уже до нижнего белья. Что же дальше?" Отымеет, что...
*
Папа, уже пришедший в себя, говорит мне:
- Я переживаю. Теперь же ты у меня непристроенная.
- Да, успокаиваю, отдельно стоящее со_здание.
*
Меня увозят на выходные из города. На собранной сумке написано "Робинзон", а сегодня пятница.
*
Абсолютно точно было установлено, что Питер Пен это Петр Ручников.
*
Рассматриваем меню дорогого ресторана, там заявлено и фуа-гра. Оля замечает рядом детское меню. Спрашивает:
- О, там тоже фуа-гра, только детское?
- Да,- смеюсь,- фуа-гра из печени птенцов.
- Нет, бери глубже - мрачно говорит Рома, - из печени яйцов...
*
Рогатый месяц в черном небе это, конечно, улыбка чеширского кота.
*
Утром меня застали за тем, что я стояла у окна с двухлетним Алешей на руках, гладила его по спинке и шепотом повторяла "ты моя собака. ты моя любимая собака".
*
Один банк обещает в рекламе, мол, кредит дает такой, что за время его выплаты дети успеют вырасти. Иллюстрируют обещание игрушечный пупс в левом углу и мужик манекен в правом. Я сообразила, что это создатели обходят запрет на использование изображений настоящих детей в рекламе недетского. Но я не могу понять, как это они угадали, кто вырастет из бесполой игрушки? И еще меня пугает мысль, что если бы моя мама не повыкидывала моих разломанных кукол, у меня сейчас была бы полная квартира взрослых женских инвалидов, умеющих говорить только "ма-ма" с укором.
*
Работаю на выставке, беседую с посетителем, который листает каталог с оборудованием. Спрашивает меня:
- А выходные данные есть?
По-собачьи наклоняю голову вбок, пытаюсь понять вопрос.
- Ну, как на вас выйти?
Цыганочкой, полагаю, как...
*
Дарёные розы отлично выглядят спустя неделю. Хвалю их "стоят, как вкопанные". Раньше я, оказывается, смысла этого слова не понимала.
*
У Рины Зеленой встретила:
"Приезжая в город, устроители спектакля встречались со знатными людьми этого города - партизанами, депутатами, ударниками, спортсменами".
*
Самостоятельная жизнь преподносит неожиданности. Оказалось, что я не понимаю, какие продукты люблю есть. В магазине выгляжу совершенно по-идиотски, бродя между полками и бряцая своими кентервильскими цепями - "хочу-не хочу". Получается, что я либо не хочу ничего, либо хочу шоколадных хлопьев в виде медведей. Купила все-таки курицу, поставила варить в слишком маленькой кастрюле. Теперь бегаю и переворачиваю ее как в солярии, и, кстати, надводными частями она потеет очень натурально.
*
Как размножается истина? Спорами.
*
В какие-то периоды жизни ощущаешь себя как башмак фирмы ecco, что стоит по горло в воде в витрине магазина внутри аквариума. Ты, конечно, ладно скроен и крепко сшит, и все выдержишь, но, блин, ты явно был создан не только для этого.
*
Расположение стрелок на циферблате, когда наступает девять часов утра, выглядит так, будто прилежный ученик поднял руку и хочет ответить урок. Когда на часах девять вечера, он же, подперев щеку, устало дочитывает заданный абзац.
Без четверти три - малыш разметался по постели, раскинувшись маленьким аэропланом.
*
Милый армянский мастер Артур, сегодня расчесывал мои волосы и говорил, что мне следует размять шею и плечи, мол, он знает, я буду тогда хорошо думать. Улыбаюсь, говорю, - Да ты врач. Не веришь мне зачем?! - возмущается вдруг. Через секунду понимаю, в чем дело и уточняю, - Доктор, Артур, доктор, лечить! А-а, - расцветает, - я обижался, почему думала вру!

Про пионерские галстуки говорит: "Эти шарфики мы никогда не носили!" Я поправляю, мол, галстуки. Э, нет, не путай меня, галстуки - в ресторан, - хохочет.
*
В соседнее кресло плюхается моложавый мужчина, он часто дышит. Мастер улыбается:
- Что, бегом бежали ко мне?
- Да, я по утрам бегаю, вы мне попались по дороге. И как-то я, по-моему, всегда бегу. А вообще моей дочке сегодня двадцать лет, вот я ношусь.
- Боже, двадцать! Да когда же вы успели?
- Если все время бегать, многое успеваешь.
*
Пока дожидалась очереди, вспомнила, что Сережа там у себя валяется с высокой температурой, написла ему, что вот сейчас меня покрасят и я позвоню справляться о его здоровье. Приходит ответ: "Правильно! Настоящая женщина даже звонить ненакрашенной не будет!"
*
Некоторые картинки, которые я вижу в метро, ровно как эмбрион игры, когда нужно распутывать, что случилось, вроде истории про блюдо из чайки или голого мертвеца со спичкой в руке. Так, сегодня я видела, как в переходе индиец в чалме протягивал русской девушке букет, два билета на "Тодес" и шоколадку "Гейша".

*
В витрине аптеки "Ригла" плакат. На нем рисованная тонкая девочка с полными пакетами, как из бутиков. Акция, пишут, время покупок.
*
Домой мне звонит механический голос и говорит, что открылась стоматологическая клиника "Все свои".
Они вылетят в трубу, протезирование - это самое дорогое.
*
Моя верстальщица все время говорит "мне надо начинать наверстывать, а вы мне не присылаете фотографии", "ну вот мы с вами наверстали пять полос". Я представляю ее, идущую, перемотанную пуховым платком крест накрест, по разбитой темной дороге со столбами, и шепчущую губами с запекшейся кровью "еще. пять. верст. ничего, наверстаем". Жена пусть будет декабриста.
*
Красная икра в прозрачных банках всегда выглядит так, будто в маленьком аквариуме собрали много клоунов с оранжевыми резиновыми носами и они ими прилипли к стеклу.
*
- Ну что там снег-то идет?
- Пришел, лежит.

Надо говорить с обиженной интонацией
*
Сквер завален, но дорожки исправно чистят, и параллельные, они, как гигантская лыжня. По ним хозяева бродят с псами, и те переглядываются через сугробы, точно как в Хемптонкорском лабиринте, задирая вверх морды.
*
И еще эта дурацкая убежденность у всех, что отказывающий много счастливее отвергнутого.
*
В метро две девушки.
- Ну я взяла и сказала ей, что у нас все отлично. Что мы с тобой вышли замуж, и каждая родила. И даже... даже сейчас беременные ходим.
*
Стайка девочек лет двенадцати во дворе.
- А ты приди, встань и молчи. Скажи "да, мама, я сволочь".
- Молча?
*
Я совсем что-то вымотана. Поймала себя на том, что прежде чем совершить телефонный звонок и удостовериться, что с близким человеком все в порядке, налила себе кофе и подумала "нет, сначала я пять минут передохну, потому что если что-то случилось, я еще долго не смогу этого сделать".
*
В меню перечислены напитки: морс, квас. Лакейское что-то в обоих. А последний - вообще название процесса.
*
На елочном базаре подойти к голубой ели из Дании и сказать:
- Дай лапу!
*
Телевизионная передача про умных детей с несчастливыми лицами.

- Я дарю тебе книгу. Это ныне живущий, но уже очень талантливый автор.

- Акушерка уверяет, что несколько раз прятала колыбель с двухнедельным Джоном Ленноном под кровать. Зачем она это делала?
- М-м-м... спасала молодого музыканта от бомбежек?
*
Вовка рассказал про чувака чуваша, который перед новым годом пошел за елкой в лес. Как только дерево выбрал, оказалось, что не взял он с собой ни топора, ни ножа. Часа два он ее гнул и подпиливал камушком. Потом заорал:
- Заебала ты меня!
И с разворота уложил из двустволки.
*
Папа написал, что у них крутят обидную рекламу "Встреть новый год на морском дне".
*
Первый год в жизни знаю, о чем думать, пока бьют часы на Спасской башне.
О елках, которые за минуту теряют всю ценность, как, наконец, догола раздевшаяся стриптизерша.
*
Принтер разговаривает со мной в гадательной манере - "Закажите пурпурный картридж".
Подойду и безумной Буншевой женщиной прошепчу: "Бойтесь дамы с вишенкой на шляпе". Мивый.
*
Правильный камамбер всегда пахнет пляжем в дождь.
*
На нашем пешеходном переходе установили электронное табло с обратным отсчетом времени. Секунда - год моей жизни, потому что на весь путь дается 30 секунд, а один год сверх своего возраста я себе легко придумываю. То есть я, как герой из фильма про Свифта (стою на рыночной площади), возвращаюсь к своему нулю. А сегодня табло сломалось и вместо цифр горит два прочерка.
Хорошенькое надгробие, подумалось, само сомневается, а был ли ты.
*
Мне очень нравится как в людях последние дни года, будто бы контрабандный пресс из мрачной серии про Холмса и Ватсона, выжимают смысл прожитых месяцев и лучшие слова. Пошли секунды на счет и, кажется, что умираем или в космос, а если сказать не успеешь - хоть не лети и не помирай. Прощаются до "послепраздников", представляя каникулы пропастью, которую надобно перепрыгнуть, как если бы два года стояли к друг другу не вплотную.
*
В киношных кассах бум, билетов нет ни на что. Сережа упрямо не хочет идти на "Хроники Нарнии", на которые попасть еще можно, и все остальные согласны. Перебираем фильмы, спорим, ссоримся перед расписанием сеансов. Я устало ворчу:
- Ну, и ты не согласен пойти на жертвы?
- На что? - светлея, вскидывается на расписание Сережа.
*
Игорь подарил шарнирного человека из Икеи, не расстаюсь с ним, сначала усаживаю в позу любопытно смотрящего на ручку кресла в кинозале, по выходе складываю из него Оскара, торжественно вручаю желающим, похоже ужасно.
*
В туалете реклама какого-то лекарства. Затейники копирайтеры из присутствующих в названии букв "о" и "з" смастерили цифры скорой помощи и натыкали повсюду красный крест. Не знаю, я твердо запомнила "Куринольтрин".
*
Наш сквер дважды за свою длину пересекается автомобильными дорогами и поэтому считается, что у нас три сквера. Обледенелые дорожки на каждом почему-то посыпают разным. На одном простым песком, на другом чем-то вроде угольной пыли, на третьем прозрачными кристаллами. Первый час гуляний с псом представляю разные королевства с медными и серебряными дорогами, на второй час слышу, что разговариваю сама с собой: о, вот это рахат лукум с корицей, а здесь у нас ледяная рыба с перцем, так-так... сало с солью. Проголодалась.
*
Псовый поводок часто запутывается за деревья, и я, чтобы не обходить, перехватываю ручку рулетки, обнимая стволы. Издалека кажется, что ностальгирующая маньячка прощается с березами.
*
Если встать под ель и задрать голову, видно, что друг в друга вставили несколько небритых зонтичных скелетов.
*
На вывеске "Парикмахерская" последняя буква перерезается пополам голубыми ножницами. Вот-вот покатится голова ее, выдергиваясь из толпы, как старая редиска.
*
На каком-то верхнем этаже под окном прилажен Санта-Клаус, будто бы он лезет с подарками по отвесной стене. Сначала умиляет, но потом, его, приплюснутого к стене лицом, жаль. Не принес нужного, пытают. Или это забытый ради щенка Карлсон.
*
Мальчик возле полки с куклами в детском мире сказал, глядя на одну:
- Умереть не встать, что же мне с тобой такой теперь делать?
*
Папа жалуется, что в магазине не оказалось индюшачьих сердец, которыми он кормит кота и пса.
Надо, говорю, было подойти к продавцу и сказать:
- Сердца у вас нет!
- В сердцах сказать?
*
В Икее девушка в спину парню, который с треском отрывает ярлыки от крохотных белых медведей и складывает их во внутренний карман:
- Что, будем пиздить икейские игрушки?
- Да, мы будем.
*
Сережа подарил плеер, он очень легкий, я переживаю, что купила ненадежный шнурок и теперь непременно потеряю подарок. Нашла единственный выход - не выключать его никогда на улице, пока музыку слышно - все при мне.
*
Новый плеер похож на черную фасолину, и я не могу с ним сладить, потому что в порыве гордости поотрывала с него все наклейки-указатели типа "флешка вынимается тут", а теперь хаотично щупаю, как Электроника, где у него кнопка, чтоб возникла музыка. Или замолкла, наконец.
*
Бесконечные повторения радиостанциями своих координат в эфире между музыкой мне всегда напоминают крест в кружочке на уличной карте - "вы сейчас здесь".
*
Была в магазине, как всегда потратила все деньги. Сижу в Прайме на последнюю сотню, вдруг в плеере радио мне говорит:
- У нашей аудитории деньги есть.
Автоматически послушно переключаюсь на другую радиостанцию. Когда осознаю, ржу конечно, и думаю, что надо еще радио для бедняков, мотов и бездельников среднего звена.
*
В Прайме продают рождественский сэндвич с индейкой и клюквенным соусом. Думаю, еще надо, чтоб был вариант с праздничным пирогом со свечкой, и пасхальным куличом.
*
Неделю хожу на прогулки в новой экипировке – штаны, куртка. Не могу нарадоваться, какая удобная эта спортивная одежда. А сегодня вдруг обнаружилось, что ужасно неудобная. Это я первый раз за неделю в прогулочных брюках села. Нечего в скафандре грядки полоть потому что.
*
В Охотном ряду стоит женщина-демонстратор новомодного утюга. Достает из шкафчика мятую пеленку, пыхает утюгом, гладит. Через мгновение обеими руками изо всех сил мнет разглаженное и убирает обратно в шкафчик. Потом вынимает мужские брюки, сооружает стрелки-обрежешься, затем скручивает в бараний рог.
Практика по дзен-буддизму.
*
В очереди в платный туалет торгового центра в Охотном ряду девушка протягивает кассиру десятку. Та требует еще два рубля. Подорожало... - охает барышня.
Я сегодня также вздыхала кассиру метро. То есть девочка ходит в Охотный так же часто, как я езжу на работу.
*
Из шарнирного икейского человека я каждый день складываю какую-нибудь известную скульптуру или картину. Роденовский мыслитель вышел особенно похожим, потому что шарнирный икейский человек, как известно, посажен на штырь.
*
Праздники заканчиваются, и хорошо, потому что марафон улыбок, пожеланий счастья, всеобщая доброта и радость без конца совершенно не дают выхода агрессии. Ее в буквальном смысле некуда девать, мне, например, снится, что я бью детей. Кремлевскими подарками по толстым щекам, видимо, но я не разглядела.
И еще, наконец, золотые рыбки вернутся в свои родные тела из пропитых и уставших пожилых мужиков в красных шапках.
*
На втором этаже затхлого гастронома есть логово Свидетелей Иеговы. В их окне мигающая гирлянда выложена в виде контура распятия.
Мечтаю увидеть их елочные игрушки.**
*
Вчера Оля в разговоре сказала "оптимисты - это те, кто думает, будто на кладбище не кресты, а плюсы". Я раньше этой приговорки не слышала и очень ей обрадовалась. А потом додумала, что ограды могилок - это те клеточки, в которых плюсиками отмечают "выбыл".
*
Объявление на двери магазина "работаем с 8.00 до 21.00 без обеда и выходных" я каждый раз воспринимаю как жалобу.
*
Тот факт, что кто-то хочет доставить или доставляет мне удовольствие, не означает, что я его получаю.
*
В зимнем доме отдыха было пусто и гулко. Потом все заволновались, потому что объявили - к нам едет конференция. "Напьются!", "Орать будут!", "Еды не хватит!", "Бассейн займут!". Напряжение росло, боялись выходить к ужину, нервничали на прогулках. На второй день конференция приехала. Называлась "Тревога и депрессия в неврологической практике".
*
На банкетных столах у этих неврологов стояло шампанское с переклеенными этикетками. На них было нарисовано солнце и две надписи "антидепрессант нового поколения" и "жизнь прекрасна".
*
Когда я вижу, что умный человек дразнит глупого, мне сразу вспоминается серия про мистера Бина в больнице, где он злорадно изо всех сил крутит головой перед пациентом в шейном корсете, который всегда представлялся мне накрахмаленным манжетом сорочки.
*
Если бы мне было сейчас лет восемь, я бы наверняка считала, что "Домик в деревне" это одна из частей приключенческой книжной серии. "Домик в солнечном городе", "Домик на Луне", "Домик в деревне".
*
Курс евро и доллара сегодня как ночная и дневная температура воздуха.
*
Наш и соседский пес гуляют в свитерах по случаю холодов. Наш, как барин, в специальном собачьем, а тот, другой - в кофте самого соседа, с закатанными рукавами и вырезом у горла. Поскольку теория сходства питомцев с владельцами все же верна, то я никак не могу отделаться от мысли, что это в наказание превращен в собаку сам сосед. Или у соседского сынка сбылось новогоднее желание, так он орет на пса "сидеть, сказал".

*
Сережа принес новый компьютер с большим монитором.
Мои глаза и руки чувствуют себя как малыш, которого запустили в пустой физкультурный зал школы. А там канаты, кольца, куча резиной пахнущих мячей, стенка, и до потолка не долетит даже Гагарин. Пацан бегает и орет.
*
Несла по улице два желтых банана. Рука в перчатке и без того выглядит, как ладонь шимпанзе, а с бананами так и вовсе.
*
Напрасно все беспокоятся за здоровье и моральный облик нашей нации. Она не пропадет. Слышала, как в лесу двое лыжников громко спорили о ком-то на полной скорости:
- Нет, он как личность - никакой. Нуль!
- Именно, а несет себя, как павлин!
*
Странно, что мало женщин-фантастов. Каждый день из пустого места женщина может легко сочинить приключенческий роман. Сочинит, проживет, исстрадает, сделает выводы, вытрет слезы и снова заулыбается. Мужчина и не заметит, что целая жизнь прожита ею, пока он выходил за сигаретами.
*
Я очень высокодуховна. У меня всего дважды воровали кошелек. Из них один раз в церкви, а второй - в Ленинской библиотеке.
*
Сережу слегка занесло на дороге, смотрим в заснеженные стекла.
- Один раз я попадал в сильную метель на шоссе в такую задницу, что уже и не вылезти было. В лесу, черт знает где, ночью совсем. Девушку домой повез, идиот.
- Ну, наверное, у тебя тогда было сильное чувство, вот и повез.
- Да. У меня было очень сильное, основательное чувство. Идиотизма.
*
Титры чешских мультфильмов озвучиваются. Художников, режиссеров, ассистентов называют вслух, но почему-то только по фамилии. Будто строгий учитель отчитывает учеников, совершенно по-школьному: "Анимация: Петровский". Садись, два.
*
Мятущимся и сложным натурам все непросто. Чувство полной бездарности и пустоты наравне с приступами признания собственной гениальности и мощи доставляют примерно равные страдания.
И в том, и в другом случае кажется, что тебя катастрофически мало любят.
*
Еще в десятилетнем возрасте я, отправив телеграмму с текстом "Поздравляем днем рождения", очень радовалась, что обманула сельскую почтальоншу. Я была уверена, что пропускать буквы и отсылать телеграммы с ошибками запрещено, а я всех провела и сэкономила.
*
Весной небо с тусклыми, еле видными, мелкими, еще недозрелыми звездами. Но и в него смотришь, будто диковина. Похоже оно на тот кулич, с которого верхушку срезали и видны только неглубокие срезы изюма. Резать дальше - крупнее станет, большими коричневыми родинками проступит.
*
В следующий раз на его "Оля, а есть у тебя координальные правки?" я по-аверченковски возьму ему за руку и спрошу, где он девал деньги.
Координаты кажутся ему важными. А как объяснять, от какого слова я произвожу свое "кардинальный".... Засмеёт еще меня с моим Решилье.
*
А еще, когда чего-то совсем не понимаешь, так и хочется на руках подтянуться, схватившись за нижние веки собеседника, провалиться по пояс через глаза прямо в голову, и спросить гулким эхо: "Ну что просиходит-то, а?!"...
*
И не тогда хочется разреветься, когда ты работал, а тебе кексик не дали в награду, а тогда, когда ты ни черта не делал, плевал и в потолок и на тех, кому должен, а тебе кексик вдруг. Потому что не понимаешь, как же заработать-то этот кексик.
*
Все памятные места в городе помечаю мысленными красными флажками. И потом в старости пройду по городу, как по парадной праздничной площади - всё во флагах.
*
Со мной бесполезно говорить об анатомии, я всю жизнь путаю чашечку и ложечку. Коленную чашечку и ложечку, под которой сосет.
*
Мои внутренние диалоги иногда сильно удивляют.Стирала карандашной резинкой лишнюю правку в распечатке и вдруг всплыло в голове Меньшиковское из "Утомленных солнцем", когда он отчаянно говорит о том, что любимые люди и без него продолжают жить весело и хорошо:
- А приезжаю я, и как будто не было меня никогда. Вычеркнули меня. Ластиком стёр-р-рли!
- Э, нет... - отвечаю ему зачем-то, - Сначала определись, вычеркнули или стёрли. Разные вещи совсем. И во-вторых, а чего ж ты рисовался? Выжигался бы в них, хрен кто бы достал....
*
С некоторыми друзьями не видишься так подолгу. А даже если встречаешься с какой-то постоянно частотой, то всегда не хватает времени для нужных разговоров, взглядов и слов. Это только в сети можно без разминки ляпать "я люблю тебя " или "я скучаю очень" или "так жизнь проходит, знаешь, а ведь я еще ничего не успел", а в жизни требуется часа полтора аперитива о погоде и семьях, о музыке и летних планах. А их нет. Просто нет. Так и хочется выделить целый день и, как раньше, в гольфах выбежать с самого утра во двор к другу. И провести целый день, как тогда, раскачиваясь бесконечно на качелях (как же это мы могли и голова не кружилась), чертя мелками рожи, пожевывая конский щавель, глотая пыль от соседских жигулей, дразня бабулькиных собак, рассматривая парочку влюбленных глупцов с третьего этажа, мечтая вслух о взрослой жизни, заботясь о завтрашней контрольной и противном злом Лехе с параллели. И говорить, говорить и сбегать в соседний двор или на стройку, и рассматривать глаза, выискивая искры в радужке и линии жизни мерить на ладонях. Потом стремительно обедать, обжигаясь супом, глотать, огромно булькая, компот, спешить, ведь там он ждет один же. И кубарем по лестнице, шваркнув открывшимся почтовым ящиком, нараспашку пыльную дверь и опять подвиснуть в плавном тягучем дне - уже вечере почти. Разглядывать облупившуюся краску на лавке и считать - 15 лет до конца света много ли, долго еще. 2000 год - космос, никто не доживет, это что же и у меня вырастет грудь, а еще каблуки, боже мой.....Вот так бы друзей рассмотреть, расслушать, как тогда. Хотя, по большому счету, даже на себя нет такого дня. А славно бы с собой денек просидеть на качелях. Зашел бы кто, как раньше: "Здрасьте, теть Тань, а Оля выйдет?"
*
Дорожки оттаяли, видны бордюры, будто мясо все истлело, торчит скелет. Зимой маршруты все были неправильны. Не по асфальтовым дорожкам, спрятавшимися под сугробами, а поперек. Переучиваем маршруты теперь.
*
В городе осталось множество досок почета. Основательных, мощных, бетонных. Их не решаются сносить, и под латунными буквами "Лучшие люди" - пустота. Еще хуже, когда не просто провал в воздух, а следы снятых портретов - невыгоревшие прямоугольники. Нет лучших людей больше. "Улетели все…"
*
Когда проходит влюбленность, делается пауза, в которую всё слышно. Будто в поезде, когда вдруг остановка и стук колес, и общий шум движения замолкает, а громко слышны шуршание пакета с верхней полки, плач младенца в соседнем купе, и даже свой собственный кашель оглушает.
*
Я больше люблю готовить еду, чем есть ее, предпочитая наблюдать за трапезой. Значит ли это, что я мастер заварить кашу, но не расхлебывать ее?
*
Пыталась искать книгу на полках магазина. Отчаялась, перебрала все мыслимые последовательности букв и разделов, не нашла. Работница с биркой на груди, в форменной одежде подошла помогать. Осторожно ступала перед стеллажами, меняла окутывающие взгляды на резкие, вскидывала голову, нежно пальпировла лесенки корешков, приседала и вытягивалась. Кажется, принюхивалась. Что-то бормотала под нос певуче и ласково. Я отчетливо слышала "Иди-иди сюда, мой хороший". Большая, видать, она охотница почитать.
*
- Оля, мы ж вчера после рома-то еще и в драку влезли.
- А кто дрался?
- Старики и дети.
*
Даже в самом незнакомейшем и опасном месте, слыша звуки загружаемой системы, особенно характерные всплески - всхлюпы XP, прожигает позвоночник - родимые, я дома, там свои. Или нет. Не так. Скорее, как обнаружить в кармане последнюю волшебную вещицу из трех, данных тебе, будто Ивану, Серым Волком. Когда ни расчески-леса, ни зеркала-озера уже нет, и помощи ждать не откуда.
*
Сережа спит свернувшись, и похож таким на собственное ухо.
*
Иногда обнаруживаешь бесполезные свои умения. Откуда-то знаешь, что твой далекий друг ест на обед. Абсолютно точно попадаешь, угадывая, что за песня сейчас прозвучит по радио. Одновременно с собеседником произносишь одну и ту же фразу. Вдруг понимаешь, что автобуса не будет. Предвидишь, что приятель поймет тебя неверно и будет склока. Но это глупости. А когда что-то чувствуешь по делу - бесполезное это всё равно, потому что приходит только за доли секунд до события. Тормозов таких мощных нет. Просто дурачком сидишь и знаешь - "сейчас наверное будут убивать".
*
Когда ты сможешь безболезненно осознавать чужое "не могу" как "не хочу", а свое "не хочу" как "не могу", вот тогда у тебя всё будет отлично. Всё хорошо будет тогда.
*
В вагоне метро мучалась. В толпе с двух сторон меня зажали юноша и девушка. Девушка пахла рыбой, а юноша лимоном. Я всё боялась, что их будет неумолимо тянуть друг к другу, и они меня сомнут.
*
Армейские колонны автомобилей открыты, как карандашные коробки. Оттуда сыпятся мальчишки в форме. Передают друг другу бутылку газировки, жадно пьют. Командир рычит на них:
- Эй, а потом опять писать будете проситься на Красной площади!
*
Брату очень не хочется разрешать жене ездить на своей машине:

- Ну, понимаешь, ты же давно не водила, ты аварийно опасна, тебе надо привыкнуть сначала....
- А как я могу привыкнуть, если ты меня не пускаешь за руль?!
- Машина тяжелая, ты куда-нибудь вмажешься, мне жалко не машину, а тебя!
- Саша, ты же ни разу не дал мне проехать, как мне практиковаться?
- Пойми, машину надо понять... слиться с нею.... почувствовать её!
- Как я буду ее чувствовать из дома?!
- Ну... пострайся.....
*
В воскресном майском городе у милиционеров за спинами звякают наручники, сложившиеся обручальными кольцами. На уличных растяжках, рекламирующих победу в Великой Отечественной, изображены ветераны в возрасте, в котором они были лет двадцать назад. То есть улыбаются такие бодрые шестидесятилетние люди. В художественном салоне на стенах развешена дичь - "Маска Толстого (посмертная)", "Посмертная маска Гоголь" и "Маска Афродиты". Вероятно, та, что Афродиты, снята при жизни. Еще там на стене повешен нос.
*
На плакате рекламы телефонных карт изображена собака, которая тянется вверх носом за облачком запаха. Надпись "У нас нюх на низкие тарифы". Это все неправильно, поскольку тарифы низкие, надо, чтобы она морду опустила к земле, будто бы шла по следу. Я гипнотизировала стенку пять минут, но непослушная собака так и не исправилась.
*
Перечеркнутый пешеход на дорожном знаке издалека очень похож на иероглиф.
*
Еще я знаю, почему про людей иногда говорят "глубокий" или "широкой души человек". Это про таких говорят, в которых можно зайти целиком, сесть, ноги вытянуть и еще место останется. А "мелкие душонки", "узколобые" и "плоские умы" - они вообще как-то не очень гостеприимны.
*
Как-то я поехала работать вожатой в детский лагерь, и еще до приезда детей мы с подругой обнаружили в только что отремонтированном корпусе скабрезные наклейки в палатах. Это обустроились за время ремонта рабочие. Несколько часов мы отдирали на редкость стойкую плоть розовых красавиц. Потом въехали дети и наклеили точно таких же.
*
Нам домой часто звонят и просят к телефону мастера по ремонту авиалайнеров Сергея Михайловича.
*
Я сейчас живу на кофе и мармеладных мишках. Но ни бодрости, ни веселья не ощущаю.
*
Сережа хочет как-то восстановить спортивную форму. Я предлагаю диету и спорт. Говорю, что все наши лесные каждодневные прогулки с псом можно как-то наполнять тренировками. Оживляется:
- Да, точно, в Битце я буду качать битцепсы, а в Царицыно... царицыпсы!
И бодро уходит от меня спортивной ходьбой.
*
Соловей среди других птиц в лесу выделяется людьми также как белый гриб среди остальных сыроежек.
*
Сережа задерживается, мы с псом не попадаем в лес. Хожу уныло по скверу. Пес вместо беготни уныло ходит в ошейнике и на поводке, а на дорожках пестро от носящихся туда-сюда детей. И все без намордников.
*
На скамейке сидят юноши. Хочу пройти мимо них с достоинством королевы, но мама долго не берет трубку и аккурат поровнявшись с ними, я вынуждена лепетать: "Мама, вскипяти мне кастрюлю воды". "С легким паром", - слышу вслед от красавцев.

*
С утра в темноте архипелажные обрывки снега на земле смотрятся как опавшая пена в остывающей ванне, в которой нежится красотка. Бреду, боюсь наткнуться на розовую коленку.
*
Пес стал непослушным и постоянно сбегает, поэтому веду его на поводке. Рвется, крутится вокруг меня, а я этакий перемещающийся колышек, к которому он привязан. Или шагающая земная ось.
*
Утром, только проснувшись, находишься пару секунд в сладком беспамятстве - кто ты, где ты, что с тобой. Но очень быстро все воспоминания падают на тебя одно за другим, больно ударяя углами, как если бы ты задел стеллаж с книгами и они посыпались с высоты тебе на голову.
*
Только недавно, к своему стыду, посмотрела Тарковское "Зеркало". И укрепилась в мнении, что смотреть его фильмы - это как сходить с ума под наблюдением главврача. То есть у тебя есть два часа, когда ты совершенно точно будешь погружен в иное, где все не на привычных местах, величины сбиты, родное одето в костюм монстра, а враги украшают розочками торты. Потаращишь глаза, подрастешь на пару лет, отсмотришь титры, и домой. Одна только Терехова с топором и петухом потянет на полгода точно.
*
В Икее продаются блестящие плоские фляжки, у которых дырка и, соответственно, навинчивающаяся крышка расположены не по центру, а смещены к боковой стороне. То есть, если это была бы голова, то она будто слегка сдвинулась на плечо. Это в анфас если. Кручу в руках, думаю - что-то напоминает. Капитана в фуражке на мостике "стальных кораблей". Это если в профиль.
*
Не высыпаюсь, утром еле веду себя на работу. Стою у лифта, уставилась на номер этажа - 10. Ноль нарисован как разломанная вдоль сушка-челночок, с лампасной пустотой посередине. О, думаю, так еще кофейное зерно рисуют. Кофе. Не спать. Хочу спать!
Уже в офисе Вовка складывает два овсяных печенья плоской стороной друг к другу и чуть сдвигает одно. Так тоже рисуют кофейные зерна, думаю. Кофе. Не спать. Хочу спать!
Целый день потом пью только чай.
*
Читаю дневник одного автора и сейчас там где-то 2002 год. Так вживаюсь в те временные реалии, что выходя на улицу, думаю: "о, пальто какое у девочки, сейчас уже не такие носят", "фольц поехал, у нас уже совсем другие модели ездят". То есть я продолжаю находиться в том времени.
*
Женщины - это делательницы многого из малого. Из мухи - слона, из соринки в своем глазу - бревно в чужом, осиное гнездо сахарной ваты на голом деревянном штыре, скандал из слова, любовь из взгляда, жемчуг из соринки, ребенка из клетки.
Профессия такая - беременеть, рожать.
*
Встречаемся, чтобы познакомиться с приятельницей по переписке лично. Договариваемся о месте и времени, я вспоминаю ее фотографию, где она с ножом в зубах. Ну, говорю, вы, наверное, будете с ножом, я вас узнаю.
Сижу, жду, ем суп, ко мне подходит очаровательная девушка, показывает из-за пазухи натуральный большой сверкающий нож, и улыбается вопросительно-узнавающе. Я потом все думала, а вот если бы она обозналась?
*
Отцовская кошка подолгу гуляет, и он часто выходит ее звать в сад.
Вчера пишет мне:
- Обратил внимание, брожу по саду и кричу тоскливо "Ласка, где ты?"
- Еще хорошо бы дать ей псевдоним "Справедливость". Я бы придумала ей свое имя на каждый день недели. И псу тоже.
- "Здоровье, ко мне!"
- "Деньги, лежать!"
- Насчет денег. Вчера передо мной в сберкассе мужик клал десять лимонов. Я очень расстроился.
*
Вовке очень нравится спам из двух строк: "Помоги себе сам. Телефон такой-то".
*
Как-то неожиданно потрескались губы, мне больно, я расстраиваюсь. Вот, думаю, всё, как старая картина. Портрет матери Вистлера. Но вслед себе ору: "Зато охренительно дорогая!"
*
Секретарши на ресепшене уже вторую неделю причитают надо мной: "Оля, вы болеете?", "вы так устаете, да", "что-то вы замученная", "ой, бледненькая какая", "какая-то вы стали тусклая прямо". Я уже боюсь спускаться за чаем. Придумала, что скажу им завтра: "Девочки, я просто как лампочка на телевизоре в режиме стенд бай, и никто не может найти пульт". Но, кажется, на такую длинную речь не хватит сил. Напишу им письмо.
*
В зеркале меж тем вижу, что секретарши правы, и мы меня теряем. Прихожу в аптеку прошу витамины и помаду-бальзам. Продавец ведет монолог со мной:
- Какую вам помаду? Нет, наша вам не нужна. Вам нужна польская. Так, с чем вам дать - с апельсиновым маслом, с ромашкой, с алое, с медом, с лимоном? Молчите, вам однозначно нужно с алое. Я послушно взяла и даже не пискнула. Но это я просто еще витамины не начала пить.
*
Уже опаздываю на работу, наспех глотаю кофе, думаю не забыть то и это, пинаю от стола пса, с которым уже полчаса померзла на улице. А в телевизоре показывают клип Имбрулии, где она просыпается по будильнику в 7.30. Перевожу глаза на часы и вижу, что у меня время ровно то же. Тунеядка, мстительно думаю я, это она только проснулась.
*
Витамины, купленные вчера, оказались "Дуовит". Открываю, оказывается, надо пить в день по две пилюли - красную и синюю. Выбрала синюю, плюнула - Нэо, блин - и взмыла в небо в направлении ресепшена.
*
Надоело жить в ощущении, что ты кнопка на шахматных часах, причем твой игрок на редкость быстро думает. Не передохнуть от ударов по башке.
*
Эти агитаторы возле метро совсем извели. Сегодня схлопотала пощечину алым полотнищем флага с надписью "Родина". И я говорю своей стране: "Значит так, подруга, если будешь продолжать в том же духе, я сменю гражданство, и только ты и видела Нобелевку по литературе.
*
Давно не читала глянца. Гляжу, пишут про Павла Санаева, мне нравится его книга, и я задерживаюсь на странице. Небольшой текст, фото подписано "На Павле вельветовый пиджак, джинсы, кожаные ботинки, водолазка из кашемира". Как будто шпаргалка внучке, которая будет читать вслух слепенькой бабушке, а та будет расспрашивать "а как, как он выглядит?".
Кстати, к концу журнала крупный портрет Друбич, у которой на фото не видно даже шеи, подписан "На Татьяне шерстяной свитер". Ну так, между прочим, чтоб мы знали.
*
В супермаркете все скидки начинают действовать с определенного часа. Старушка кладет на ленту свое молоко и говорит кассиру:
- Я пенсионерка.
- Ровно с девяти. Пока мы все молодые, - отвечают ей.

А потом в тыкву, непременно в тыкву!
*
Иногда на меня находит какое-то оцепенение, я буквально перестаю чувствовать свое тело, как вакууме. Это так неприятно, что я тут же принимаюсь пить холодную воду. И тогда отлично ощущаю себя, но изнутри и только примерно до середины, где заканчивается желудок. А остальную часть можно дофантазировать. Так и возникают кентавры.
*
Утром собираюсь в полутьме, Сережа еще спит. Тереблю его, прошу, чтобы он дал мне диск и деньги. Просыпается, хрипло говорит мне:
- А, это ты, алчный меломан...
*
Мне очень понравился фильм "Иллюзия полета". Два часа действие фильма происходит на фоне длинных рядов самолетных кресел перед большим экраном, на котором пассажирам показывают кино. И только к середине понимаю, что я сижу в огромной матрешке. Перед моими глазами силуэты кресел кинозала и большой экран. Я просто продолжение тех рядов, и хочется позвать билетершу, попросить воды или карамельку, спросить, на какой высоте летим-то. У фильма очень точное название, короче говоря.
*
В супермаркете прохожу мимо изящно одетой дамы, вдруг слышу, как она говорит своему спутнику:
- Вот решила ей портвешок купить.
Оборачиваюсь, удивленная, а у нее в руках противень.
*
То, что нас не убивает, добьет нас попозже.
*
Чем ты занята на работе, чем ты занята на работе.... Редактурой вот этого я занята на работе:

Но тяга к спорту, засевшая в него, судя по всему, надолго, после работы компенсировалась на баскетбольной площадке.

Он пока плохо говорит по-русски и вообще довольно молчалив, но его руки говорят сами за себя.
*
Ужинаем под Собаку Баскервилей, которая у нас застольным фильмом. Вот убийца Степлтон зовет Ватсона: "Вы должны непременно посетить нашу ферму".
Соображаю вдруг, а почему ферму? Они тогда должны что-то выращивать на ней...
- Угу, собачку, - жуя бормочет Сережа.
*
Когда выпал снег, сразу проявились дорожки следов всех прошедших по собачьей поляне людей и зверей. И я стала видеть то, что пес чувствует носом. Будто под ногами проявились запахи. Как клубника протекает в бумажном кульке.
*
От боязни " только бы никого не обидеть", получается избавляться только уродским методом "обидеть всех".
*
На почте вчера дали пять марок. Одну с изображением скульптуры воина, держащего за рога оленя, и четыре с крылатыми львами. Пожалела оленя и обклеила воина со всех сторон хищниками. Ишь.
*
Перед отправкой отцу перечитывала свои записи. Расстроилась, занудное очень все в этот раз. Потом еще решила, что каждый этот мой абзац - это эмбрион большей вещи, например, рассказа или повести. Хорошие начала, так сказать, первые фразы, с которыми все так мучаются. Вот бы мне армию суррогатных матерей.
*
Чтобы окончить мои тяготы по прогуливанию вечно мчащегося пса, купили семиметровый поводок-рулетку. Хожу с этим калачом в руках, рулю, жму на кнопку-стоппер, когда надо объект задержать, и отпускаю ее, когда можно объект более не задерживать. В темноте троса не видно, и полное ощущение, что управляешь собакой с помощью джойстика. Я всегда затрудняюсь, когда меня прохожие спрашивают о расстоянии до чего-либо. Не понимаю я, как выглядят сто или двести метров. Теперь, когда я точно знаю, как выглядят семь метров, я буду складывать в уме. Еще мне почему-то казалось, что корпус рулетки будет красным, а купили синий. Ну правильно, мальчик же...
*
Думала Негрустина купить, смотрю, на пачке нарисованы две маски театральные, одна печальная и плачет, другая щурится и ржет. То есть, ага, там внутри два типа колес, и на какое напорешься неизвестно, потому что, как кто-то тут недавно остроумно заметил "в сказках кувшинчики с живой и мертвой водой всегда одинаковые и стоят рядом". Правильное лекарство - то ли добьет, то ли вылечит. То есть мучаться в любом случае перестанешь.
*
Желания необходимо формулировать точно, иначе можно схлопотать обезьянью лапку. Сто лет уже не могу ничего загадать, потому что все время спохватываюсь, и отодвигая точку пробелом, всё вписываю и вписываю расшифровки, ремарки, сноски и пояснения.
*
При такой погоде наш вид из окна на склады, кусок железной дороги и бойлерную, такой, что кажется, будто его читает голосом Галина Волчек из "Осеннего марафона" про "грязную землю, валялся повсюду мусор и серое влажное белье на веревках". Горестная жизнь плута, Бузыкин.
*
Он взглянул ей в глаза, сердце его растаяло, и он заключил её в свои жаркие кавычки. Или вот еще так. И присудили ему три года заключения в кавычках. То есть дали условно.
*
Завтра день смерти Кайдановского, по телевизору показывают фильмы о нем. Вчера попалась на глаза поделочка. Практически своими руками, как маме к празднику. Идет рассказ, перечисляются факты, события, люди. Но поскольку фильм, нужен видеоряд. Потому разбросаны осенние листья, в них его фотографии. Иногда всплывают лица тех, о ком говорит голос за кадром - партнеры по фильмам, жены, друзья. В момент, когда рассказывается о трагической судьбе одной из женщин, которая зарезала своего мужа, в листьях блестит кухонный нож.
*
Мне нравится ехать по дороге шириной в одну полосу. Часто я представляю себя звеном, объединяющим всё, что находится по обе стороны трассы. Бегунок застежки-молнии. Застегиваю свой город поглуше.
*
Бог поступает жестоко. Давно, еще в самом начале он включает тебя в свой контакт лист, и с тех пор светится вечным иньянем своего n/a. Видишь, знаешь - есть, но не достучаться. А когда вдруг голый онлайн, отчего-то глупая немота.
Привет, а у нас снег.
*
Поняла, что мне напоминает мое ежедневное утро. Пробуждение нарисованного принца Персии. Всех вчера победил, все ловушки обошел, принцессу нашел и женился даже. А с утра кто-то решил сыграть еще разок.
*
Не знаю, не знаю, голова у меня, что твой глобус. За день выстрою себя всю как песочный замок на берегу острова, в порядок приведу, желания усмирю, нервы красиво завью в аккуратную прическу. Так за ночь же все смывает на хрен приливом.
Нет, наверное, мозг все-таки полуостров...
*
Cамая часто повторяемая байка-присказка у нас дома:
Крепкая старушка тянет упирающегося орущего внука к клумбе, и, показывая на бабочку, кричит ему в лицо:
- Видишь красоту, видишь?!
*
В принципе, человек ко всему привыкает, поэтому со временем и неприятные тебе люди не так ужасны, и то, что ты вынужден делать против воли, уже не так тяготит. Но потом, когда плохие люди исчезают, а напрягающие дела заканчиваются, ты разом выправляешься обратно, как зонт выгнутый было ветром кверху, а потом одним легким движением спасенный. И понимаешь, как на самом деле ты устроен, каково твое естество. И даже все руки-ноги покалывает, будто отсидел всего себя.
*
Принесла диск с подборкой классической музыки, рождественски оформленный. Конверт для него представляет собой открытку с нарисованными девочками в вязаных свитерах, в прорези бумаги вставлен сам диск, рисунок на котором продолжает открыточный. Край диска как раз приходится на горло одной из девочек. Вышла за чаем, возвращаюсь, Вовка сидит и, весело смеясь, крутит диск вправо влево внутри открытки, а девочка буквально теряет от Вовки голову.
*
"Бобка молчит, нарушает гомеопатическое мироздание"

Встала утром раньше, чем обычно на полчаса. Гуляла с псом, все хвалила себя, что вот могу же, что как хорошо, как теперь можно не гнать по минутам, не давиться кашей, какая я все-таки сильная и мощная личность, а людишки-то еще спят, а потом станут чистить зубы через один и в метро в час пик, как капуста под прессом. Гордо пришла, свысока приняла душ, зная себе цену налила чай, презрительно включила телевизор. Хоп - вместо семичасовых восьмичасовые передачи. Я встала на полтора часа позже.
Нет, мне определённо нравятся их методы!
*
В супермаркете служащих нарядили по-новогоднему. Менеджеры в колпаках гномами таскают коробки конфет и распихивают по залу, кассиры мрачными глыбами сидят в оленьих рогах. В рогах что-то мигает красным, и я думаю, боже мой, боже, да они небоскребы, придет кинг-конг и пообломает им рога.
*
На витрине зазубренная звезда ниндзя "Найди красную цену". Мне нравится, но "в базарный день, в базарный день!" зря не дописали.
*
Видела, как усталая женщина заказала в Макдональдсе 30 рожков мороженого. Их невозможно поставить, и она складывала их рядками на поднос, как солдатиков в коробку на ночь, аккуратно подсовывая под мягкий чуб каждого салфетку. Выстроила из них гору, и понесла как с поля боя.
*
Папаша заметенному сынку на санках:
- Ну что, пойдешь с нами за голубями? Погоняем голубчиков?
*
Слышала, как имениннику говорили:
- Да он тебя так уважает, так хвалит всегда. Только и разговоров, что о тебе. Он тебя просто благотворит.
*
Утром, уже после прогулки, тренировки, приготовления завтрака решаю все же будить Сережу. Открывает один глаз, тянет носом возле моей шеи, спрашивает:
- Это чем ты пахнешь?
- Да ничем, сама по себе.
- А, это как там было "только безделье не пахнет никак"!
*
Какая-то я мелочная, ей богу. Смотрели новое кино с Мерил Стрип, у нее на шее болтались разнообразные массивные украшения. В дубляже сохранен стук камней в бусах при движении. Так я всю дорогу этот звук слушала и размышляла, как это они его имитировали.
*
Брожу по Zara, вдруг голос объявляет:
- Володина Любовь ожидает вас на кассе номер три.
Честное слово, парень рядом вздрогнул! Да я бы тоже заволновалась, если бы мне сказали "Олина любовь на кассе номер три". Нормально вообще, еще со мной не разобралась, уже продается.
*
Когда что-то надо вспомнить и никак, хотя вертится, это похоже на то, будто у тебя мозг - грецкий орех и нужное тебе просто за соседней тамошней тоненькой переборкой.
*
Говорю, что плохой фильм с хорошими актерами может быть, а хорошего фильма с плохими актерами быть не может. Леха возражает мне:
- Нет погоди, вот тебе пример... этот... "Троя"! Там еще на "м" какой-то чувак главный.
- Ахиллес?
- Точно!
- Угу, Ахиллес на "м"....
Вовка из угла мрачно:
- Там именно такой Ахиллес.
*
В начале отношений люди слушают слова, которые им говорят и верят им. А спустя время начинаются не разговоры, а сплошные археологические раскопки. По поиску вторых, третьих и прочих смыслов, подтекстов, намеков. А если не роешь, веришь сказанному, собеседник даже обижается, зря он что ли копал три этажа вниз и раскладывал скелеты.
"Ну, это же понятно!", "Догадаться не мог?", "Такие вещи вслух не говорят!". Не понятно, не мог, говорят!
*
Пока меня не было, ты совершенно испортила свое впечатление обо мне, - сказали мне.
*
В нашем книжном магазине в разделе мемуаров и автобиографий все книги о евреях стоят на отдельном стеллаже. Среди них почему-то брошюра про жизнь Арнольда Шварценегера.
*
У Вовки вчера оказывается был день рождения, а он не сказал. На мои вопросы отвечает, - Да ну... вот еще в воскресенье могут придти друзья с караоке. Вот любят они меня и караоке.
*
Бодрая девушка другой кричит в вагоне метро:
- Да нет! В интернете есть нормальные, есть! Другое дело, что сначала надо перелопатить кучу!

Я всё представляю, как она каждому совком в лоб, в лоб.
*
Женщина в телефон:
-Ты скажи, когда вы можете. Тогда я возьму вам билеты на третье марта.

Это самое убийственное, что может быть - билеты на несколько месяцев вперед. Это каждодневная мука - смотреть на такие билеты. Мало того, что сам себе кажешься ледоколом, продвигающимся по миллиметру к цели, так еще и точно известно, где ты будешь третьего марта еще не наступившего года.
*
В женском туалете в кабинке на рекламной досочке маркером выведено (орфография и пунктуация сохранена):

Просьба, вовремя класть бумагу!

Ниже подписано зеленым фломастером:

А вы неваруйте пажалуста!
*
Весь день пишу сопроводиловку по верстке, вношу правки. Каждое предложение начинается с указания страницы, абзаца, строки: в третьем абзаце, в пятом предложении.
В некотором царстве, тридевятом государстве....
*
Пес носится ежеутренними привычными тропами, но подходы к ним сейчас завалены снегом. Тянет меня, я погружаюсь чуть не по шею, как несчастный в торт трех толстяков. Кричу:
- Да ты меня в сугроб вгонишь!
Понимаю, что придумала версию для домашних питомцев, облегченную.
*
В метро список станций в рамочке на стене смотрится перечнем павших на обелиске. Пожалела, представила всех абитуриентами на доске объявлений. Все поступили, все.
*
Читаю в книге о том, что каждый человек должен быть внутренне одинок. И только с Богом делить свое одиночество. Ну да, думаю, внутренний стержень заизолирован. А на том конце этого провода нехилая лампочка.
*
С этой версткой скоро сойду с ума. Целыми днями вношу обновления в прошлогодние тексты. Вечером вижу в метро старушку с внуком на руках. В голове тут же ставлю галку "старый материал + new".
*
Мое мироощущение - это смирновозмущение.
*
"Фигурировал" в деле - это значит делал всякие пируэты, тройные тулупы, вращения, дорожки, но чаще, конечно, пистолетик.
*
Говорить "он подобрал ко мне ключи" про человека, который стал близок, неправильно. Вроде он вскрыл тебя каким-то посторонним предметом, чисто домушник, вошел и взял, что захотел. Нет, тот, кому удается стать особым, сам ключ, и совпадает со всеми твоими выступами, бороздами и придурью врезного замка. И, притертый к тебе, он делает обороты вместе с тобой. У вас сальто в паре. А открывается или закрывается дверь, вообще, кстати, не суть.
*
На платформе уткнулась взглядом в спины двух женщин в соболях, стою, думаю, отчего это они в метро ездят, им бы шофера или мужчину с автомобилем. Толпа толкает меня к ним, успеваю прочесть через плечо одной в ее мягеньком детективчике:
" - Ну что, ты теперь всё поняла?
Оля захлопала глазами.
- Нет...
- Ну и дура!"

Поднимаю голову и думаю предельно внятно - Между прочим, когда мне грубят я вообще ничего не понимаю, понятно?!
*
Держусь и всё не покупаю "Негрустин", размышляя о том, что им в линейке не хватает "Даладноблина", "Нучетыяжетутина".
*
Бабаевский помимо шоколадок Аленка выпускает конфеты с тем же названием. Они шоколадные, как из коробки - куполок с плоским дном, каждый обернут в фольгу с личиком девочки. Можно купить сто грамм детских головок.
*
По перрону шла нечейная белая псина и зевать на всех хотела.
*
Вчера я была целый день уверена, что живу пятницу. Когда меня поправили, я очень расстроилась, потому что очень устала за неделю. И вот теперь сижу, в уже прожитой вчера пятнице, как на контрольной, когда все сделал раньше всех и скучаешь до звонка.
*
Папа живет у моря и, как водится, подолгу на нем не бывает, удовлетворяясь мыслями, что оно в пятнадцати минутах ходьбы, а в шторм его даже слышно. Сегодня впервые за два месяца добрался. Взял с собой пса, а тот за 60 дней сильно вымахал. Получаю с берега горькую смс:
- Он меня уронил.
*
В современных реалиях смотреть, как человек пишет что-то от руки, видеть его почерк - это все равно, что наблюдать, как он пляшет голый - все же видно!
*
Игральные карты и деньги давно срослись в моем сознании. Когда нужно расплачиваться, я нахожу среди банкнот козырей, складываю марьяжи и сбрасываю в отдельный карман кошелька мелочь, вроде вальтов и девяток. Считаю наличность как взятки, беру конверт с зарплатой как прикуп вслепую. Когда стою на кассе и боюсь, что не хватит денег, мысленно заговариваю кассиршу пойти с угодной мне карты, и, если, денег хватает, шепчу "вмастила" и кладу купюры с улыбкой победителя.
*
Утром встанешь и вдруг наткнешься внутри на какую-то занозу - что-то вчера случилось нехорошее, то ли тебя обидели, то ли ты, но точно не помнишь. Только тянет и холодит одновременно. Потом достанешь ее из сердца, будто паспорт из внутреннего кармана, просунув ладонь за пазуху, прочтешь - ага, нашел. И полегче.
*
Раз в неделю я сдаю стольник на подарок кому-то из сотрудников. Причем я не хожу на корпоративные праздники и ни разу не поинтересовалась, что подарили. Вот так и надо делать любое добро, а я каждый раз выковыриваю эту персиковую косточку, как толстый Карлсон.
*
Сережина сотрудница попросила забронировать ей номер в гостинице какого-то провинциального города. Сказала, что там все номера ужасные и есть только пара приличных, с видом на площадь. Напиши, уточнила, что я хочу обязательно номер с видом на памятник Ленину, они по-другому не понимают.
*
Вчера смешная мысль пришла в голову мне в метро, я достала блокнот, но выронила ручку. Толпой ее отнесло в середину вагона и, когда люди вышли, ручку цепко схватила пожилая женщина в шубе. Она рассматривала ее и улыбалась, а я забыла мысль. Интересно, что она запишет первым моей ручкой. Хоть бы позвонила, прочла вслух то мое сочинение.
*
Когда я в хорошем настроении, новогодние гирлянды, висящие перевернутой радугой, кажутся мне улыбкой с золотыми зубами. А когда в плохом, просто чем-то провисшим, обрюзгшим, хочется их подтянуть до состояния разделительной полосы в бассейне.
*
Не заметила как уронила кусок кожуры манго в ботинок, потом поскользнулась внутри него.
*
Утром встанешь и вдруг наткнешься внутри на какую-то занозу - вчера случилось что-то нехорошее, то ли тебя обидели, то ли ты, но точно не помнишь. Только тянет и холодит одновременно. Потом достанешь ее из сердца, будто паспорт из внутреннего кармана, просунув ладонь за пазуху, прочтешь - ага, нашел. И полегче.
*
По-моему, магазин "Шейте сами" на Ленинском имеет очень хамское название.
*
На вчерашней собаке снег скатывался в ледяные шарики, как на детской варежке. И звали ее Варя.
*
Крики "Да иди ты", "Катись отсюда" и "Пошел вон" в спину человеку, который сам решил от тебя уйти, становятся просто пожеланием доброго пути. То есть вполне уместны.
*
Женское тело гибче и пластичнее мужского. Длина ног, объем груди, узость талии и пышность волос изменяется не только от практических с ними манипуляций, но и с переменой настроения.
*
Уткнулась в рекламу холодильника. Изображена стрелочка в белый бок и написано - 175 см. Нет, автоматически думаю, маленький. На каблуки уже не встать.
*
В городе тоже говорят про фильм «Мастер и Маргарита».

- Книга эта, понимаешь, опровергает евангелие.
- Это почему еще, кто тебе сказал?
- Бабушка сказала....
...
- Но ведь и там, и там конец одинаковый? Победа?

*
Мужики прислонили к стене в коридоре высокий деревянный ящик без крышки, похожий на открытый лифт. Зашла внутрь, поиграла в куклу наследника Тутти.
*
В метро:
- Я вообще второго не собиралась рожать. Просто поздно было уже что-либо... А не родила, жила бы сейчас в Ясенево.
*
Почувствовала себя простуженной и захотела глинтвейна. Понадеялась на специи, в том смысле, что они в комоде есть. А их нет. Вскипятила микроволновкой вино в чашке, заварила в нем пакетик чая с корицей и кардамоном. Главное просто поверить. Сижу верю, наблюдаю разгромленную псом полку. Серьезно пострадал утюг, кажется, отсек для воды от него отделился навсегда, то есть ни черта он не шатл. Думаю, что теперь вряд ли у нас в семье все будет гладко.
*
В офисной кухне жарят яичницу. На лестнице водитель шефа расположился с гуталином и бархоткой. В туалете перед зеркалом бреется парень из пятой комнаты. Я пью первую чашку кофе.
Нет никакого мифического дома и семей. Все просто уходят за угол на ночь.
*
Я очень люблю сегодняшнюю моду, следуя которой девушки ходят замотанными шарфами до носа. Когда такие хрупкие их силуэты осиным гнездом вдруг обрастают. Потому что тогда они похожи на простуженных, трогательных детей. Я бы всем малинового варенья давала. "И ставит, и ставит им градусники" (с)
*
Еще нравится, когда у аккуратных мужчин из-за воротника торчит петелька. Буратино сорвался с крюка.
*
Замучила совесть. Заладила все сомнительные поступки и мысли красной волнистой чертой подчеркивать. И главное, как обычно, варианты правки всё какие-то идиотские и нелепые.
*
Весь в черном, священник с крестом на груди беспомощно жмет кнопки телефона, разложив его на ладони перед лицом как пудреницу. Он явно не может справится, и называет врага по имени: "Черт, вот черт". А был бы чукча, шептал бы: "Ай, Шайтан!".
*
На рекламном плакате магазина пальто, одна и та же женщина сфотографирована в разных нарядах, а потом выстроена в два ряда. Места мало, фигуры стоят тесно, слегка перекрывая друг друга. Получается, что иногда эта женщина, улыбаясь, ставит самой себе подножку. Я смотрю на нее: "Детка, да ты делаешь прям как я..."
*
На стенке вагона метро черным маркером аккуратно выведено:
"Жизнь прекрасна и удивительна, если правильно подобрать антидепрессанты".
*
Мой друг Ромка ездит в метро редко, только в городах, куда его командируют. Питерским метро так поражен, что звонит мне делиться.
- Оля, тут мне в метро сказали, что если я встречу человека с белой тростью в руках, то я должен ему помочь, потому что это инвалид по зрению. А я сразу представил, знаешь, Паратова. Он идет такой во всем белом, с тростью, а я ему помогать бросаюсь.
- Ха, это ты у нас не слышал еще: "обращайте внимание на подозрительных лиц. если вы встретите подозрительных лиц..."
- А, да-да: " раскопай своих подвалов и шкафов перетряси, разных книжек и журналов по возможности неси", помним.

- А еще они объявляют всякие подстрекательские вещи. Еду на эскалаторе, а мне рассказывают, что я не должен просовывать пальцы под ленту, посторонние предметы в щели, и сидеть на ступенях. Мне же нестерпимо всего этого сразу хочется.
- Это, Ром, как с лампочкой во рту.
- Нет, не смей мне ничего рассказывать, пока.

Потом перезванивает еще:
- Оля, на Невском видел вывеску "Японская кофейня". Помнишь у Довлатова: "Мы хотели помогать армянам и отнесли вещи в армянскую синагогу". Это армянская синагога!
*
Позавчера мой пес сожрал утюг. Вчера электронные настольные часы. Купили новый утюг, часы. Пес обязан начать гладить на время. Понял?
*
Моя парикмахер давно болеет, я не могу к ней попасть. Жалуюсь Сереже, он сочувствует: "зарастешь, как лес". Верно, корни как раз вон уже отросли прилично, скоро ветки подтянутся.
*
В женском туалете кинотеатра на зеркалах наклеена реклама средств для волос, тех, что рекомендует огромная рука помощи. Всей руки не видно, только один палец в тебя тычет. То ли на добровольцев намекает, то ли спецслужбам тебя сдает: "Вот она, вот!". Палец, блин, помощи.
*
Две девушки ругают кого-то:
- Он мне говорит, что у них, если голубой зайдет в трамвай, его вытолкают и будут над ним смеяться, а у нас, мол, свободно такие пары по улицам ходят.
- Вот и сидел бы в своем Ростове-на-Дону тогда.
*
Первый раз в жизни слышала, как мужчины говорят о любви к женщине. Матом.
Если убрать мат:
- Она такой человек. Хороший она человек, Диман. Нельзя такого человека упускать. Я в Питер езжу каждую неделю. Все время вместе проводим. Она такая, знаешь. Прямо вот....
- Я ее видел, хороший человек.
- О, если б ты ее узнал побольше.
- И что ты теперь думаешь? Свадьбу?
- Нет, так далеко я никогда не думаю.
- А нет у нее подруги такой?
- Есть. Хороший тоже человек. Но страшная. Хотя человек хороший. Но, правда, очень стремная.

Они сидели за мной в кинотеатре, после сеанса я дождалась, чтоб посмотреть, как выглядят мужчины, говорящие о любви. Матом. Приличного такого вида ребята. С портфелями, в очках, обувь дорогая. Хорошие люди.
*
Папа прислал смс:
Хокка
- Наглость кота такова
Нюхает в пасти у пса,
Чем я того угощал
*
Если ходить по улицам опустивши голову, можно увидеть множество признаний в любви и пожеланий доброго утра. Белые неровные буквы под окнами. Некоторые выдерживают несколько сезонов. Всё уже давно срослось, сшито накрепко, а наметку так никто и не выдернул. А если краска наоборот не въедлива, то можно наблюдать, как с каждым днем любовь или доброе утро понемногу исчезает. Очень наглядно.
*
Криейторам про игру слов.

Что я люблю.
Реклама нового ресторана, в котором проводится празднование дней молодого вина:
"Хватит бродить! Заходи в "Тбилисо!"

Что я не люблю.
Реклама магаина одежды:
"Если сны твои вещи"

И безо всяких игр.
Что я ненавижу:
Сосиски "Дюймовочка"
*
В метро спиной ко мне встал большой мужчина. Он приблизился так, что я могла бы похлопать его по плечу своими ресницами. Высота этих самых плеч была точно такой, чтобы захотелось взяться за них руками, стать на цыпочки и заглянуть, что там делается впереди. И тут я поняла, что значит быть "за ним, как за каменной стеной". Сёстры, очень хочется перелезть.
*
***
Больше, чем лужа в две Америки,
Выше всех гор, синённых Рерихом,
Ты вырастаешь во мне, упираясь маковкой,
В изнанку мою, как в крыши Кракова.

Любить – что сажать в живот Чужого.
И растить, себе не хотя плохого.
Но сначала он как в колоколе язык,
А потом как в орехе ядро – впритык.
*
Читаю Брэдбери, очень нравятся иллюстрации к "Вину из одуванчиков". Смотрю подпись к рисункам, две буквы Р.В. Целых десять страниц думала, что писатель еще и отличный художник, пока не увидела на обороте авантитула "иллюстрации Владимира Румянцева".
*
- Ну что, Ольга моя, будем встречаться. Давай завтра часа в два в том чудесном кафе с треугольными сендвичами?
- Давай, я как раз сейчас в нем.
- Поразительно, какой я чувствительный. А я, знаешь ли, сейчас еду по дороге, ведущую в город Каширу, на убийство, совершенное в морге. Нет, ты вдумайся, какая разная у нас тобой жизнь.

А я никак не могу решить, тавтология или аккуратность это убийство в морге.
*
Случаются сезоны холодов, когда с отчаянием носишься по внутренним своим комнатам, в которых так недавно жили любимые люди, и находишь вместо них туго стянутые неровными стежками насиженные места и обрывки ниток, как бывает, когда отрывается и навсегда пропадает пуговица.
*
Эту рекламную строчку "Ты-лучше" я, например, будучи простуженной вторую неделю, воспринимаю только как похлопывания по моему плечу доктора, убирающего свой холодный стетоскоп в карман.
*
Брожу с псом, мимо идет мужчина с сыном, и мальчик кричит, тыча в нас:
- Папа, смотри, какая собака плохая!
- Не плохая, Дим, а лохматая.
Семья парикмахеров что ли, думаю.
*
По утрам уже совсем стужа. Соседа дернула собака, он упал, поскользнувшись, и ударился головой об асфальт. Зато, говорит, сразу проснулся. Вот, смеюсь, иногда падение - это подъем. Он меня не понял, но улыбнулся.
*
Вы когда-нибудь выходили со станции Чистые пруды? Там в длинном переходе такие круглые лампы по стенам, будто окна в курортном океанариуме. Плывем себе, на нас пялятся. Я проплыла акулой туда, и скатом обратно.
*
Новые знакомства, как неизвестный предмет, брошенный с плеском в воду. Вот сидишь и ждешь - мячик или кирпич. Утонет в тебе или всплывет через пару секунд. Особенно приятно чувствовать, если нечто опускается на дно плавно и тяжело, как сокровища Агры.
*
На упаковке бумажных носовых платков написано:
Наши
чистые носики
Каждый раз достаю их и жму мысленными плечами "а я тут при чем?".
*
В Прайме все девушки наряжены для хеллоуина, на моем любимом столе у окна водружена тыква с прорезанными чертами лица. Вы бы знали, сколько сил у меня ушло на то, чтобы удержаться и не положить ей в рот кусок шоколадного кекса.
*
На моем пальто очень тугие кнопки-застежки, и когда я делаю рывок на груди, практически как партизан перед расстрелом, мысленно крича "стреляй, сука", я еще почему-то представляю, я мешаю собачьей случке, а звери уже сцепились в замок. При более романтичном настрое - будто разнимаю целующихся влюбленных. Ромео в правой, Джульетта в левой руке. А когда одеваюсь, они встречаются и целуются все 7 станций метро пока я еду на работу.
*
В правом верхнем углу любимого сайта всегда два подчеркнутых слова помощь, выход. Смотрела на них, и каждый раз понимала, что сдерживаю себя и не нажимаю "нет, нет, еще рано. туда, только если станет совсем невмоготу". Как будто там гигантская катапульта. Но однажды это "совсем невмоготу" стало, и я нажала сразу на "выход", минуя "помощь". Мне сказали - вы вышли из системы.
Кровообращения. Или просто из обращения. Как старые деньги.
*
И почему это слово "убогий" означает плохое? Хорошее, по-моему, такое соседство. Около и я бы побыла. Даже, пожалуй, это принадлежность, в смысле про "за пазухой" просто по умолчанию.
Вот если бы я была богатая бравая дамочка в шляпке, я бы обязательно заделала бы такой кабак "У Бога". И посетители все мои были бы...
*
Звонила с утра отцу.
- Понимаешь, мне надо сделать форточки новые для кота. И форточник, который мне их делает, мастер хороший, а человек неприятный. Объясняю ему, что, мол, для кота, а он говорит, - проще кота повесить, - и f так через плечо. А я ему отвечаю, - нет, знаете, мне проще форточки сделать.
*
- Я вашу фотографию с Сашкой, где вы смеетесь, повесил около зеркала на кухне. Теперь, когда я что-то проливаю или роняю, все время кажется, что вы надо мной ржете.
*
Случайно родила гениальность.
Сделали на сайте для одной из страниц версию для печати с черным фоном, она расходует уйму тонера в принтере. К нам пришли ругаться, а я разразилась виноватым "да, устроили диверсию для печати". Сама себя глажу по голове.
*
Эта ваша чувствительность и тонкокожесть обычное западло. В то же самое время, когда просто факт существования на свете какого-то человека доставляет вам радость, просто факт существования остальных людей вызывает не только обычное легкое недомогание, тошноту и плохое настроение, но и злость, и глубокие эмоциональные провалы.
*
Моя парикмахер Катя всегда занимается со мной, приговаривая диким шепотом "сколько волос, ужас". Я никогда не могу понять, это в смысле «ах, как здорово», или «кошмар, как тяжело». То есть распустившая корни я, как зароcший по всем правилам английский сад или просто неаккуратный куст акации в городском скверу. Развлекала себя тем, что глядела на стригущихся в соседнем кресле мужчин. Их плечи покрывали накидкой леопардовой расцветки, и они сразу превращались в рыцарей почти в тигровой шкуре. Лицами благороднели. Сама я лично сидела в обрамлении голубой тряпочки с лицами фотомоделей. Преобладали японки. Все боялась, что Катя засмотрится на них и подстрижет меня подобно им. А мне не пойдет.
Кстати, в салоне на стене уже несколько лет висит женщина с идеальной прической. И ни черта не обрастает. Конечно, чуть что, и ножницы, и все причиндалы под рукой.
*
На кассе пацан лет пятнадцати держал в руках два банана. Потом взял упаковку с тремя презервативами.
Тренироваться, подумала я.
Сквозь очередь к нему протиснулся приятель еще с двумя бананами.
Не хватит, подумала я.
*
У Банка Москвы слоган "Нам выгодно доверять". И как это я сама не догадалась. Меня, к примеру, чтоб вы знали, очень полезно любить. Для здоровья, как Растишку.
*
Я совершенно безвольная и не занимаюсь спортом. Поэтому кубики на своем животе я могу видеть, только если надеваю прошитый пуховик.
*
У меня есть черная короткая кожаная куртка. Сегодня я немного подтянула манжеты рукавов и одела перчатки. Получился Цой из "Иглы". Иду, мысленно курю и сплевываю кровь.
*
Мы втащили домой пакеты из кондитерской, и застали маму в панике. Только что вырубилось с треском всё электричество. Мама металась между ополоумевшим псом, дверью и телефоном. Через пару минут пес затих, Сережа уехал, электрика вызвали, а сладости я разобрала сама. Мама сидела тихая и напуганная. Я подошла и сказала ей:
- Мама, пойди съешь пирожное, ты заслужила.
- Куда же я пойду? В ресторан?! - тихо ответила мне мама почему-то.
*
Пока мы бродили по магазину двое покупали зубную пасту.
- Так. Возьмем, чтоб от кариеса.
- Да ко врачу мне надо, а не пасту.
*
Они приближали лица друг к другу, чтоб выдавить ими шум метро:

- А свекровь понимаешь, всё продолжает своё.
- А что жива она еще?
- А то. Думаешь, Боженька возьмет ее к себе, после всего?
- Нет, не возьмет. Даже не подумает.
*
Опять совет в Прайме по поводу братского имени. Нас уже четверо, креативная группа растет. Хорошая идея есть, но я не расскажу, чтоб ничего не испортить. Санек говорит, что совсем спятил с этим подбором, а весь мир буквально кричит ему, что нужно новое имя. Отовсюду, даже в фильме "Деньги на ветер" есть такой момент, когда герою дают совет по смене имени. Я поднимаю глаза и вижу вывеску на соседнем доме "Новая Александрия".
*
Хорошо на фабрике картонных коробок.
Бродила по демонстрационному залу, на полке в рядок стоят образцы, в том числе плоская коробка размером с книгу, с надписью КАРТОФЕЛЬ. Я честно мучалась около часа, потом сдалась и посмотрела - семена.
*
Менеджеры ведут ведьмины беседы.
- Итак, если вы заказываете самосборные с ушками, то цена одна, но уж если вы хотите ласточкины хвосты, то вы должны быть готовы, понимаете!

- Мишенька, солнышко, а скажи-ка мне, отчего это в этом сезоне так модно упаковывать лопаты?
*
В цехе вырубных штампов кончилась фанера и бригадир качает головой, глядя на пустой склад:
- Ну что, сработали всё?

Съели, скурили, сработали, - говорю Вовке. Ох, Оленька, а как бы так всё сдумать раз и навсегда, - отвечает мне.
*
На большой квадратной коробке надпись "Собери глобус сам".
Я тоже хочу. Я бы Индию к нам поближе, а тамбовскую, к примеру, область к Японии бы.
*
Наименование учреждения, где лежат нездоровые люди, больницей мне кажется усугубляющим, депрессивным и безнадежным. "Здравница" кажется мне издевкой, а "лечебница" - пахнет доктором Айболитом. То есть и старостью, и зверями одновременно. Совершенно некуда податься.
*
Когда я слышу, что очередной именитый завидный жених выбрал себе невесту, мне неизменно представляется процесc попадания в выигрышный коридор шара спортлото. А сколько их там гремело, кувыркаясь.
*
На плакате рекламной акции пива призами обещают всякие вещи. Общий слоган "все сложится хорошо" размещен возле фотографии модной раскладушки Sharp. Но видно, что это сделано случайно. Дитя падишаха замок из песка самоцветами украсило.
*
Сережа лежит в больнице, мне нужно отвезти ему флюорографические снимки. Огромные невесомые квадраты. Перемещаться с ними ужасно неудобно, я все время боюсь их помять в метро и, конечно же, складываю пополам, а они раскрываются в руках и почти вылетают, как бабочки с пружинными крыльями. Я боюсь их забыть где-нибудь, и, конечно, оставляю их в ячейке камеры хранения, куда потом бегу с ужасом, будто бы целиком Сережа задохнется там в железном ящике. Я злюсь, конверт все время выскальзывает, а мне еще везти его бог знает куда. Вот доеду и отдам с укором "Вот, Сережа, как тяжело дались мне твои легкие".
*
Девушка, ведущая наш заказ на картонной фабрике, скроена на одну половину из Марины Неёловой, а на другую из Оксаны Фандеры. Причем шва не видно, как ни пялься. Она, бедная, никак не поймет, отчего я так ее разглядываю и иногда пропускаю мимо ушей вопросы. А я просто вслушиваюсь, кто из двух актрис сейчас говорит, и всматриваюсь, чьим именно ртом.
*
Оказалось, что мерзавец и подлец не могут быть взаимозаменяемыми понятиями. Мне сказали, что мерзавцами звали воров, которых обливали холодной водой на морозе в наказание. А подлецами тех, кто эту воду на них лил. Я всегда чувствовала, что мерзость лучше подлости.
*
Мама называет пса всякими именами, когда тискает. Чаще всего встречается гибрид "зайка-чебурашка". Пытаюсь его представить, и получается, что мама столкнула зверей в кровавой битве за выбор итоговой формы ушей.
*
Меня очень раздражает месторасположение окошка в киосках. Они сделаны на уровне протянутой руки, я понимаю, но это скрючивание спины мне не нравится. Делали бы что ли два их.
*
Звонила папе.

- Как чувствуешь себя?
- Да так... Пару дней назад было так плохо с сердцем, что боялся помру. На кого, думаю, зверей оставлю.

Интересно, когда зверятки вытеснили ребяток.

- Оля, когда пес ест, мне кажется, что я вижу, будто он сразу же, как в мультфильмах показывают, растет.
*
Везде торчат задницы полосатых билайновских страусов с надписью "общайтесь на станциях и в туннелях метрополитена". Как будто заполошные любовники метались с вопросом "Боже мой, боже мой, ну где же нам встречаться?!" и им наконец ответили.
*
Меня упросили принять факс про сувенирную продукцию. Получаю, читаю сразу же "интеллектуальные игры для одного игрока".
О, родные, я в такую начала играть еще в семьдесят седьмом. Пока веду.
*
Пес Громит Из мультфильма, разумеется, натуральный Дживс, во-первых. А, во-вторых, на его морде лампочкой нет совсем никакого рта, на этом месте только иногда мелькает отпечаток пальца аниматора. Буквально, Создатель приладил палец к губам "т-с-с", наложил печать молчания.
*
Видела в аннотации к новой чьей-то книге строчку "Роман написан мужской рукой". Больше на протокол с описанием вещей в квартире убитого похоже. Или убийцы.
*
Она затормозила нашу маршрутку посреди дороги, просунулась в кабину шофера:
- Скажите, как вы меня повезете?
- Куда вам?
- Мне Новые Черемушки.
- Нет, я сверну раньше.
- А вообще мне Проспект Мира.
- Меня уволят.
*
В метро парень напротив читал руководство "Ударные инструменты для чайников".
Ага, с оркестром.
*
Возле больницы стоит палатка с пирожками. Я, было, собралась порадовать Сережу ромовой бабой, но вдруг из окошка понеслась музыка. Мальчишеский голос пел слова "бля буду, не забуду". Душа моя свернулась, и я пошла прочь. Так моя изнеженность лишила Сережу куска хлеба. С ромом.
*
Сережа ничего интересного под наркозом не увидел, но накануне всю ночь рассматривал во сне слова "майдан незалежности". Первое что он спросил, когда я вошла - что это такое.
*
Говорит, что нервировал анестезиолога. Когда к его лицу поднесли маску, он вскричал: "Доктор, она не подходит к форме моего лица".
*
Еду им приносят в непрозрачных закрытых пластиковых контейнерах, побольше самолетных. По мне так они напоминают чемодан с инструментами. Сережа берет его в руки и улыбается:
- Мне нравится. Как подарок. Есть элемент сюрприза.
*
Когда его привезли в операционную, оказалось, что на столе должен быть слой воды. Какие-то там электроды. Сережа насупился:
- Мокрое место от кого-то осталось, да?
*
А вообще больница хорошая, современная, светлая. Фамилии врачей вызывают пацанский вопрос "чё, правда?".
Хирург - Щупак. Зав. отделением - Широкорад.
*
Боженька, возьми меня на ручки. Пришло время для одной пары следов на песке. Наступило.
*
Проходила рано утром мимо рыбного ларька. В нем темно, по полкам мороженая рыба, из черной дыры окошка светит электронный ноль весов. Это я думаю, это я. Бесцветный холодильник с мертвой рыбой и всё по нулям.
*
То ли я у Бога на шее мотаюсь побрякушкой, и когда он куда-то бежит, я подскакиваю на цепочке и отлетаю от его теплой груди. И сейчас как раз момент моей безбожной невесомости. То ли он на моей груди в крестике и я бегу, отталкивая его пошажно. И сейчас как раз не шаг даже - прыжок.
*
Из еды у меня было только малиновое варенье и ржаные хлебцы. В хлебцах, кончено, долбаные дырочки. Кусок моего стола стал костью домино непонятного достоинства.
*
Держу в руках крупную очень спелую хурму. Креплюсь из всех сил, чтоб не швырнуть из окна, так на воздушный шар с водой по ощущениям похоже. А кто-то мне говорил, что, мол, на женскую грудь. Вспомнила об этом и уже ни съесть, ни швырнуть.
*
Жарила вчера сладкий красный перец. Наугад вынула пакет из набора специй, попалась паприка. Приготовила натуральное масляное масло.
*
Если бы я была дежурной у эскалатора, я бы непременно представляла, что я командир армии и руковожу боевыми действиями. Все эти толпы - полки. И зычно думала бы "На таганско-краснопресненской линии наши войска терпят поражение, в обхо-о-о-од, по замоскворецкой, впере-е-е-ед! С флангов на нас подло напал враг калужско-рижской ветки! Мы обойдем всех по кольцу!". А вслух бы, конечно, про уважаемых пассажиров проходите и не задерживайте. Потому что если вы не пройдете, нас вообще поработят инопланетяне с линии легкого метро.
*
Очень редко, но бывает, что из мучавших тебя отношений вдруг выходишь разом, как из промокшего, а потом схваченного морозом, пальто, которое повторяет всего тебя. Ты тонул, вылез, замерз, а после высвободился из этой чернеющей кожи. Отошел на шаг и глядишь, какой ты был, оказывается, жалкий. А сейчас розовый, голый, начинающий. Заново.
*
Подошла к ребятам из соседней комнаты подписать бумагу, один из них вдруг, не вставая со стула, наклонился и завязал мне распустившийся, было, шнурок. Я так растерялась от нежности, что сказала зачем-то:
- Ладно, я тогда за тебя кисель за обедом выпью.
*
Маршрутка, в которой я мерзла, так металась по загруженной дороге, будто вышивала крестом.
*
А еще видела девушку в черном пальто с белыми рельефными мохнатыми иероглифами. Наверное придумщики решили, что все будут думать, будто эти знаки теплых стран в холодной России замерзли и покрылись инеем. А я же вижу - заплесневели.
*
Смотрели в кинотеатре "Сломанные цветы" Джармуша. Фильм недублированный с субтитрами, и я все время думала, что не просто смотрю кино, а мою огромный экран глазным т-образным скребком - бросаю взгляд в середину, чтоб увидеть, кто говорит и потом веду до титров, чтоб прочесть, что говорят.
*
Весь день изучала сайт метро.ру и в сознании растянулась разноцветная каракатица схема. Теперь всё мерещится, что наш город задавил этого пестрого паука, лег сверху животом, расплющил. И еще хочется почему-то оборвать паучку ножки-ручки-веточки, как цветику-семицветику лепестки.
*
У меня есть два резных деревянных слона из Индии. Черный и белый. В зависимости от полосы в жизни, я выставляю на стол одного из них. Сейчас стоит белый. Рублюсь с жизнью в шахматы.

*
Когда мне есть, что сказать, я - предпраздничный холодильник, веселый и битком. А когда нечего - летний, пустой.
*
Хрумкие эти листья свернувшиеся - конечно, луковая шелуха. К какой-то пасхе дворники их собирают, копят в кучах. Пес мой искрасна-рыжий валяется в них, как хорошо прокрашенное яйцо.
*
Звонила братцу.
- Сань, я завтра лечу к отцу. Неделю до тебя не дозвониться никак было, предупредить.
- А я ж в Милане! Ты представляешь, мы тут поехали в Венецию погулять, ну погуляли, приходим на венецианскую электричку (ха-ха венецианская электричка), а нам говорят, что последний поезд ушел. Нашли однозвездочную гостиницу и прозябали там целую ночь.
- Дыра эта ваша Венеция, короче?
- Да! Слушай, а ты обратно 8-го? И я тоже, только аэропорт другой. Во сколько? Мы с тобой будем над городом одновременно! Блин! Мне отцу открытки надо передать, я тут купил ему.
- Ну... вряд ли пилоты наших самолетов притормозят, чтоб мы перекинулись открытками.
- Нет, я могу договориться, но это ж надо всё очень точно рассчитать, продумать...
- Но дурацкие расчеты это не для таких высокодуховных и творческих, как мы...
- Аха-ха!
Все тайфуны надо называть "Саша" на разные лады, вплоть до "Александр Алексеич", если уж грозит что-то немыслимое.
*
Майя принесла на новоселье Лены бумажные стаканчики с нарисованными поросятами. Конечно, гостям ничего другого не оставалось, как нахрюкаться. Еще Майя подарила Лене нож, а три разделочные доски гости презентовали еще до нее. И нарезаться еще то есть. Теперь говорить: "С новосельем, милая Лена, пусть твой дом будет полная чаша" особенно приятно.
*
Парень тормозит возле турникета метро, ищет по карманам проездной билет. Девушка протягивает ему свой:
- Давай я тебя покатаю.
*
Пожилая пара бежит к закрывающимся уже дверям вагона метро. Она кричит ему через плечо:
- Ну что, заходим или нет?!
- Заходим или нет. - спокойно отвечает он.
*
Нет ничего постоянного. Даже твой выигрыш, твою правду всегда можно расценить как поражение, как ложь. Кругом эти дурацкие картинки с двойным дном – то разводы краски, а приглядишься – всплывает объемная фигура. Чуть взгляд отпустишь – опять мура.
*
Хорошие люди, «твои люди», появляются в жизни нечасто. И кажется, что их где-то мешок и только иногда они просыпаются через прореху. Только эта дырка в мешковине небольшая или всех несет кто-то аккуратный, подхватывает на лету.
*
На ювелирном магазине вывеска «Золото» представляет собой будто бы из досок сколоченные буквы. От этой дубовой драгоценности все мои извилины становятся прямыми как борозда в считывателе кредиток.
*
У восточной девушки коса повторяет позвоночник - ровно до копчика. Концы волос выкрашены так, что напоминают лисий хвост, рыжина постепенно сходит на белый цвет. Интересно, она крутит им? Я бы крутила.
*
Когда я вижу что-то очень красивое, даже невозможно прекрасное, то у меня внутри будто срывается, распятый до того на ключицах моих, человек, и ухает в живот. И улыбкой, краями ее, я будто подхватываю его под руки, чтоб совсем не провалился в пятки.
*
В кафе вбежала девушка в коротенькой рубашке. Нежная плоскость живота была в вытатуированных кружевах, с вкраплениями страз. Я обожглась чаем и выдохнула собеседнику, - Смотри, она инкрустированная…
*
Видела магазин балетных принадлежностей «Айседора». Шарфики, наверное, всегда в продаже.
*
В подъезде объявление: «Жильцы! Просьба на свежеположенную плитку не наступать!». Ей богу, только что забили и освежевали.
*
Шла за очень худенькой девушкой со слишком округлыми бедрами. Очень было похоже, будто Сент-Экзюперишного удава повесили как рождественский чулок, вместо слона впихивали апельсин, а он посередине застрял.
*
Беременным женщинам врачи не рекомендуют красить волосы. Потому по отросшим темным корням у женщины в положении нетрудно определить срок родов.
*
Мужчина сухо и отрывисто говорил в трубку:
- Привет. Значит так, приготовишь мне жареную картошку. Колбасу. Салат. Греческий сегодня. И порежь покрупнее. Сейчас без двадцати, приступай.
У нас теперь ни крепостного права, ни рабства, только страх «чтоб всё, как у людей». И никогда мы не дождемся Юрьева дня, бабушка.
*
Перед отъездом к отцу распечатала ему последние записи и фотографии. Сижу перечитываю, разглядываю. Нравится все безумно, что очень настораживает. Потом успокоилась, просто я всё читаю как бы его глазами, а свои дети всегда гении.
*
Я не могу долго бродить по Икее, хотя ужасно люблю это делать. Но каждый их выстроенный домашний уголок мне напоминает тренажер «всё готовенькое», только чай в чашках не дымится. Ходят семейные пары и примериваются, как бы они стали жить. Нужно еще, чтобы было можно пробовать это делать с разными мужчинами и женщинами. Прямо вот выбирать из толпы бродящих, и тестировать. Но когда задумываешься, что вполне может быть, вся твоя жизнь именно так когда-то там наверху и началась, плохеет.
*
Едем по ночному городу, Гришковец бубнит под музыку: «может быть прямо сейчас в соседнем автомобиле едет твоя смерть». Поворачиваю голову - у обгоняющего мерса вместо номеров череп с костями. Хочется сказать шепотом: «Боже, спрячься, тебя видно из зала».

Калининград.
*
Когда таксист высадил меня в аэропорту, я поняла, что впервые отправляюсь в полет одна и совсем не понимаю, что и как делать. У меня есть билет, похожий на зачетку, так много в нем страниц, и кому-то его надо отдать, причем ответить на все вопросы так хорошо, чтоб дали место у окна. Я вошла в стеклянные двери - разрезалки пополам, и первым делом забилась в туалет, в кабинку для инвалидов - там просторно. Села на корточки и решила перестать паниковать, подышала и отправилась к главному табло. Пристроила у глаз билет и стала сверять цифры и буквы. Напоминала сама себе титры к кинофильму про Шерлока Холмса и доктора Ватсона, где фамилии должны совпасть с прорезями в бумаге. Всё получилось и меня зарегистрировали где-то там, съели мою сумку черными гландами на конце резиновой ленты. Потом я побродила по дешевым магазинам, съела шоколад и написала смс отцу, что почти уже лечу. В автобусе я ехала, смотря на взлетки, и представляла, разумеется, попеременно то Крепкого Орешка, то Мимино.
*
Уселась в кресло, обняла рюкзак, выкинула глаза в окно на хвост из пассажиров. Рядом плюхнулся мелкий противный парень:
- А вы любите у окна летать?
- Люблю. Вы хотите поменяться?
- Мне всё равно, просто вы на моем месте сидите.
- Так вам уступить?
- Да сидите, если хотите.
- Спасибо.

Черт, думаю, черт, какой же ты мерзкий, а я тебе должна.
Лечу, вытираю сопли и слезы от давления, умираю, сплю. Прилетели, я вдруг понимаю, что я точно сижу на своем месте, противный парень ошибся. Повторяю на все лады, как скажу ему: "эй ты, место было мое!" или "извините, но вы ошиблись", или "а все же я летела правильно". Пока формулирую месть, он встает и уходит. А я полтора часа была ему должна ни за что.
Выхожу, обнимаемся с отцом, говорит мне "ты бледная, как орхидея". Я про себя удовлетворенно говорю "зато дорогая, как слон". Едем домой, его первая история начинается "И когда я не стал директором музея космонавтики....."
*
У самолетных кресел откидывающиеся сзади столики я всегда чувствую спиной так, будто я робот и меня открывают, чтобы что-то подправить в настройках. А еще я все полтора часа полета спохватывалась, что забыла взять при регистрации номерок на багаж, всё искала его по карманам, настоящий пластмассовый с цифрами, как за пальто.
*
В аэропорту женщина разговаривала по телефону:
- Да, я уже прилетела, а он сходил в парикмахерскую? Подстригся? Налысо? … Надо же, а мальчик-то уже совсем вырос, - выдохнула после паузы.
*
Старушка, которая летела рядом со мной, съела свой пластиковый обед и виновато оглянулась на меня:
- Понимаете, я из санатория домой возвращаюсь. Месяц была на диете, голодала. Теперь не могу удержаться.
*
У моря твой взгляд раскладывается вперед как застоявшаяся складная удочка. Кажется, даже слышно как похрустывают проржавленные коленца, разминаясь. Забрасываешься глазами на черт знает сколько километров, и в них покалывает как в отсиженной ноге.
*
Пялилась в ночное небо, жалела, что ни одной звезды не знаю по имени, но потом решила, что все равно тамошние жители называют свои солнца иначе, чего зря заучивать неправильные.
*
Засыпая, вздумала представлять, каким бы хотела видеть свое надгробие. Мысленно рисовала какие-то линии, рамки, и поняла, что придумываю обложку своей книги.
*
Купили мне с отцом в комиссионке очень старую, тертую во всех местах кожаную куртку. В ней себя ощущаешь измученным и всё знающим. Сделать в ней взгляд на сто тысяч ворованных баксов - это раз плюнуть. Как-то я в ней шаталась по городу и строила рожи матерой тетки, очень даже хотелось курить и сплевывать. Но все продавцы мне улыбались, а один старичок и вовсе потрепал за щеку. Я провозмущалась такому несоответствию до первого зеркала. Куртка моя была распахнута, из под свитера торчала байковая маечка с утятами. Ну просто там такие ветра...
*
Я возвращалась с моря и встретила белую лошадь.
- Здравствуйте, лошадь, - вежливо поздоровалась я.
- Здравствуйте, - кивнула мне она.
- Как поживаете, как вы провели свой лошадиный день? - спросила я.
- Да вот знаете, всё яблоки ем, осень уже.
- Почему в таком случае вы не лошадь в яблоках?- глупо пошутила я.
- Потому что форма и содержание не одно и тоже, я полагаю, - выдохнула мне паром в лицо белая лошадь.
- А я тоже ем много яблок, - зачем-то сказала я.
- И по вам не скажешь, что вы румяны, как яблочко. Скорее бледноваты, - зачем-то сказала лошадь.
- Это потому что я ем "белый налив". Доброй вам ночи и до свидания, - сказала я под нос и пошла к дому.
- Доброй ночи, доброй ночи, - кивала мне белая лошадь.
*
На набережной стоит в круг стайка женщин, возбуждены, улыбаются, в руках пластмассовые стаканчики, у одной из них бутылка коньяка:
- Понимаете, я никогда не пью…
*
Отец рассказал, что у него есть знакомая собака по имени Пиджак. Она, во-первых женщина, а во-вторых не любит людей в кепках.
*
Начальник дачного поселка предложил папе купить участок по соседству. Тот спросил, почему его продают, ведь хозяева круглосуточно там что-то сажают, собирают.
- У них сын в аварию попал, наверное, умрет. Ну, вот они…готовятся.
*
- Колька завел себе быка. Однажды не было его целую неделю, потом пришел и жаловался, что бык его помял, прижал к стене сарая. Теперь я к нему из уважения обращаюсь только Тореадор.
- Не обижается на тебя Коля?
- Знаешь, кажется, он не знает, кто это. Или даже, что это.
*
Папин отец был заместителем начальника одного крупного завода и однажды про него написали фельетон в журнале «Крокодил», будто бы он сам себе выписывал премии. Там на самом деле случилась какая-то бюрократическая неразбериха, но его обязали выплачивать суммы, выданные ему в качестве премий за полгода. Он должен был их отправлять переводами, а квитанции об отправке обязан представлять к отчету. Дед послушно заполнил квитанцию и отправил первый взнос. Оказалось, что он напутал адрес, и деньги вернулись. Квитанция же осталась. Все следующие отправленные переводы волшебным образом, разумеется, тоже стали возвращаться. Квитанции исправно предоставлялись, а возвращенные деньги копились в шкатулочке на всякий случай. Потом на шкатулочные деньги моя предприимчивая семьи купила какую-то, кажется, мебель.
*
За бабушкой в молодости ухаживал Сергей Михалков, и в минуты ссор с дедом она говорила моему папе и тетке:
- Вот, а могли бы вы быть Михалковы дети.
*
Переехав к морю, папа купил старенький автомобиль и в первый день простоял на нем 10 минут у красного сигнала семафора для поездов. Не разглядел, спутал со светофором.
*
Жаловался мне на кого-то:
- Он, понимаешь, обсуществил мою мечту.
Пришел то есть и убил ее реализацией.
*
Вспоминает, как обманул в детстве какого-то сопляка.
- Мы уезжали на дачу. Уже стояла загруженная вещами машина, вот-вот позовут. У малыша соседа был стеклорез с металлической ручкой, невозможной красоты, мне его очень хотелось получить, и я выпрашивал его, как мог. Безрезультатно. Тогда я убедительным голосом сказал ему, что если он положит стеклорез в лужу и уйдет считать до десяти к стенке соседнего дома, то в луже появится еще один. Волшебник-гад.
*
Рассказывает мне про минувший переезд.
- Столько вещей, я просто был в панике. Например, куда-то безвозвратно пропала 16-ти килограммовая гиря.
*
Папа окончил театральный институт и после выпуска работал в Центральном детском театре.
- Конечно, для детей играть удовольствие небольшое. Но у нас была своя классификация. Хорошо играть для четырех-пятилетних крох, они во всё верят и открывают рты. Отвратительно играть для десятилетних и чуть старше, спектакль им не сдался, они шуршат обертками, ждут антракта, плюются жеваной бумагой друг в друга, учительница их все время орет. Старшеклассникам спектакль и вовсе не нужен, они уже смотрят на ножки актрис и гогочут басом, но для них играть лучше всего. Потому что они прячут в туалетных бачках водку, которую мы, конечно, как урожай собираем после первого звонка.
*
У папы был роман с девушкой, прекрасной во всех отношениях, но с подтвержденным диагнозом «шизофрения». Всё по полной программе – таблетки, приступы, больницы. Когда все было хорошо, она любила болтать с подружками по телефону, приговаривая после пауз:
- Да ты что?! С ума сойти…
Папа гладил ее по голове и про себя говорил, мол, куда уж тебе, милая.
*
Папа со своими животными завели себе ритм жизни – короткий сон, еда, прогулка по саду, короткий сон, еда. Первые дни мне всё казалось, что на кухне постоянно кто-то что-то поглощает, затем гуляет под яблонями, а после уходит спать. Даже в темноте трижды все встают выводить щенка, впускать кота, кормиться. Ночи и дня как таковых вроде и нет у них. А я как в затяжные прыжки – в сон, в прогулки, в еду. Если нас разбирать с карандашом по правилам русского языка, то я получаюсь подлежащим, а папа со своим зоопарком – дополнением.
*
Спрашиваю, в какую чашку наливать ему чай, предлагаю огромную с цветами. Нет, отвечает, очень большая, столько я не выпью. Давай я тебе налью половину, говорю. Ну вот еще, столько лишнего фарфора таскать я буду, возмущается.
*
Оказывается, наш сосед по участку был в молодости военным летчиком, но потом решил сменить профессию. Отец спросил его, мол, отчего ж ты так. Да страшно, - отвечает.
*
Папа часто вспоминает в минуты плохого настроения одного столяра. Он делал рамы для всей деревни, им гордились даже в районе. Однажды ему надо было опохмелиться, но ему никто не налил. Тогда он пошел и повесился, оставив записку «Хер вам теперь, а не рамы».
*
**

Вчера в клубе "Огород" был спектакль Гришковца. Я сидела очень близко, к концу второго часа у меня разболелась шея, я смотрела слишком уж снизу вверх. У него были брюки с жеваной полоской поперек коленей - так бывает, когда брюки стирают, сушат на веревочке и не успевают погладить. Он поджигал бумажные кораблики в тазу с водой. Поскольку я сидела внизу, мне были видны корабликовы дны. То есть я как бы уже затонула, переживаю за пожар на поверхности, и жду свежих утопленников в гости.
*
А если и смерть проходит так же быстро, как отпуск? Бах, моргнуть не успеешь, опять тебе всё привычное выдают, как в тюрьме при первопосажании - линялые брючки, шапочку, гирьку на ногу. Рожают опять. Конечно, заорешь.
*
Бабушка вышла замуж за дедушку, и их дети стали носить фамилию Фигельман. Папа эту фамилию не любил, потому что в школе его, разумеется, дразнили. Во взрослой жизни многие пути оказались закрыты из-за нее же, в частности он не стал директором музея космонавтики. Женившись, он сразу фамилию сменил на Павлов, и его дети, тоже стали Павловы, чему он очень радовался.
Сегодня мой чудо-брат накричал мне в трубку, что он хочет стать Павлов-Фигельман, потому что у фотографа должно быть звучное имя. Я согласилась, что должно. К слову, старшая дочь брата тоже хочет стать Фигельман. Я не хочу, но фамилия мне нравится.
Папа только расстраивается. Вроде как король от принцесс прятал - прятал веретёна, а они всё равно нашли и понакалывались. И счастливы.
*
Сережа смотрит на рекламу таблеток "Если у вас жирная кожа, вам стоит задуматься об контрацептивах особого типа" и говорит
- Это в смысле, что таким и размножаться не стоило бы?
*
- Вовка, а когда ты курить начал?
- О, первую сигарету я выкурил после первой лекции по высшей математике, так мне было плохо.
- А чего ты решил, что тебе это поможет?
- Другим же, я видел, помогало...
*
Вышла из дому в новых ботинках, натерла ногу, и весь мир, разумеется, сразу для меня сузился до моего 40 размера. Все кругом стало ортопедическим? и я увидела, что все легковые автомобили - это же ступни ног. У каждой плоскостопие на роликах.
*
Я видела такую девушку, что думаю о ней и сейчас. Вообще-то я подняла голову на запах. Я такого еще никогда не вдыхала, это точно. Подняла голову и уткнулась взглядом в женское плечо, от плеча вверх было еще пару шагов до подбородка, хотя это плечо стояло рядом со мной на одной ступени эскалатора. Она была очень узкая помесь кого-то восточного с кем-то африканским. Такая темнеющая щель дверная спустилась со ступеней и пошла вперед. На ней был шарф в каких-то леопардовых пятнах и я улыбалась "милая, какой же ты леопард, ты жираф, если пятнам чуть срезать бока, обострить до шахматной клетки". Мне больше всего хотелось узнать, на каблуках она или нет, потому что, какой же тогда у нее рост, если нет, но толпа всё мешала разглядеть.
Оказалось, что она была не то что без каблуков, а в таких туфлях-тапочках, которые покупают, чтобы стать даже ниже, чем ты есть, надеясь, что в них можно утонуть по щиколотки, как сплоховавший Господь перед Петром. Я знаю, я сама покупала такие, но они никогда не помогали мне, всё равно ото всюду торчала.
*
Влюбленность это же как анестезия. Именно анестезия местного действия, а не общий наркоз. То есть ты прекрасно видишь, как из тебя что- то вырезают, с интересом рассматривают твои внутренности, но чувствуешь только легкий холодок и улыбаешься будто бы со стороны. И даже как-то благодарен за столь пристальное к себе внимание.
*
У развлекательного журнала слоган: "Отправь голову в отпуск". На рекламном плакате рядом с этими буквами артистка Аронова. А должна бы быть, конечно, гильотина.
*
Работа у меня будет всегда, только что из диктофона голос мне сказал: "Мы развивались и к 2005 году обросли внушительными перспективами".
*
Только что мне сообщили, что гепард - это собака, просто мало, кто об этом знает. Я полезла избавлять собак от оскорблений в Яндекс и стала цитировать "семейства кошачьих... длина хвоста достигает... на коротких участках может развивать скорость до 120 км/ч". Вовка сразу вскричал, что тоже хочет развивать такую скорость. Я его отговорила, потому что ему тогда, во-первых, нужно будет ее развивать на автомобильных дорогах, во-вторых, положено будет прикрутить номерной знак, и в третьих, кому-то выдадут на него права. С печатью.
*
Утренний дождь, и люди, подбегая к метро, складывают зонты, как растопыренные пачки балерин, бесстыдно хватая танцовщиц у самого верха одной ноги, на которой они вертят фуэте, пряча от нашего взгляда ее пару.
*
Летний ритуал мятного леденца по утрам прекращен, теперь на улице так холодно, что хочется, сохраняя, нести свое тепло во влажном горячем гнезде за зубами.
*
Прислали рекламу, обещают фирменные ластики. Призывают "стереть конкурентов". Поскольку очень просится добавка "в порошок", предлагаю им сотрудничать с производителями кофемолок.
*
Иду, размышляю, издают ли сейчас Свифта. Мне хочется прочесть, наконец, про мир счастливых лошадей. Замечаю мужчину, у которого в руках модная борсетка в виде уменьшенного портфеля, с пряжкой, ручкой, гармошкой нескольких отделеньиц. И тут же между нами встраивается гражданин с портфелем в полный рост. Какое-то время они идут друг за другом, а я продолжаю думать про Свифта и жду, когда обладатель борсетки схлопнется до ее размеров и станет ювелирной копией гражданина.
*
Перед встречей с братом я зашла в книжный, спросила Свифта, мне указали на детский отдел. Нашлась книга в подарочном отделе, и весила килограмм 10, предназначенная, вероятно, для ностальгирующего Гулливера. Купила Хемингуэя, и отправилась в кафе вычитывать рабочий текст и ждать брата. Пока шла, все любовалась сама собой - вот начались холода и дожди, а я буду работать за чашкой кофе в кафе. Дошла, открыла "Праздник, который всегда с тобой" и прочла первые строки о том, что внезапно начались холода и дожди, а главный герой идет работать за чашкой кофе в кафе. Задумалась, что кто-то сейчас читает обо мне, как нача... Стоп, хватит.
*
Как известно, мой брат, работающий в паре со всеми ураганами планеты, фотограф и сын моего прекрасного папы. Мы вдвоем папины прекрасные дети. Брат Саша сейчас подбирает себе псевдоним, но от прародительской добавки Фигельман к нашему общему Павлов, он отказался, ибо попробовал назваться кому-то в телефон обновленной фамилией:
- Здравствуйте, запишите меня на 10 часов. Моя фамилия Павлов-Фигельман.
- Павлов что?
- Фигельман.
- Ха-ха, я запишу просто Павлов.
*
Мы сидели и выбирали Саше новую фамилию.
- Оля, наше родовое не работает, папа был прав, надо, чтоб вопросов не возникало, а возникало уважение и нужные нам ассоциации. Чтоб было просто и точно. Только надо, чтобы всё было правда, чтобы имело ко мне отношение.
- Назовись Павлов-Павлов.
- Нет, тогда я буду огребать "как-как?", "что-что?", "не понял-не понял?" и чекистское "здравствуйте-здравствуйте".
*
Сашиных историй столько же, сколько отцовских. Только от того, что он их буквально передо мной разыгрывает в лицах, я забываю не забывать их. Нахожусь, как под гипнозом и рот мой открыт.

Общался он с барышней-блондинкой.
- Понимаешь, я сам человек серый, читал мало, и видел мало, но все-таки кое-что. А у нее, что ни спрошу, она на все мычит в смысле "ноу". Я после каждого "ноу" говорю, что ничего, я тебе книжку эту подарю, фильм этот покажу. Но быстро понял, что мне такой объем ее пробелов не потянуть. Однажды, было, обрадовался, она закивала "ес" про фильм "Шестое чувство". Начинаю расспрашивать, вижу сомнения. Потом вскидывается, светлеет, вспоминает - это она "Пятый элемент" видела. Дура.
*
- Слушай, мои дети - это какие-то ненормальные килограммы с руками и ногами.

*
- Иногда видишь девушку. И хорошо понимаешь, что она не в твоем вкусе, но что-то все равно происходит. И удивление такое, будто бы тебе сшили пальто, принесли и сказали " Вот, это теперь твое пальто". И ткань тебе не нравится, и фасон, и с размером проблемы. Но надеваешь и идешь. В своем пальто.
*
В детстве родители назвали его Сасенька. Уверяет меня, что на японском языке это значит "фотографирующий человек".

Разошлись мы после того, как я отговорила его взять фамилию Павлов -Босх.
*
Футляр фотокамеры я расстегиваю одной левой, не глядя. А в особо интересных местах, держу его замок открытым. Как кобуру в бандитской малине.
*
Солнца теперь мало, и у пса нос становится коричневым, чернота уходит. Отдельно линяет, готовится. Зима на носу.
*
Только сообразила, что "коричневый" от "корица". Тупица я, тупица.
*
Ежедневная жизнь с мобильным телефоном заставила бояться нормального домашнего. Каждого звонка боюсь, будто меня запеленговали и теперь точно знают, где я.
*
На огороженной стоянке у дома рядки автомобилей смотрятся, как снятая у порога обувь. Гости у кого-то.
*
В книжном магазине шла мимо отдела по литературоведению. Открыла справочник.
"В каком порядке появляются герои романа "Ревизор", если в основу книги положен принцип градационного расположения деталей?" Да, господа патологоанатомы, приступим к вскрытию.
*
Ну, теперь-то все, наконец, понятно. А я всё думаю, что это я последнее время сама не своя. Оказывается, оторвалась и бесследно исчезла единица с нашей входной двери. Была у нас квартира номер 150, а теперь 50. Живу теперь дублем соседей из первого подъезда, каких-нибудь Кукушкиных. Конечно, будешь тут чувстововать легкое недомогание.
*
Я видела, как дежурная у эскалатора давала справку, хотя наверняка сама прилаживала на стекло " дежурный у эскалатора справок не дает". Совсем женская женщина, умница.
*
Папа сдает свою московскую квартиру двум девушкам. Мы к ним не заходим, а уже года два только созваниваемся. И вот отец распереживался, что надо бы проверить. Мол, вдруг они квартиру вообще уже продали, и там теперь бандитский притон. Вчера мы решили зайти и всё уточнить. Открываем дверь и в голос оба с Сережей ржем. Прямо по курсу взгляда диван, просто заваленный мягкими игрушками. Прямо горы медведей, котов, обезьян. А на полу на полотенце сушится черная кофточка. Ну натурально, бандиты. Грабили детсад и взмокли.
*
Туннель и свет в конце него - это тесный и темный проход между сидениями зала, и софиты впереди. Поднялся на сцену, за спиной на экране вся жизнь быстро, лучшими сценами проходит. Зрители, как известно, аплодируют, ты сжимаешь Оскара, которого заработал. Благодаришь щедрое жюри, на верх глядя и морща моржиной шеей лоб. Кланяешься маме и папе, лучшему актеру второго плана, потом первого. Прошелся по эпизодическим персонажам. На последнем "айлавью, сенкью", сам поверишь, что хороший блокбастер забацали, крепкий и высокохудожественный. Но все равно вертится и вертится в голове, что этот эпизод с Машей Нечаевой, которая достает героиню в третьем классе начальной школы, совсем лишний.

*
Сережа шлет из Тамбова тревожные вести. Говорит, узнал, будто бы "в зале вокзала находится видеонаблюдение".
*
У Сережи есть привычка привозить из разных городов магниты на холодильник. Их уже много, они все пестренькие, яркие, по большей части русско-народные, ибо заграницу Сережу пока не посылают. А сегодня я бросила случайно взгляд, увидала новый и меня прямо отбросило. Рваным, явно нарывающимся на грубость шрифтом, написано "тамбовский волк тебе товарищ" и морда нарисована волчья. Наглая, хочется сразу по ней дать. Я дала.
*
Встретила щенка дога. Он был такой серо-мраморно-стальной, что напоминал морской камушек уже омытый волной. Пока не высох, хочется запихать в рот.
*
Сережа увидел на столе книжку А.Милна "Двое".
- А, Пятак и Винни онли?
*
Шипение всех котов на моего пса звучит одинаково. Такие же звуки можно услышать при погружении раскаленного металлического предмета в воду.
*
В набитом вагоне две женщины разговаривали так:
- Какая это станция? Павелецкая?
- Да, это станция Павелецкая.
- Мне нравится эта станция. Она красивая.
- Да станция Павелецкая очень красивая. Такая же красивая, как Маяковская.
- Эти станции похожи.

А потом кто-то будет убеждать меня, что составители учебников по иностранным языкам выдумывают мертвые диалоги, доказывать мне, что такими предложениями живые люди не разговаривают.
*
У меня есть мечта - попасть в Лондон. Семья и друзья обещали ее сбыть и на тридцатый мой день рождения отвезти меня в этот город. Осталось ждать недолго, каких-то полтора года. А сегодня мне привезли сувенир. Вроде шара с падающим снегом. Только овал, в нем Тауэрский мост, на мосту красный двухэтажный автобус, а если это все потрясти - падают голубые блестки. Я представляю до кучи, что в автобусе сидят Ватсон с Холмсом и гадают, когда же эта дура перестанет их раскачивать. Когда-когда... через полтора года.
*
Сережа принес dvd диск, на котором записана куча многосерийных детских фильмов. Там и "Электроник", и "Гостья из будущего", и "Москва-Кассиопея" и "Неуловимые мстители". Как они там толкаются, наверное, дети эти. Подростки еще всегда такие раздражительные.
*
Иду злая, хмурюсь, болит голова. Лоб свинцовый и тянет упасть. Ощущение, что вместо лица прилажена массивная деревянная полуголая тетка, как на носу корабля. В мультфильмах она всегда ожившая, улыбается или жмурится от страха. А мне досталась какая-то агрессивная баба. И мы с ней куда-то несемся.
*
Отец говорит что на вопрос о том, какой породы его щенок, он отвечает "ротвейлер" с такой гордостью, будто бы сам его родил.
*
Он говорит мне: "я был в деревне под Ростовым-на-Дону" и я думаю, что он просто не может выбрать нужный предлог. Чтобы остаться и побыть со мной еще.
*
По-моему это тонкое издевательство - делать на 100 граммовых упаковках орешков "многоразовую застежку", как они это называют. Наверное, так же оскорбились алкоголики, когда увидели первую советскую поллитру с завинчивающейся крышечкой.
*
Ира рассказывает мне про детскую игрушку. Говорит, что это маленький телефон, на нем кнопки с нарисованными животными и если их нажимать, нарисованное животное кричит то, что оно привыкло кричать в природе. Перечисляет мне:
- Корова, петух, осел, кошка, собака, жираф...
- Как же кричит жираф? - удивляюсь я.
- Ой, Оленька, совершенно кошмарно, - машет на меня рукой Ира.
*
Я придумаю Вовке товарный знак и буду лепить на все его истории.

Рассеянная приятельница музыкантша жаловалась ему:
- Я шла в магазин и задумалась, понимаешь. А стеклянные двери не успели открыться. Очнулась лицом в мороженых креветках. Охранники не нашли нигде льда. Между прочим, нос сломала, крови было...

Она, кстати, работает на телевидении звукорежиссером в программе "В мире животных". От модных телефонных ремиксов заглавной мелодии передачи прячется.
*
В детстве друг описал Вовке вкус кока-колы так:
- Гуталин с граммофонными иглами.
*
Утром была у Кати. Рассказывает, что ее годовалый сынок очень любит возиться с ремнями. И чтобы он ел свою кашу, ему дают в руки ремень. Или даже несколько. Смеется:
- Так всем и рассказываем, мол, чтобы ел, сразу даем ремня.

Показываю ей книжку А.Милна "Двое". Говорю, что не знаю, точно ли это тот Милн, говорят, их двое этих Милнов. Улыбается, показывает мне пальцем название книги.
*
Примеряла в магазине свитер, видела много капризных женщин. Кривят фарфоровые личики, горстью пальцев, будто держат деньги, щупают плоские рукава и штанины. Гоняют продавцов и подруг, хмурятся в зеркала.
Невкусные конфеты выбирают себе обертку понаряднее.

*
И вообще моя жизнь все чаще мне представляется детсадовской пятидневкой. Отдали и никак не заберут домой.
*
Энергичная девушка в ярко-красной куртке встретила на перроне группу сутулых юнцов.
- Привет-привет! Я тут вас стою, жду-жду. Ой, а что это, что это у вас? Фотки-фотки! А чьи, чьи они? О, клева-клева!
- Лен, а ты чё без пива?

Девушка отвернулась и обиделась. Нет, обиделась-обиделась.
*
Скажите, а вам не надоело, что нас все время обманывают в метро при объявлении конечной станции?
"Поезд дальше не идет".
Хоть раз бы не ушел.
*
Только что я собственными ушами слышала, как киношный Дживс своим собственным чудесным голосом сказал:
- Да и дождь подлил масла в огонь.
*
У нас есть приятели, вместе мы гуляем с собаками. Собаки у нас, к слову, очень удобные. Зимой в темноте, когда они сбегают, мы ищем их, ориентируясь на нашего рыжего сеттера, а летом на их бежевого лабрадора. Так со сменой сезона в их паре меняется и носитель имени "предательская шкура".
*
Ночью меня будили и кусали комары. Я не могла их убить, потому что думала, вдруг это последние комары в этом сезоне. Последнее пирожное в компании я тоже не могу съесть.
*
Вижу в тексте редакторскую правку. Вместо «сломался» мне советуют написать «поломался». Я смеюсь, спрашиваю Вовку, как же это мыслил редактор.
- Он считает, что произошла «поломка», а не «сломалка».
*
Люди жалуются, что изо дня день всё повторяется, ничего не меняется, скучно. Почему в таком случае они не довольны, что наступает зима, что, к примеру, идет дождь, или слишком холодно, а потом - чересчур жарко.
Без смены погоды они вообще бы все сдохли от тоски.
*
По-моему, не очень дальновидно называть ураганы, и прочие стихийные бедствия человеческими именами, а тем более женскими. Все вместе сидят боятся и ненавидят какую-то мощную бабу. В мифическом смысле она за это придет и родит всех обратно. В прямом смысле. Да-да, затолкает.
*
На выставке прекрасных кукол у меня было ужасное самочувствие. Они сделаны так мастерски, что выглядят, как совершенно живые мертвые дети.
*
Сережа играет в компьютерную игру, я пытаюсь спать. Сквозь сон звуки ударов по клавиатуре слышатся чечеткой. И у танцора совсем нет чувства ритма.


*
Под моими окнами располагается дворец бракосочетания, и каждую субботу я наблюдаю буйство фантазии современных молодых людей. Просто так жениться они отказываются, и наша узкая улица постоянно перегорожена то бесконечной длины лимузинами, то конными экипажами. Про непрекращающиеся автомобильные гудки я уже и не говорю. Но сегодняшняя пара превзошла всех. Их авто катилось под аккомпанемент пожарной сирены. Удивительно несдержанный жених - на всю Ивановскую вопить "Помогите!"
*
Утром пялилась на луну, подумала, что ее половина воткнута в небо как пятак, который не решаются протолкнуть в автомат, например, с газировкой. Еще вроде мяча в слишком маленьком кармане карапуза. Кажется, даже видно, что край ткани надорвался, а мяч всхолмился белой макушкой прыщика.
*
Когда близкие и родные люди невнимательны, жестоки и не любят тебя, обидно так же, как если твой гид тратит выданные ему в конторе деньги, а тебя лишает завтрака, обещанного в программе пребывания . Или как если ты видел, что у папы в воскресном бумажнике три десятки, а у тебя до сих пор ни мороженого, ни куклы.
Должны и не дают.
*
Город утром похож на большую коммуналку полную сердитых соседей. Все мешают всем.
*
Наш пес сожрал под покровом ночи мамину запеканку. Между тем, папин кот принес домой живую сороку. Я уже хотела ругаться: "посмотри на котов, они всё в дом", но потом вспомнила, что у пса нос - черносливина, а ростом он с детского человека, как говорит Сережа.
*
Не убегать, не толкать, а медленно отодвигать лишнее, как кожицу, нарастающую на ноготь, тихим, но твердым "нет".
*
Вагон забит людьми так плотно, что пробирающийся к выходу пассажир будто фишка с номером 15, та, что из одноименной игры, в которой надо перекидывая пустоту, выстраивать все цифры по порядку.
*
Еще этот вагон, полный свежепоглаженных, причесанных, отчасти в гриме людей кажется кулисами. Актеры готовы, повторяют роли, сейчас объявят их станцию, как выход на сцену.
*
Рядом стояла очень загорелая девушка, с маленькими и пухлыми ушками. Они были как сушки без мака.
*
Слышим рекламу детской косметики под названием "Наша мама".
- Это то есть заказчик сказал им "Придумайте бренд, вашу мать". Они и послушались, да? - спрашивает меня Сережа.
*
Утром выбежала из дома, обнаружила, что оделась во все вельветовое: и куртка, и брюки, и рубашка. Вся в эдакую мягкую полоску. Вспомнила Красную Шапку из анекдота.
*
Вовка смотрит на заголовок новости, где написано "заключили партнерское соглашение". Жаль, говорит. Почему же, спрашиваю. Ну как... было, было у них соглашение, а потом они его взяли и прекратили.
*
Хорошую фотографию от плохой я отличаю просто. Это как художественный и телевизионный фильм. Кинопленка делает все особым, волшебным, другим. Телевизионный вариант - бытовая простота. А кинопленка ставит ко всему серьезную степень в правом верхнем углу.
*
Смятости кожи твоей куртки очень трогательно похожи на твои собственные послесонные.
*
В клубе вместо входных билетов нам зрителям ставили точки маркером в самый центр ладони. Я весь вечер думала, что это метка для гвоздя.
*
Сегодня поздравляют учителей, по городу многие идут с цветами. У некоторых огромные охапки ярких, оглушающе красивых роз. Заметила, что женщины несут такие букеты всегда с отстраненными лицами, будто бы считают эти цветы частью своего тела. Как пестрый хвост, который растет сам по себе и ты не виноват, что он есть. Что ж теперь все время на него любоваться...
*
Я хотела взять с собой в дорогу "Анну Каренину". Но, сменив поезд на самолет, думаю, что книжку стоит взять другую.

*
А знаете, у меня к Вам очень сильное, глубокое, всепоглощающее чувство. Меры.
*
Я прочла специальный анекдот.
" У Райских ворот апостол встречал очередную душу. Спросил ее:
- Кто ты, чем занимался на земле?
- Я Джорджетто Джуджаро. Я дизайнер.
- О, представители этой профессии у нас редкость.
Новичку создали все условия, чтобы и на небесах тот смог продолжать любимое дело. Только в одном ему было отказано. Не позволили повесить на двери табличку "главный дизайнер". Сказали, что кое-кто будет возражать.

А мне казалось, что, когда в раю созданы все условия, чтобы ты мог продолжать земное дело, это ад.
*
Дядька прорвался через турникет и уже от корня эскалатора проорал тетке в будке:
- Да ты ж сука! Ты ж блядь! Ты ж дура набитая!
Она на каждое ругательство ответила действием. На первое - улыбнулась и прижала руку к груди, на второе - поклонилась, на третье - сделала книксен.
*
Когда сам врешь, трудно верить другим. Если кто-то ушел к тебе от кого-то, почему он не может этого повторить и уйти уже теперь от тебя. Совершил, короче, преступление - жди наказания. Это естественно и с этим можно жить. Но вот если и не врал, и не уводил, и не совершал, а тебя обманывают, бросают и наказывают? С этим жить очень трудно, хотя это еще более естественно.
*
Расскажите о вашем хобби.
- М-м... Понимаете, у меня очень своеобразное хобби.
- Что, такое, что и рассказать нельзя?
- Можно. Но оно необычное.
- Какое же?
- Я давно собираю деньги.
Думала броситься к нему обниматься, но оказалось, что он пошлый нумизмат.
*
В метро видела парня в широких клетчатых трусах. Брюки он нес перекинутыми через руку, будто полотенце официант. Вид у него не был смущенным, скорее растерянным, вроде "куда бы здесь повесить, чтоб не помялись".
Я люблю свой город.
*
Я проиграла очередному дверному замку и куковала на лавочке возле дома. Задрала голову, так столько морд торчит из окон, что даже страшно. А вот когда я пялюсь из окошка во двор, эти же морды сидят со вздернутыми подбородками и рассматривают меня. Когда они успевают перебегать?!
*
Вчера смотрели самый первый "Крепкий орешек". Там Уилисс такой молодой, волосатый и толстый, что мы весь вечер орали ему "Не верю!" на все его страдальческие морды. У него даже под глазами были не морщины, а складочки!
Ко мне обратились с предложением: "А вы не хотите поучаствовать в гонке в честь Кнуда Расмуссена?". По-моему, это хороший вопрос, вместо "Закурить есть?", когда надо в морду дать.
*
Коллеги пришли с футбола. Осипшие, усталые и злые - наши опять проиграли. Я не понимаю ни футбола, ни хоккея и мне странна такая увлеченность, но, видимо, это просто окультуренные войны. Со счетом, но без количества жертв. Без пулевых дыр, но с нулями.
*
Папа постелил новый линолеум в доме. На его поверхности почему-то крупно напечатаны буквы ФОРТУНА ЛАЙФ НОВИДОН. Папа подумал и устроил всё так, что эти буквы отлично читаются, когда выходишь из дома. Получилось, вроде "Счастливого пути!". Еще он жалеет, что это покрытие стоило очень много денег, теперь не хватает на диван.
- Но зато, - говорит, я попробовал на нем поваляться, он такой гладкий и мягкий!
*
Звонил Ромка. Рассказывал про предвыборную обстановку в г.Купавна. Говорил, что все столбы, остановки и стены обклеили белыми листами с надписью "За чистый город". От времени часть листов послетала, другая обтрепалась - по всему городу валяется грязная бумага, а стены украшают обрывки. Призывы к чистоте теперь выглядят мстительными криками, вроде телеграмм немцам на гранатах и бомбах "За Родину!"
*
И про алкоголь.
Утром у кассы стояли только мы трое. У первого дядьки было пиво. У меня была маленькая ладошка коньяка. У женщины за мной - шампанское. Пивной дядька хмурился в нашу сторону явным "нет такого коктейля".
Сейчас ребята за соседним столом пьют бальзам из 38 трав и 40 градусов. Явный недокомплект трав меня ужасно мучает.
*
Он машет руками, рассказывает:
- Читаю книжку, там такой реальный ужас. Полное мочилово. Она такая фифа, дочь богачей, но видит его в эротических бреднях. Вся такая беленькая, в кружевах и с болонкой. Он чмо, хулиган, прячет в трусах лезвие. И вот ее отец возражает против их встреч.
- Да я б тоже возражал, - ворчит из угла комнаты Вовка.

Апдайк, оказалось, "Бразилия".
*
Оля вчера сказала, что я нахожусь в состоянии постоянного обостренного восприятия. Я теперь всё время думаю о заточенном карандаше, будто бы это зачистили провод или содрали с нервов мясо. Это довольно больно, конечно, но иначе неотесанный карандаш не будет оставлять следа, станет не слушаться, дубина. Еще я думаю о том, что это болезненное место внутри ведет себя как место в переполненном вагоне метро. То есть на него всегда кто-то с готовностью усаживается, и очень быстро при том. То есть - свято место, я понимаю, но этой щербине во рту никогда не дают продыху. Там всегда чья-то задница.
*
А ночью мне снилось, что я гений. Во сне я придумала, что шприц, когда его проверяют на лишний воздух - кончает, что перетянутые нитками стебли цветов в букетах - как туго связанные запястья (за них стало очень больно), и что эта вот мода, когда немного тельца должно свешиваться за пределы одежды, похожа на чей-то коварный умысел - девицам ночью вкололи немного дрожжей в бедра и животы, они проснулись изумленные утром, а вся одежа на размерец уже.
*
Вчера сосед попросил мою пилку для ногтей. Забирая, весело подмигнул, провел пилкой по подушечкам пальцев и сказал:
- К гитаре буду готовить.
По-моему все непрекращающе бредят, а пилку я, конечно, куплю себе новую.
*
Интересно, зачем переживают творческие люди, у которых случается период пустоты, когда нечего сказать. Я, к примеру, всегда представляю, что вдохновение - это когда Бог наливает тебе рюмку. Или себе. И вот иногда он ведь должен говорить: "Пропущу".
*
Пришел Вовка, которому плохо после вчерашнего. Первый спам, который он открыл, советовал приобрести набор юного археолога. На картинке Вовка разглядел специальную кисточку, грабельки, лупу и маленький трупик. Мое любимое:
- Утро, бля!
*
Кстати, в метро висит реклама журнала "О диете английской королевы". Не знаете, какого черта я должна интересоваться диетой этой женщины, если она выглядит так, как выглядит, и никакие шляпки не исправят положения?
*
Как еще называть эту жизнь, коли как не игрой. Матерые ведь мы картежники. Кредитные, проездные, дисконтные, клубные. Я уж не говорю о крапленых, засаленных уже географических и медицинских.
*
У девицы мобильник звонит птичьими трелями. Она показывает в его сторону язык и не достает из кармана. А мне всё жалко птенца, который там, кажется, подыхает от удушья.
*
Говорит мне: "И он, понимаешь, чист как сокол".
Гол, как банный чистый лист, я тоже так умею.
*
Я пишу такую ошеломляющую требуху и при том в огромном (ее требухи же) количестве, что меня спасает только одно. Я представляю, что под пальцами у меня клавиши рояля и я играю музыку. Просто оглохла и не слышу.
*
Одна женщина в брюках, на которых стрелки заглажены в четыре параллельные прямые, сказала другой, режущей свою ладонь пластиковыми ручками пакета:
- Потому что, понимаешь, у нее нет головы. У всех есть, а вот у нее нет.
Как же так, представила тут же я, родилась девочка и без головы. Ходит, уроки делает, ест и все без крышечки. Засохнет же, как тюбик зубной пасты.
*
Сегодня увидела вагон метро, как он есть. То есть успела разглядеть скучающего машиниста и потом, как нитку за иголкой, все вагоны с людьми. С очень многими живыми человеками. Читающими, болтающими, думающими. Практически прожила лозунг "Партия - наш рулевой". Ни за что не буду я никаким начальником. И в царицы не пойду. Охренеть же можно, такую толпу на себе волочь.
*
Пишешь всё, пишешь, стараешься, а выходит опять будто из-под копирки. Слепенькие, прерывистые, синюшные как больничный штамп строчечки.
*
Бывают женщины с небывалыми плоскими животами. Таких плоскостей не может быть (а то куда бы девались внутренности), наверняка они просто прислонились к стеклу и ходят. Думают, будто бы все верят. А я не верю.
*
Мне опять мешает устройство головы. Вот слышу я: "он глубоко ушел в парусный спорт", мне становится жалко этого парня, но дальше продолжаю сама - а если альпинизм, то - "достиг вершин", если туризм - то "далеко зашел", если прыгун с жестом, то - разумеется, "прыгнул выше головы", если жокей - "выехал на честном слове" (про конька тут слишком пошло). Мешает в том смысле, что пока я про это не подумаю, я не могу работать дальше. А думаю я подолгу.
*
С рук и ног слезает загар. Кожа покрывается белесым налетом, а кажется, будто это соль выступила. Воблы хочется.
*
Видела объявление: "Пропал певчий кенар. Видевших, просьба обращаться туда-то". Во-первых, уточняется, что певчий, не какой-нибудь там обычный, простого мы бы, мол, и не стали напрягаться искать. А, во-вторых, конечно, там должно было бы стоять "Слышавших, просьба..".
Никто не хочет думать.
*
Старый дом затянут предреставрационной сеткой с рисунком обновленного фасада. На нарисованных окнах ненастоящие мультяшные кошки. Их всего две, почему-то в противоположных окнах по углам. Кажется, вроде ими залепили туда, как бильярдными шарами. По лузам.
*
Дядя стоит рядом с пони, рядом коробка для мелочи. Я бросаю десятку, старушка хватает меня за руку и шипит - "Он жулик и собирает НЕ на животных!". Улыбаюсь ей - "Мне вцелом жалко и людей". Иду потом отчего-то довольная собой.
*
Кругом по городу перетяжки рекламы со словами "Как я провел лето". Хвастовство обманщиков.
*
Работа впилась. Собеседник говорит с паузами, долго подбирает слова, а я мысленно все стираю лишние пробелы.
*
- Бабушка, бабушка, а мы моему хомяку купим опилок? А корм? А поилку?
- Родителям скажи, пусть лыжи тебе купят...
*
сударь, я очень по вам скучаю
сильно так, что даже не примечаю
звездопада и дождепада. кроме
того иглы ищу в золотой соломе
забывая про нитки
и пряжу даже
ведь шарфов-рукавиц никогда не свяжут
руки-звери, что рыщут конец разлуки
по карманам, в телефонной по вам скуке

*
рюкзак обхватить, к животу прижав плодом
там внутри блокнот с зашифрованным кодом
морзе букв, запятых и горстей точек
не забыть разобрать, разжевать сыночка
или пусть полежит, собирая воды
дорастет мой крепыш
до финала, коды
*
Орел и решка, к примеру, никогда вместе не будут, но это потому, что они уже настолько вместе, что вместить между ними уже некого. Выместить это, к слову, тоже не на ком. Они, как те влюбленные, которых тиран наказал вечным нерасставанием. Те, конечно, озверели и умерли. Эти противоположности гамбургеровы смогут соединиться, только если вывернутся наизнанку. Гамбургский то есть счет, выходит дело. Впрочем, это у всех так.
Ну, всех и жаль.
*
Подняла голову и дождь как назойливый лекарь начал закапывать в глаза. Вроде того, есть не хотела, выплевывала, теперь-ка попробуй. Только реветь если. Но с другой стороны, как же реветь, если в тебя уже кто-то плачет.
*
Девушка сидела с книгой и электронным переводчиком. Водила пальцем по строчкам и нажимала кнопки. Переводчик издалека выглядит как калькулятор, и мне показалось, что она высчитывает цену словам.
*
Собеседник прислал битую смс. Телефон изображает такое сообщение не открытым, а запечатанным, разорванным пополам конвертиком. Внутри вместо некоторых слов троеточия. Поскольку в тексте были обвинения в адрес одной особы, я решила, что у меня в мобильнике сидит то ли редактор, то ли цензор, то ли воспитатель. То есть, там, наверное, было матом, и мне фигурально прикрыли ушки.
*
День знаний, конечно, ирония и издевательство. Лишних, хочется добавить.
*
На календаре единица в красной рамочке актуальности. Похоже на кнопку "Вкл."
Или "Выкл."?
*
Читаю на упаковке мази, что ее требуется в количестве "одна-две чайные ложки". И следом "при попадании в рот срочно обратиться ко врачу". Сами конфету протянут, и сами же по рукам лупят.
*
Работа. Заметила за собой, что если я строю фразу и она никак не получается, то я почему-то автоматически меняю раскладку знаков клавиатуры на латиницу. То есть стараюсь из всех сил сказать по-другому.
*
Язык показывает мне язык. В смысле, русский язык показывает мне свой розовый язык. Дразнит.

Утром я села на хвост своей собаки. Поняла, что выражение "сесть на хвост", подразумевающее слежку - бред. Тот объект, чей хвост, не заметить вас не может. Он может только возражать и просить, что бы вы с хвоста его встали.

Вчера я села на диету. Буквально, на бумажку с рецептом диетического супа. Уверена, что не сбросила ни грамма.

Вечером у меня горели губы. Натурально, жгло. Я маханула перца Чили и запила колой. Потом носилась два часа, приложив ко рту лед и ненавидела Анжелину Джоли. Нет в этом ничего нежного или страстного, когда обжигает губы - это просто больно.

В детском кинофильме "Гостья из будущего" говорят про персонажа: "романтически настроенный робот Вертер". А он ведь механический, то есть настроить его - раз плюнуть. Могли настроить как угодно, а настроили эдак.
*
Видела человека, который нес в пакете 6 резиновых дубинок. К каждой была привязана своя особенная веревочка, они разнились степенью замусоленности, что говорит о том, что каждая дубинка чья-то. Родная, Своя.
У кого-то рабочий инструмент - дубинка.
*
Вовка рассказывал, как его соседка жарила навоз, чтобы удобрить цветы, и как они все чуть не задохнулись. А она, между прочим, цветы хотела вырастить. Чтобы пахло хорошо.
*
Видела на днях девушку, у нее были чуть надрезанные отвороты на джинсах и поэтому ее ноги напоминали два эскимо, которые уже развернули и сейчас начнут откусывать. Она ими шла, а я думала, что они вот-вот начнут таять.
*
Папа сколотил будку, а собаку ему не отдали. Посадил туда игрушечную. Сказал - для адаптации.
*
Звонил брат.

- Ольга, я вернулся из Греции!
- Отлично, как ты?
- Я пережил детектив, это было потрясающе! Мы спасали русскую девушку от мафии, чуть не погибли! Погни, слежки! За нами гнались бандиты!
- Поймали?
- Нет, как слышишь....
*
Не могу смотреть по утрам ничего, кроме музыкальных каналов. Новости и утренние бодрые ведущие меня вгоняют в истерику. Ты сонный, в пижаме, смятый еще, теплый и нежный бредешь к чайнику, солнце ленивое, и такая кругом оцепененность, а тут эти монстры, острые, отглаженные, веселые. И ощущение, что они уже полдня отвкалывали, а ты все проспал. И говорят громко. Орущим укором короче, лупят. Вот бы создали передачу, где все такие же как ты утром - сидят в разобранной постели, ноги в мохнатых тапках свесили и, зевая, с удивлением читают тебе вслух газету.
*
А детские каракули - это дорогие шубки для мальчиков и девочек?
*
Дома провели выделенку. Теперь ощущение, что если ты раньше общался с людьми записками через дупло, ночью к нему крадучись, то теперь у тебя трибуна, флаги хлопочут от ветра, микрофон звенит, толпа переминается и пора бы уже начинать.
*
Я вспомнила, почему не люблю весну и лето. В это время все стремительно из себя вырываются наружу. Вся внутренняя жизнь перемещается в природную среду, никто не хочет думать, осознавать, переживать, а все хотят есть, пить, греться на солнце, плавать и делать организму приятное. Все становятся пустыми летними квартирами, где надо поливать цветы. Вот я и поливаю. Я-то никогда никуда не уезжаю из себя. А людские внезапные осенние меланхолии, рефлексии, и мысли о жизни - это как фотографии с моря для меня.
*
жду тебя ой как
жду тебя даром
за ожидание мне бы пару
кол даже мне бы
наткнуться чтобы
флагом бы стать бы
да ради бога
да ради чёрта
подняться б только
выше под гимны
да под медали
дальше увижу -
больше узнаю
истрепанным алым
с флагштока спускаюсь
кол исправляю, каясь, маюсь.
*
И девушки до сих пор подставляют мужчинам свои щеки, как диспетчеры полосы самолетам. Осторожно и выверенно, хотя помады давно уже устойчивые как наскальные рисунки древних людей.
*
Много пишу, устала. Сочинила заголовок. Потом прочла.
Детство. Картинг. Первый автомобиль.
По-моему, я написала самую короткую трагедию в истории литературы.
*
Иногда так быстро меняешься, как будто ты поезд, а за ночь тебе сменили паровоз. То есть туловище твое, а башка чужая. И мысли в ней какого-то нового машиниста. Выспавшегося, вышедшего на смену бодрым и с бутербродами.

*
На заброшенном кладбище над умершими уже не осталось ни крестов, ни оград, ни родственников. Стоит табличка « христа ради, не ходите по покойникам». Рассказываю об этом приятелю, он говорит, что видел кладбище с плакатом «чистота- залог здоровья». Главное, не поспоришь. Уже.
*
Там же на кладбище реставрируют церковь, на стенде с планом строительства висят имена ответственных за участки. Главный у них с фамилией Верушкин. А с какой же еще он мог быть…
*
Папа все-таки взял ротвейлера. Пишет мне:
- Наверное, Атос...
- Это кличка? - спрашиваю
- Кажется, да, - отвечает, - но вообще это я тебе спонтанно написал.

Да, Портос сейчас где-то у Дюма изгрыз себе все локти. А Атос ищет по справочникам изображения ротвейлеров. Найдет, удавится на кружевах.
*
Отцовский щенок не уживается с котом:
- Они ведут себя, как те кошка с собакой! Нельзя же так опускаться до подражания мифам. Хожу между ними и призываю: "Любите же друг друга"...
- То есть ведешь себя, как еще более известный герой еще более известного мифа…
*
Живу и думаю, будто смерть - удача. Когда играл в дурака, тебе вмастили и ты вышел из кона, пока друзья еще выясняют, кто умнее.
*
Пса, отец, конечно, переименовал в Портоса. Без моих, кстати, намеков, сам догадался. А кот, говорит, теперь настроен презрительно.
- Ну я его понимаю, - говорит, - это все равно что женатый мужик привел домой молодую девку и сообщил жене: "Вот она будет с нами теперь жить".
*
Не знаю, кажется, Вовку пора усаживать, как бабушку-сказочницу и доить до обморока на всякие истории.

- Вчера ждали подругу из Болгарии, дождались, блин - катастрофа. Я пил ванильную водку.
- Где взял?
- Дура эта приперла.
- И как?
- Катастрофа же, говорю. Мы ее мясом заедали, потом бросили, нашли где-то мороженое.
- А чего она приехала, в гости?
- Замуж по переписке за еврея выходит. Как фамилия мужа твоего, - спрашиваю. Исаев, - отвечает. Но это по жене по бывшей, я не хочу по жене. А его собственная фамилия Круп. И спрашивает меня, не знаю ли я, что значит эта фамилия в переводе. А я знаю. Но молчу.
- А что она значит?
- Жопа она значит, Оля, жопа.
*
Утром шла по набережной. По разглаженной воде иглами двигались утки, оставляя неаккуратные складки.
*
Резкий порыв ветра и галстук у прохожего взлетает на плечо. Он снимает его опасливо, как крысу, едва касаясь пальцами. Потом приглаживает на груди, как кошку.
*
У женщины картонка с надписью "Гадаю по руке по фотографии". Запятой нет, зато есть новый вид услуг. Потрясающий.
*
Ростовая рекламная кукла изображает огромный зуб. У зуба есть глаза, нос и, конечно, свой рот. Вместо зубов у зуба прозрачная пленка, за ней усталое лицо пожилого мужчины. Он жует жвачку. Матрешка космических масштабов, если вдуматься.
*
У девушки на месте задних карманов джинс нарисованы крылья. По-моему, у нее больше нет ангела-хранителя. Она не рассчитала вес, когда садилась ему на шею.
*
знаешь, тут катастрофический бардак
они рвутся вывешивать белый флаг
я хватаю их за руки: "пусть флаг будет - скатерть.
стол накроем, вина нальем, не станем плакать!"

но они скулят, как котята до родов в кошке
не родились еще, а уже так вопят истошно
все заранее зная про жизнь - свистопляску
не хотят подождать колыбельной в коляске

тут болтали, ты придешь на исходе века
век прошел - закопали. эй, слышишь, где ты?
всех и вся ведь сдадут эти черти к черту
а вода подбирается к самому борту

я держусь, как могу, не сдаюсь, не ною
вспоминаю, как водится, старого Ноя
этот дед научил всех по парам жаться
и нужды в этом нет, но всякое может статься

так и ходят двойными телами, у них всё - в квадрате
одному хотеть жить - прописаться в шестой палате
я "возьми к себе" не скажу, не включу света
выложу звезды в небе буквами "где ты?"
*
Какие-то мальчики лет восьми шалили на стройке возле школы - уносили козлы маляра в соседний двор. Ребят было много, маленькие, они подставили свои спинки в курточках под перекладины и перебирали ножками. Я все ждала - вот выйдет огромный Гулливер, поднимет свою табуретку и стряхнет надоевших лилипутов.

*
В комиссионке сквозь замшелую замшу одна женщина жаловалась другой:
- У меня пропал чемодан шуб. Там была одна розовая. В аэропорту шубы искали двадцать один день. Нашли.
- В августе повезем поездом, - отвечала другая
Кажется, я присутствовала при обмене "пароль" - "отзыв"
*
Мужчина шел по Пятницкой и говорил в трубку:
- Я сегодня прошел уже десять километров. Я вышел в четыре, сейчас шесть. Я хожу два часа. Я и сейчас иду.
Пауза.
- Куда, ты сказал, мне идти?!
*
Женщина с анкетами в руках остановила меня улыбкой:
- Опрос среди шампуней!

Наверное, я была бы тот самый wash&go - помылся, вали.
*
Знаете, почему все влюбленные так надрываются? Причем совсем не по линии разрыва, где перфорация, а по живому, где как раз плотно? Почему кровь, почему жилы, почему слюни, сопли, слезы, желчь, пена у рта, горелая кожа и ссадины?
Потому что, когда они заказывали свою эту любовь у Бога, они не прочли меленькую сноску: "Любовь из материала заказчика".

*
Назначила встречу с новой знакомой. Я не знала, как она будет выглядеть, кроме того, что на ногах у нее будут плетеные босоножки с ромашкой. И больше никаких примет. Поэтому я ждала и смотрела только на ноги. Боже, сколько же их было! Больше, чем людей. Раза примерно в два.
*
Приятель просил меня, чтобы я ответила ему, синонимы ли слова «скупой» и «жадный». И если синонимы, то почему так разнятся выражения «скупо поцеловал» и «жадно облобызал». Я думаю, потому что представить, как тебя кто-то «скупо облобызал» практически невозможно.
*
В аптеке видела стойку с подбором лекарств под заголовком «Дермотология». Ну, не сахар жизнь, известно.
*
Заплеванный пятачок возле пивной. Окурки, бутылки, обрывки. Два сильно пьяных гражданина беседуют и слышится возмущенное:
- А рацион у него какой?!
Про космонавтов, наверное.
*
Ромашки очень похожи на взлохмаченную по краям яичницу.
*
Арбатские плитки с именами вроде плоских надгробий.
*
Кольцевая ветка метро – это распутная мулатка. Загорелая, пускает всех. Ездят все и свои, и чужие. За поручни противно браться и давка. Да ведь она – девка! Подо все поезда ляжет. Никому не откажет.
*
Турист под табличкой "Куршская коса", обратился к нам с вопросом:
- Можно попросить вас сфотографировать меня, чтоб получился адрес?
*
Розовый Советский союз на пачке Беломора похож на человеческий мозг.
*
Когда я пришла устраиваться на очередную работу, то босс на собеседовании использовал понятия «элита общепита», «звезда ресторатора», а также предложение вывести журавля в небе на международную орбиту. От изумления я проработала там год. И птицу мне было жаль все это время.
*
В том офисе, кстати, радио вмонтировали в шкаф и его нельзя было выключить, зато в туалете была ванна и биде.
*
По кондитерской метались две дамы:
- Давай эклеры возьмем, Саша их как раз не любит.
- Тогда еще творожные кольца, он их терпеть не может!
- А ему пива тогда. Нет, пива он себе сам купит, пошли отсюда.
А Саша, наверное, тоже им что-то приготовил.
*
Пожилой мужчина держит на коленях маленького ребенка. Они сидят оба в профиль ко мне, как на картинке «места для пассажиров с детьми», и оттого маленькое лицо как бы аппликатировано на большое. Сразу очевидна работа времени.
*
Завернула в овощной отдел магазина и остолбенела. Фрукты взвешивала негритянка. Завороженная, ничего, кроме бананов я не смогла попросить. Потом ее отчитывал менеджер, говорил, что очень устает, в то время как она позволяет себељ отдыхать. А она взглянула на него и прошептала сквозь слезы:
- Я вообще не понимаю, как это мужчина может устать.
*
Когда в Москве один за другим случались несчастья, рушились дома, взрывалось метро, горела телебашня, захватывали заложников, я все гнала от себя навязчивую мысль, что это просто кончился театральный сезон, разбирают ненужные декорации, увольняют лишних актеров. И Карабас-Барабас скоро повесит меня на гвоздь.
*
Всем незамужним подругам, которые мечтают о роскошном свадебном платье, потому что это якобы очень романтично, я всегда советую прогуляться в выходной день на Поклонную гору. А потом спуститься с горы в ближайший туалет. И вдоволь насмотреться на белоснежных принцесс, со всеми их корсетами, пелеринами и трижды нижними юбками. Видны даже чулки, резинки их предержащие и иногда белье. Начинка воздушного этого торта.
*
Одна моя соседка жаловалась, что в ее кухне вдруг стало пахнуть незнакомым мужчиной, сигаретами и пивом. Я пожалела ее за одиночество. А потом выяснилось, что сосед сверху, будучи непризнанным в своей семье алкоголиком, спускался в рабочий полдень к ней на балкон и дневал в ее квартире. Соседке доставался запах.
*
Кассирша в молочном магазине выбила мне чек на сумму 66 рублей 66 копеек. Отдернула ручки от кнопок и сказала мне испуганно:
- Я даже произносить этого не буду.
*
Отдаления всегда постепенно происходят. Сначала как за стеклом – уже нельзя дотронуться, потом как за стеной – уже нельзя увидеться, а уж после как амнезия – невозможно вспомнить.
*
Барменская ассоциация провела конкурс. Первое место занял дуэт "Русские ребята" в лице Азамата Каримова и Василия Гейне.
*
Спала на кухне между плитой и холодильником. Так сказать поменяла место в логической цепи. Обычно завершала.
*
Как-то раз меня послали делать репортаж с конкурса ресторанов по творческому оформлению столов. Шелковые скатерти, виньеточки, салфеточки, цветочки. Вдруг деревянный стол, две вилки, две тарелки, зеленая каска, солдатская фляжка и плюшевый мешочек.
- Что это? - хриплю я в сторону мешочка.
- Кисет, отвечают, - этот стол у нас значится под названием «Выпьем, браток».
*
На остановке две женщины ждали автобус:
- Мне подарили компьютер, представляешь. Я так его хотела, мне он снился, я им бредила. Когда вручили, я в первую ночь уснула на полу рядом с ним. Я была так счастлива.
- А я так счастлива не была…
*
Когда кто-то говорит «была вложена куча бабок» мне неизменно слышится скрежет хрупких уже костей.
*
Автошкола располагалась в здании школы обычной. Я пришла учиться вождению 1 июня и в коридоре прочла на бумажном плакате «Нарисуй свои права».
*
Он жаловался мне:
- Каждое приличное заведение должно иметь красное французское вино и японское домашнее пиво, а у них медвежий угол, а не ресторан русской кухни.
*
Торжественная церемония в Царском селе. Екатерининский зал, свечи в золотых канделябрах, гнутые венские ножки стульев, шелковыељ чулки дам, кавалеры во фраках, лепные потолки и кухня от Патель Шабо. Вечер открывал ансамбль баянистов.
*
Фирма проката театральных костюмов, предлагает и театральную антрепризу. Темы на выбор:
1. Спектакль-игра "Карлсон с нами"
2. Новогоднее представление "Волшебная сосулька"
Я бы хотела совместить две темы, если позволят.
*
Мои и Сережины родители разъехались на лето. Мы провожали их по очереди. Сажали на поезда и самолеты, помогали нести вещи, махали вслед. По достижении пункта назначения они звонили нам, говорили, что дорога была легкой, рассказывали о местной погоде, велели чаще есть суп и выносить мусор. Почему смерть не может быть такой же?
*
Зашла в столовую, вижу за соседним столиком знакомое лицо. Саша шипит мне в ухо, - Смотри, смотри, это же Сенкевич. Пригляделась, Дроздов.
*
Любовь питается странным фастфудом. Улыбкой, взглядом, кожицей вокруг ногтя.
*
Энергичная директор детского дома с гордостью рассказывала мне, что раньше ее дети руками ели макароны, а теперь играют ими на фортепьяно.
*
Кабачок зазывает к себе обрекающим «Вас ждет тотальное удовлетворение гурманских и эстетических потребностей».
*
Я живу так высоко, что перед моими окнами разворачиваются самолеты.
*
Читаю про первую жену Чубайса, которая хотела назвать свой ресторан «Рыжий Чуб». Приятель комментирует, - Ну и сидела бы там при свечах, как дура.
*
В маршрутном такси:
- Алло, алло, Виктор? Нет? Катя?!
*
На выходе из метро огромными белыми буквами намалевано: «Ну что, Поповский, живи!».
Да, Поповский, будь.
*
Резюме:
"Закончил Архангельский ГМИ в 1981г. Затем набирался врачебного опыта на скорой помощи."
И не спросишь уже, где понабрался.
*
Мне сообщили, что тутовое дерево полезно от корня до листа.
*
Вчера прочла о том, что основой точной диагностики является хемилюминесценция крови пациента. И что при этом ряд непереносимых продуктов может вызывать гибель клеток крови, что и определяется на хемилюминометре. Кажется, мы уже сосватались с внеземными цивилизациями.
*
Существует Высшее военное училище тыла. Потрясающе там должно быть спокойно.
*
Настоящий художник даже рекламный щит называет «Панно из пластмассы».
*
После недельной болезни вышла во двор и сразу же увидела мужчину в косоворотке, расшитой красными узорами, который кусал кусок капусты. Вернулась, легла спать.
*
Проходим мимо цыганки, сидящей с охапкой цветастых детей. Оля присматривается и говорит мне:
- Нет, только подумай, а! Она читает Виши!
Я думаю, что это какой-то индийский или цыганский бог, равнодушно жму плечами, но Оля не успокаивается:
- Я себе такую косметику позволяю раз в год, а она, пожалуйста, рассматривает такой толстенный каталог!

VICHY оказывается.
*
Меня звали в ресторан, в котором заявляют: «Особенность приготовления утки у нас в том, что птице не отрубается голова - не дай бог потерять драгоценные капельки крови - ее душат, что тоже сказывается на вкусе». Испугалась и не пошла.
*
Утром к нам в офис не за что пришел такой факс: «Фирма Marva просит Вас обеспечить рейс № 3454 по маршруту «Москва -- Тель-Авив – Москва» бортовым питанием». По-моему, евреи хотят все больше и больше. Хотя они пока еще просят.
*
Компания Peugeot 150 лет назад появилась на рынке с ноу-хау -- механизмом для помолки перца и соли, который был оформлен в виде мельницы. Затем они стали заниматься моторами для мопедов. Потом ушли в машиностроение. Если кто не знал. Я к тому, что никто не знает, во что выльется его ноу-хау.
*
Оля беседует по телефону по громкой связи с очень милой дамой лет пятидесяти, мы недавно провожали ее на поезд.
- Так вы к нам приедете в сентябре?
- Вы знаете, нет, я уезжаю в свадебное путешествие, - отвечает дама.
- То есть как?! В собственное?! - не сдержалась Оля.
*
На всех собеседованиях менеджеры мне говорили «приходите, нам нужна свежая кровь», будто они вербуют новых вампиров.
*
Иногда я думаю, что Зощенко просто много ходил по улицам.
- Мне сказали, Вы комнату ищете.
- Да, ищу.
- За углом квартира. Правда, однокомнатная и с бабушкой.
- Как с бабушкой?
- С моей бабушкой.
- Она что же со мной станет жить?!
- Ну, она тихая, лежит.
- Нет, мне не подходит с вашей бабушкой.
*
Пишу текст, подбираю слова, зашиваюсь, спрашиваю Рому:
- Скажи, сотрудничество может быть плодотворным?
- Да, если не предохраняться, - отвечает.
*
Я бы не могла работать машинистом в метро. Мне бы всегда казалось, что я кого-то догоняю или убегаю от него.
*
Длинный переход метро, идем утренней толпой. Мне представляется, будто мы все сперматозоиды и чешем по трубе. А потом оплодотворяем собой вагоны. Ужас, что будет плодом.
*
Падают две подряд смски:
«Здесь совсем нет сувениров. Я купил нам колбасы».
«Не звони мне две недели и три дня».
*
В музыкальном магазине:
- Что же вы возвращаете диск. Я должен буду расплачиваться за ваши эксперименты!
- Ну, там же нет тех треков, что обещаны на обложке. Я же думал, что они есть!
- Все очень много думают, как я посмотрю. Я вот думал, что поступлю в институт и в армию меня не возьмут. А забрали на два года.
- Я тоже служил!
- Вот видите!
- Диск поменяйте мне!

*
Меня вез с работы безумный водитель. Он подрезал, гнал, резко тормозил и еле ловил задние колеса на заносах, махал руками и ими же что-то набирал в своем телефоне. Мне было очень страшно, пока он не он признался мне, что ему сегодня исполнилось 40 лет. День рождения и смерти очень редко совпадают.
*
- Нас не встретили на вокзале...
- Плохо, а гостиница далеко от вокзала?
- Да нет, 50 рублей и 20 метров.
*
Читаю на визитке Будимир Сердитых. Хочется сделать ему что-нибудь приятное.

*
В метро реклама компании Genius. Написано: «Да, это мы придумали мышь с колесиком. А что завтра?». Кто-то нацарапал ниже: «Вторник».
*
Курага – это абрикос, из которого исчезли все недостатки, придававшие ему объем и спелый, румяный вид. Теперь она маленькая, сморщенная и очень полезная. Зануда.
*
В ту пасху мы случайно на свежеокрашенную скамейку. Сережа вскочил, оглядел брюки и крикнул в небо:
- Христос Воскресе! Куриных тебе, папа, было мало?
*
Жизнь идет так быстро, что в мае я не вижу смысла убирать до осени теплую обувь.
*
В книжке про собак написано: "Основными характерными особенностями лабрадоров является шерсть, хвост, голова и темперамент". У других пород, наверное, комплект другой.
*
Моя мама с тетушкой однажды решили побаловать себя высоким искусством и отправились на премьеру в театр Эрмитаж. Как назывался спектакль, они не запомнили от возмущения. Суть действа сводилась к тому, что некий двойной агент делился своими переживаниями и раздирал на куски свою душу, предающую сразу обе стороны. Причем делал это буквально. Отделял от себя различные части тела и кидал в зал с громким криком. Половина зрителей удалилась сразу же. Тетушка же смогла дотерпеть до момента, когда глаз, разрываемого внутренней борьбой героя, угодил ей прямо в голову. Она схватила ее обеими руками и унесла оттуда ноги.

*
Недалеко от нашего дома часто остается ночевать длинный фургон для перевозки лошадей. Огромный нарисованный конь на борту выглядывает из темноты. Рядом конно-спортивный комплекс и наверняка это шофер, нашедший работу рядом с домом, паркуется под своими окнами. Но так думать неинтересно. Гораздо приятнее быть уверенной, что это со службы приезжает сам конь. Или еще лучше – в современных условиях мегаполиса так перемещается к своей возлюбленной принц. А без коня, извините, никак.
*
DVD «Иисус Христос - суперзвезда» оказалось без титров. Сережа расстроился, мы посмеялись над тем, что он боится не понять, чем там всё у ребят закончилось. А я думаю, мы ведь все коду живем.
*
Надоел этот парник на улице. Влажная жара делает нас всех огурцами- шизофрениками, у каждого в голове «полна горница людей»
*
Он сказал: "Мы можем раскрыть окна в машине". Представилась тетка в кокошнике перед началом киносказки, которая распахивает ставни жестом матросского танца "Яблочко".
*
При дворе нет шутов женщин. Потому что все шутницы подле королей либо уже королевы, либо сложили головы на плахе.
*
И, черт побери, некоторые впечатления так и присыхают кефиром к стенкам тебя, если их сразу же не смыть. Так и живешь неопрятным Федориным горем.
*
Хорошо, когда есть стержень внутри, потому что это - основа, она же сила. Но такой расклад, только если ты большой. А если ты маленький, то ездишь вправо и влево, как костяшка на счетах пустотой своей дырявой стержень этот обхватив. Но гордо поглядываешь на пуговицы, которые пали куда как ниже.
*
Реклама "Ваш хот", "Продаю хотят", "Запасной выхот" и прочее - это просто недодавленная Бредбериевская бабочка. Душили руками, она во всем созналась и ее отпустили.
*
Мама уехала только вчера, а уже сегодня в доме катастрофически не вовремя кончилась туалетная бумага. Хозяйственная энтропия началась предательски. Из-за угла.
*
На эскалаторе в метро каждая пятая ступень подписана номером. Сегодня увидела впереди себя 30 и далее 35, 40. По расчетам оказалось, что стою на два года моложе нормы. Поднялась на двадцать восьмую и поехала себе жить дальше.
*
На кассе женщина выкладывает на ленту пеструю детскую посуду, пару погремушек и помидоры Черри. Всё для очень маленьких людей.


*
Только сегодня поняла, почему вчера не могла отвести взгляд от дрели, сверлящей наш замок. Сверло внедряли вместо ключа, и я, оказывается, на самом деле радовалась, что на смену вялому и острожному любовнику, наконец, пришел страстный.
*
Дима стал папой!
- Здорово, а кто родился?
- Мальчик наверное, но я не спросил.

Ксенией назвали. Намучается.
*
- Дочь, ты где сейчас?
- Я, папа, гуляю с псом в лесу, тут трава мне по брови.
- А там в лесу еще люди есть? Я волнуюсь, что ты там одна ходишь.
- Да не переживай, все хорошо здесь, лето.
- А твой пес, он тебя защитит, если что? Или он ничего не понимает в этом смысле?
*
Дядьку армянина вчера спросили, есть ли у его пса игрушки.
- Есть одна. Эта…. визщялка!
*
Утром в офисном туалете брился N. Если бы я завтра увольнялась, то обязательно бы сняла джинсы, напялила самую большую корпоративную футболку, налила бы чашку кофе, подошла бы сзади, положила бы голову ему на плечо и проворковала "Дорогой, завтракать пора, поторопись".
*
Недалеко кондитерская фабрика и иногда в воздухе приторно. Ощущаю себя в чашке с какао. Облака - пенка, а сама я теперь сахар на дне. Пожалуй, сахарозаменитель. Вид и вкус тот же, а пользы по нулям.
*
Я часто не слышу звонка мобильника из-за музыки. Потому проверяю на вибрацию, подушечками двух пальцев прощупывая через ткань сумки его пульс.
*
Видела мальца, наяривающего на маленьком цветастом велике. Велик был из игрушечного слона. Пригляделась, рулем там - прорези в лопоухих ушах. Жалко слона.
*
Папа позвонил и объявил, - Придумал новый стих с грузинским акцентом.
- Всё льет с небес
Я мокрый вэс.
*
В каталоге пригласительных билетов всё житейски. На хирургическую выставку зовет фото с вывороченными кишками и вставленным в них зондом. Есть умоляющего вида птица с головой, говорящей "покупайте российское". Выставка коней называется "конская". Попалось приглашение рекламного агентства - на фоне неприлично приоткрывшихся фисташек надпись "треск миллионов идей, переполняя отсек мозговой, жарит нейроны... так погибают идеи и мысли...". Вероятно, это надгробие.

*
Хорошо бы вытолкнуть тебя из тесного, жаркого, панибратского лифта "ты" в прохладный коридор "вы" с высокими потолками. Потом на свежий воздух "он", легкомысленно амнезируя все "мы" в ритме вальса. Просто от того, что "кто-то" стал вечной гиперссылкой на что-то лучшее и любой курсор при наведении становится оглаживающей ладошкой, очень устаешь.
*
Сережа очень любит свой автомобиль. Сегодня сказал:
- Знаешь, машина - моя самая сильная любовь. Ну после всех живых, конечно.
*
Скрип всех в мире тележек похож на поскуливание псов.
*
Ну и сколько можно проваливать экзамен на родительские права.
Ребенка пока нет, но как только на права сдам, сразу же куплю.
*
Тетка пихнула задремавшего парня и сказала:
- Молодой человек, не уступите мне место? А то у меня живот...
Тот вскочил, тетка уселась, прижимая к себе брезентовую авоську. Я посочувствовала, мол, вон как болит. А из сумки вдруг показалась кошачья голова. Это у нее был не живот, это животное...
Натуральный такой кот в мешке.
*
У девушки из тесных джинс выбился ярлычок с меленькими требованиями к стирке. Очень похоже на закладку в книге. Кто-то как раз на середине. Интересно, чем кончится, кто убийца.
*
А вот, допустим, цыганка, что сидит в нашем переходе за деньги, слушает маленькое серебристое радио. Скучно, я понимаю. Погода, новости опять же. Интернет на рабочем месте.
*
А представляете, каково самой маленькой последней матрешке?
Охватил ужас.
*
Опять слила всю игру.
Тот N, что брился давеча в офисном нашем туалете, только что прямо из кабинки кому-то что-то продал. Контракт, сроки, гарантии. То есть для ковки рубля нет перерывов ни на обед, ни на обратное.
А я возилась перед зеркалом с непослушными волосами и не успела выкрикнуть "Почем опиум для народа?!"
Наверное, я его недолюбливаю всё же. Но он не помыл рук.
*
Оля, с которой мы вместе заканчивали педагогический институт, вспоминает, что её обижало, когда родители изучаемых нами малышей сначала спрашивали, есть ли у нас самих дети, а потом уже верили. Удручало, что, мол, чужих детей любить и понимать нельзя, если собственных нет? А теперь, ставши дважды мамой, соглашается:
- Правы они были. К детям как относился, так и относишься, родителей любить и понимать начинаешь.



*
Протерла монитор спиртовой салфеткой. Авторы стали писать заметно тоньше, картины художников изрядно углубили цвета. Сейчас тонким слоем покрою колонки и зазвучат гениальные сонаты. Раньше я переводила столько алкоголя, помещая его внутрь. Но с другой стороны, при распитии - вся красота мира всегда с тобой. А тут сиди, прибитый.
*
Отец вчера был настроен игриво.
Пожаловался ему Петрович, живущий в соседнем доме, что понаехала родня и не дает ему спокойно пить, спать, есть и отдыхать. Папа, подмигнув, процитировал: "Одиночество, Михаил Петрович, как известно, роскошь богачей". Петрович обиделся.

Мне прислал два стиха.

Бесстыже ноги растопыря
Крутились куры, жарясь в гриле.

Темнеет море, на небе тучи
А жизнь все мучит бессамемучей.

Потом прислал еще неприличное, потом смайл, потом написал "всё. ушел решать половой вопрос". Это они настил в кухне меняют к зиме.
*
Когда на кассе супермаркета бумажным обтрепавшимся объявлением меня благодарят за лояльность, я теряюсь. Соседство такого салонного слова и творожной массы с изюмом немыслимо. Лучше бы писали "сделайте скидку на нашу глупость, как мы делаем ее на просроченное молоко". Еще медаль была бы хорошая "За лояльность".
*
N с компанией всю ночь хлестал самогон, выкидывал из окна стиральную машину на козырек подъезда и бил морду коту. Утром рассматривал фоторепортаж с мест событий в мобильнике, приговаривая "Мои картинки, блядь".
*
Они понаставили во дворе олимпийских мишек, говорит, и у одного из них лицо Брежнева.
Ну правильно, думаю, и кольца вместо пяти геройских звезд.
*
Некоторых людей я знаю так хорошо, что могу погрузить в них руки по локоть, будто где-то внутри там поднимаю ребенка. Чья-то глубина известна мне так, что я по плечо просуну в них руку, будто продеваюсь в рукав. В кого-то можно только до запястья - как в карман. А некоторые всю дорогу - как по клавишам пианино. Слегка только надавить пальцами, да и то сразу отдернуть.
*
Прошло два года, и только сегодня я поняла, что ралли в Эстонии - это ужасно смешно. Люди живут столько, сколько смогут продержаться и не умереть от смеха.



*
Утром встретили с псом дворнягу. Он прижился в соседнем дворе и настроен ко всем собакам грозно. Проходящая тетушка завидя, как он приготовился на нас броситься, предупредительно сказала ему:
- Ну-ну, не настропаляйся, Шарик.
Да-да, Полиграф Полиграфович, душенька, извольте завтракать.
*
На кладбище видела могилу футболиста. Зеленый газончик, черно-белый мяч. Каменный. И ограда. Никак не разберу, что именно меня шокировало. То ли натурализм цвета и формы, то ли окончательное подтверждение, что профессия в жизни определяюща. Надо мной-то ничего подобного будет не изобразить. Разве что флюгер петушком. Вроде, она вечно не находила себе места, а не в том смысле, что нос по ветру.
*
Деревень с одинаковыми именами в России тьма. Одних Дубровок не сосчитаешь. Размышляла, как же это они друг от друга отличаются. И поняла - у них принадлежность к области, как фамилия!
*
Многие люди лишены чувства моего юмора. На пляже пес засыпал грязью Сережины часы, и я пошутила насчет того, что теперь они стали песочными. Ни одна сволочь не засмеялась.
*
Вчера мне почти уничтожили мозг ребенок и женщина. Они спорили над пачкой макарон. Дитя говорило, что они сырые, а дама утверждала, будто бы сухие. Друг друга человеки так и не поняли, а меня никто не спрашивал.
*
Сережа признался мне, что впервые заправился на чужой бензоколонке. Прошло уже несколько дней, а я все мысленно успокаиваю его, что после случайного секса на стороне не всегда случаются дети. И еще поглядываю на днище машины, что саму меня пугает.
*
Сижу за большой витриной кафе, а мимо идет красавица. Легкая, в чем-то прозрачном, длинные волосы ветер ей приподнял и несет шлейфом. Засмотрелась и улыбнулась ей, а она отвернулась испуганно. Я вздрогнула и поняла, что я женщина, а смотрела по-мужски. Оглядывала потом себя, будто забыла снять маскировочный костюм, меня не узнали свои и сейчас поведут к стенке.
*
Магазин спецодежды поверг меня в совершенный восторг. Там висят на вешалках плоские медсестры и парикмахеры, машинисты и повара. За небольшие деньги можно купить себе что-нибудь и стать новым человеком. Никто не придирется, сходство будет совершенным. В детстве мне так и представлялся выбор профессии - ходишь по рядам, щупаешь, сравниваешь и на что-то соглашаешься. Испугали калоши электрика. На их боках изображен залихватски разряд молнии, но внутри уже никого нет. Вместо эпитафии что ли.
В аптеке продается стетоскоп. Настоящий, чтобы холодить детские спины.
А в хозяйственном и вовсе продается "уличный фонарь". Боже мой, где-то наверняка можно купить целую улицу, целый город, мир.
*
Друг видел рекламу ресторана с текстом:
Наш шеф-повар – гений.
Очень радовался этой точке в конце. Ну да, верно, без истерик. Обычный бог и никаких гвоздей.
*
Сережина мама в последнее время очень полюбила словесный оборот "бери, не глядя". Вчера описывала упаковку новых творожных сырков, советовала покупать те, что с голубым лебедем в центре и красной каймой по краю. Приговаривала, конечно: "Увидите, берите не глядя".
*
Она же объясняла нам, почему мужчины, начиная лет с сорока, перестают уходить из семей и жениться на любовницах. В том смысле, что им трудно ломать сложившиеся привычки, лень перестраиваться и приспосабливаться заново. Сережа вздыхал, мол, вот ему нет и 30-ти, а уже вполне себе тоже лень. Мама оживилась:
- Что ты, сейчас это тебе раз плюнуть будет, очень легко!
Мы все рады Сережиным возможностям.
*
В универсаме очередная акция. Читаю на чеке: "Вы набрали 21 балл".
Прямо с утра "очко". Везет сегодня.
*
Эти жизненные уколы для роста, таблетки для ума, примочки для терпения. Они так хорошо действуют, заставляя тебя быть лучше, выше, сильнее, что ты уже ни черта не влезаешь в старую одежду. Сидишь такой обновленный великан, штаны на тебе трещат, башмаки жмут, но зато ты отменно понимаешь истинные ценности. Пережитое меня каждый раз меняет и я чувствую себя конфетой в подарочной коробке, которую несли благодетелю хирургу, да трясли по дороге сильно. Лежу квадратная на боку в кругленькой ячейке.
*
На асфальте под окнами разбросаны обломки цветной пластмассы. Угадываются части маленькой кабины и кузова, колёса. Мелкие острые осколочки яркого стекла разлетелись на метры. Вероятно, мальчуган вышвырнул пару своих машинок в окно. А все равно похоже на игрушечную автокатастрофу. Сознание же все время заменяет её на "детскую катастрофу", поэтому взгляд хочется отвести, а плечи оттереть от озноба.
*
В метро везли таксу. Хозяева поместили ее в длинный саквояж коричневой кожи. Так она и ехала в подходящем футляре. Будто бы в одежде.
*
Заметила желтые листья по краю дорожки сквера, обрадовалась, что скоро осень. Она нравится мне как завершение всякого праздника, ни начала, ни начинки которого я не люблю. Мне приятнее всего первая чашка чая с тортом после застолья. Когда все, что ожидалось, уже состоялось, случилось, сбылось и теперь только отдыхать. Многие после этого любят закурить, но ведь и костры осенью не зря жгут.
*
В отпуске мои руки отлично загорели, покрылись приятной матовой бронзой. Поймала себя на том, что не могу отвести взгляд от своей руки начиная со сгиба в локте до запястья. Потом поняла, что эта часть очень похожа на зажаренную куриную ножку, а я на диете.
*
В метро у турникетов я всегда размышляю о том, все ли родители, когда их детям от семи до восьми лет, обманывают контролеров.
*
В вагон зашел мужчина, в руках он держал круг для унитаза. Розовый, мягкий, с вышивкой какими-то райскими птицами. Было видно, что гражданин стесняется, ему неловко и он очень жалеет, что не спрятал круг в пакет. Я мысленно изо всех сил посылала ему сигналы, чтобы он положил его на освободившееся место и сел сверху. И молила бога, чтобы потом вошла очень-очень-очень старенькая бабушка, чтобы место захотелось уступить нестерпимо.
*
Копирайтеры не спят и всё время работают. У кваса теперь слоган "Как преквасен этот мир". Мне, например, так и видится жена Довлатовского Буша, дрессирующая свою рыбку, и напевающая эту строчку. И потом она поправит пеньюар, прижмет ручки к груди и приглашающе скажет: "Есть свадкие бувочки".
*
Звонил чудо-брат. Велел слушать внимательно и записывать.
- Иду по чудесному болгарскому городу. Навстречу девушка пышных форм. На груди четко написано «sexy». А ведь и вправду!
*
Опытным путем выяснено, что пододеяльник лучше подходит на роль простыни, чем сама простынь. Его можно не стирать 4 раза.
*
Отец обрадованный моему раннему звонку, смеется, что я лучшее блюдо к завтраку. Хочет купить новый диван, но переживает, что болит сердце и покупкой он может не успеть насладиться, возможно лучше сразу приобрести подержанный. Но с другой стороны, хоть напоследок хорошо выспаться. Потом вздыхает:
- И вообще, я уж тому рад, что почти дотянул до шестидесяти, это ж срок. Да и в жизни этой вашей я, кажется, уже всё понял.
А я тоже поняла, можно мне досрочный ответ без жизни на размышление?
*
На кассе дядька пробил мыло, бритву и две бутылки коньяка. Чист, брит и пьян.
*
Поезд встал в туннеле. Стало жарко, противно и несчастно. Машинист объявил о задержке по техническим причинам (вот по каким еще причинам это может произойти, по морально-нравственным?). Стоящий рядом мужик тут же парировал объявляющему: "Да пошел ты!"
Не ругался, подгонял.
*
Объявление «Семья без детей и животных снимет квартиру». Жалко их нестерпимо, хочется помочь.
*
Когда случаются ссоры с любимыми, все эти крики, упреки, уколы, каждый видит, как тяжело любить чудовище и очень сочувствует Аленушке с ее цветочком.
*
Видела рекламу польских пельменей. Мозг рекламщика, как известно извилист, но непрактичен ужасно. На картинке изображена дымящаяся чашка, в ней уже плавает несколько пельменей, а один висит над ней на веревочке, как чайный пакетик. Меня, например, сразу мутит от жирного чая, во-первых, представляются пытки над партизаном-пельменем, во-вторых, и немножко хочется спасти этого партизана от самоубийства. Затейник решил утопиться через повешение.

*
Когда собеседник плох, но деться некуда и приходится вести долгие полые, душные разговоры, то ты аккурат белка, копающаяся в пустых скорлупках.
*
Я сейчас проживаю забавный возраст. Уже вполне понимаю мам, которым около сорока и еще отлично лажу с их дочерьми. С сыновьями мы уже мало интересуем друг друга, но зато их отцы принимают меня довольно близко к сердцу.
*
На входе в супермаркет раздавали жвачки и презервативы.
Жевательная и желательная резинка, - радуется Сережа.
*
Я какое-то тупое бревно. Каждый раз вырезать буратино приходится, чтоб поговорить по-человечески.
*
Мама звонила с дачи. Сказала, что выпила килограмм вина.

*
Среди незнакомцев и я, и Сережа чувствуем себя так неуютно, что со стороны напоминаем два поджатых пальца ноги. Эдакие скрюченные и розовенькие, хоть сейчас же на сковородку. В первый день на новом месте всё кажется недружелюбным. И купола палаток ожоговыми волдырями с мокротой внутри, их колышущиеся стенки так и хочется проткнуть. И небо видится изъеденным молью черным палантином, сквозь мелкую сыпь дырок видно утреннее солнце какого-то замшелого городка. А облака плывут подгорелыми безе.
*
Жить без цивилизации можно только вокруг костра. От него и тепло, и свет, а самое главное – он уничтожитель всякого мусора. За несколько дней привыкаешь к этому универсальному жерлу, и потом его довольно ощутимо не хватает. Первое время так и вовсе тянет жечь все, что только может сойти за мусор, чтобы только посмотреть, как же это оно будет плавиться, извиваться, трещать и, в конце концов, исчезать. Видимо, не только Богом творцом хочется быть, но и наоборот.
*
Природа здесь ничего не делает напрямую. И дорожки все извиты знаком доллара, и у сосен искривление позвоночника, а у березовых веток артрит.
*
Утром в палаточном лагере кричали:
- О! О! Вы тоже, тоже! Вы тоже анестезиолог-реаниматолог!
Это люди вспоминают, кем они были в прошлой городской жизни.
*
Коллективное сосуществование в стае абсолютно размягчает хребет и мозг. Также отпадают защитные механизмы, как осенняя листва. Живешь медузой, плывешь по дню до ночи. Растешь преимущественно возле кухни с костром. А в руки все льются ласковые рыжие морды собак. Все палаточно-походные женщины пухлы глазами, отсутствие ресниц и бровей делает их красавицами Джокондами.
*
Идем по лесу, Лена вдруг кидается к поляне и зовет всех к себе. Ей понравился какой-то цветастый мох, и она просит сфотографировать ее вместе с ним. Всматриваясь в объектив, взволнованно переспрашивает:
- А синеву видно? Выйдет синева?
Ну точно, это дали. Типично псковские.
*
По дороге на речку всё обсуждали тот диковинный мох. Лена рассказывает, что из него делают лекарство, обещает дать нам рецепт:
- Я обязательно его найду для вас, просто волшебное средство. Что-то совершенно особенное, у меня все родственники им пользуются. Чудесно помогает!
От чего помогает, конечно, никто не помнит.
*
Немного гребла против течения. Натурально, это тяжело. И вода вся как махра против шерcти от ветра.
*
От каждодневного общения с толпой собак, случайно забредший ребенок воспринимается странно. Как вдруг заговоривший пес, чье мнение еще к тому же надо учитывать.
*
На речной переправе у контролера специальный фартук с нашитыми для денег карманами. На каждом нарисованы цифры 10, 20, 30, 40, 50. Никак не пойму смысла. Во-первых, если это обозначение достоинства купюр, то при чем тут 20, 30 и 40? Если суммы, то это бессмысленно, ведь он непрерывно кладет и достает деньги, отдает сдачу, принимает оплату. И вообще самих цифр он не видит, давно выучил расклад и навострился узнавать деньги на ощупь. А вот если бы эти цифры остроумно написали бы вверх ногами, я бы не задавала никаких вопросов.
*
На досках "Разыскивается" возле милиции в Муроме листки только с русскими лицами, что совсем выбивает из колеи. Родные такие, свои морды и вдруг... Как предательство.
*
Очень высокая ивовопрутная тонкая девочка лет 14-ти одета в коротчайшую юбку, выдающаяся уже грудь обтянута маечкой в цветочек. Волосы двумя лассо свернуты в баранки над ушами. Внушительные платформы туфель напоминают копытца, в руке крошечная сумка в блестках. Она с достоинством подходит к прилавку молочного магазина. Кладет монетки на прилавок. Взамен двумя пальцами берет пачку сметаны, прячет рот сумочки и уходит ровнющей спиной, видной издалека. Муромская красавица, жаль без коромысла.
*
Продавщица мороженого посмотрела в мое лицо и спросила вдруг:
- А вашу маму не Ира зовут?
Я растерялась и, разумеется, тут же забыла, как зовут мою маму. Всплывало только отчество. Тетка улыбнулась:
- Просто похожа очень!
*
В Муроме ездит ржавая громыхающая мусорная машина. На ней написано издевательское "Подарим городу доброе утро!" Еще встретился плакат "Спорт - это не предмет роскоши, его отсутствие ничем возместить нельзя". Я вяло проговариваю в своей голове второй день: "Спорт - это вообще не предмет...."
*
По улице шли значительно беременная девушка и ее спутник, обнимающий большой арбуз. Объемы настоящего и фальшивого животов были так сходны, что я решила, будто бы парень из солидарности ходит так, не покладая рук.
*
Слова вокруг меня играют в разные игры. Кто в лапту, кто в шахматы. Догоняют друг друга, салят.
В собачьем лагере весь день только и было что разговоров о пропаже знакомого пса из соседней деревни. Хозяевам решили помочь и занялись поисками. Несколько часов люди бродили по просеке, по окрестным поселкам и в результате нашли забредшую в старый коровник суку. Искали, разумеется, взяв с собой своих псов, чтобы те не скучали одни в пустых палатках. Отдыхая, уже, в сотый раз вспоминая все приключения, рассказывая о них какому-то новичку, Лена вздыхает:
- И она забралась в дальний угол, не вытащишь. Ее, понимаешь, тут, как говорится, с собаками ищут, а она прячется.
Я оборачиваюсь посмотреть восхищенно на такое виртуозное мастерство слога. Собачники искали собаку с собаками. Почему жизни таки можно маслить масло?

*
Продолжая словесные игрища, по 5 раз на дню люди подходят к вороху тонких березовых обрезков, которые не нужно рубить, а достаточно переломить пополам руками. И говорят одно и то же: «Как же ломает ломать эти дрова». Это как напевать знакомую песенку. Разученную.
*
Анжела говорит кому-то:
- Мы вторую бутылку сожгли уже.
Я понимаю, что она имеет в виду коробку из-под вина, из стекла по причине походной жизни давно никто не пьет. Но всё равно долго вглядываюсь в костер, высматриваю зеленый прозрачный бутылочный бок. Смысл слов прибит аршинными гвоздями во мне.
*
Идем мимо коровника, я жалуюсь, что отвратительный коровий запах прямо въедается в одежду. Сережа жалеет буренок, поучительно защищает:
- Ну что ты, только подумай, ведь и сыр, и масло, и творог, и сметана – всё из них вот, изнутри этих….
Провожая глазами облепленный навозом пароходный зад телки:
- Ужас вообще!
*
На стенке рядом пришлепнуты две рекламные наклейки, которые обычно размещают на дверях магазинов «К себе» и «От себя». Сережа, проходя мимо, бросает:
- Гляди, пиво Пит мечется.
*
Женщина несет большой прозрачный пакет, набитый чем-то съестным. Приглядываюсь, это множество маленьких замороженных пицц. Тут их продают в развес. Представляю стреляющегося итальянца. Или лучше мстящего. Например, кипятящего водку. Но так уже отмщены японцы, кажется.
*
Юля рассказывает о чудо-коне, на котором ей довелось прокатиться. Он так плавно ее вез, так бережно, что она будто бы плыла, вместо привычной тряски на прочих лошадях.
- И даже на галопе можно было пить чай! Это как… как…
- Иномарка, - вздыхает понимающе Сережа.
*
Аня пересказывала байку о рыбаке, который купил живых карпов, выпустил их в ванну, а ночью не мог уснуть, всё думал, будут ли они там клевать, если их начать удить. Встал с постели, набросил штормовку и пошел проверять. Жена проснулась и вызвала скорую помощь.
Не знаю, по-моему, совершенно нелюбопытная жена, скучная и недальновидная. Вдруг получилось бы, свой мужик всегда был бы под боком, и безо всяких бухих приятелей. И без любовниц еще.
*
На крышке трехлитровой банки с соком изображена сильно улыбающаяся румяная молодка. Под ее грудью большие буквы встали полукругом, как если бы это была школьная фотография. Ими написано «ПОМИДОРЬЕ». Сок был яблочный. У меня весь вечер болела голова, я пыталась простить Мичурина.
*
Ира выразилась о какой-то территориально отдаленной точке фразой "к херу на географию". Я думаю об этих словах две недели. Кроме надобности идти на урок к учителю с такой вот фамилией, ничего в мою голову не приходит. Издалека идет, видимо.
*
Если выедать леща изнутри, то чешуя и подчешурье остаются нетронутыми. С изнанки всё это очень напоминает опустошенный початок кукурузы.
*
Аня взахлеб рассказывает про красивую кобылу, которую она недавно видела. Расписывает ее грацию, стать, плавные линии. В конце выдыхает изнеможенно:
- Да она... она... такая, что я ... что мне...
Я гадаю, что может быть она скажет, мол, хочется ее купить. Но она договаривает:
- Что мне хочется стать конем вообще...
Весьма плотски.
*
Пижма - это, конечно, обгаданная ромашка.
*
Возле костра кто-то вяло бренчит битловскую «Yesterday». Слышится ворчание:
- Да от твоей игры Леннон в гробу вертится.
- Это Маккартни песня, он жив еще.
- Ладно, но учти, ему сейчас очень нездоровится.
*
Я очень хочу один раз в жизни хорошенько выпить чаю с выдумывателями названий. Чтобы уж порасспросить их. Почему, к примеру, магазин аудио-видео техники у них называется «Мармелад», а свинина в меню, наоборот, «Дубинушка»?
*
Воздух нашпигован мелькающими крошечными самолетами. Осы, комары, слепни, жуки, бабочки - все представители разных авиакомпаний. Бипланам-стрекозам вечно не дают посадки и они любят друг друга прямо в воздухе, или это у них дозаправка. Удивительно, никто ни с кем не сталкивается, воздушные потоки поделены и контролируются каким-то далеким и бессонным диспетчером. А птицы, это, конечно, уже международные авиалинии.
*
Костер вечером, солнце днем. От них жар постоянный, держащий тебя как варево на медленном огне, причем будто бы ты уха, которую готовят много дней. На ночь ставят в холодильник, и там так замерзаешь, что и сам уж прыгаешь на эту плиту утром. Мне долго не было тепло, а было только жарко, и холодно. Стало быть, теперь я - закаленная сталь.

Ночью поездом метро возвращались домой с юга мама и дочь. Обложены подушками сумок и пакетов, обе стеснительно загорелые, в ярких одинаковых майках какого-то детского фестиваля. На майках изображено отчаянно улыбающееся солнце само в черных очках. Вероятно, оно себя обожает, аж слепит.
*
Пьяноватый мужчина нес связку роз на очень длинных стеблях, как фашистские флаги на параде победы. То есть на вытянутой руке, ниц.
*
Самодельная театральная касса в переходе метро свернула картонные створки, как спящая бабочка. Наклеен листок с предупреждением "касса не работает до августа". Никаких точных дат, сезон и все. Как скульптуры в парках заколачивают в вертикальные гробики со щелями в посюсторонний мирок.
*
Небольшая доза алкоголя облагораживает всех. Оглаживает легкой волной, как рассыпчатый суетный песок превращает в гладь. А перебор, всегда проигрыш в «очко». Шторм выносит всякую дрянь со дна.
*
Поняла, что с листа я стихи воспринимаю очень тяжело. А с голосом справляюсь неплохо. Это как дети хорошо умеют есть, когда их кормят с ложки, прямо в рот.
*
Скачу по ступенькам настроения вниз-вверх, перемахиваю через стопку их сразу, поберечь бы колени. Разлить бы успокоительное по коленным чашечкам.
*
А можно попросить ваш шампунь от перхоти подойти к поезду моему, попрощаться? Он так у вас отменно и с перхотью, и с зудом.... Не жалея, но как-то по-доброму, без ненависти. Пусть придет, быстро простимся и я уеду. Ну вы же сказали "заставит вас проститься". Убедит, думала....
*
Я каждый день дважды проезжаю мимо автомобильного завода ЗИЛ. Над проходной расположено специальное табло с загорающимися, согласно погоде, секциями. "Снег", "дождь", "гололед" и прочие.... Вероятно, это необходимо для водителей автобусов, которые должны уметь прогнозировать состояние дорог. Не знаю. Но мне это табло раз от раза кажется то гадальным, то волшебным. В последнем случае хочется прокрасться и вывернуть на полную "солнечно".
*
Ценят всегда то, что можно потерять. И то, что трудно досталось. Понято, почему так часто себя недолюбливаешь. И родился-то даром и хрен теперь потеряешься.
*
Люди хотят, чтобы все было проще. Чтобы плохие и хорошие. Чтобы право и чтобы лево. И даже фотографию предпочитают черно-белую.
*
Очень обидно понять, что циник и романтик - это не конечные точки. Не антиподы. Не антонимы. Не враги. Перевалочные пункты в дороге. А ждут тебя где-то еще очень-очень далеко. И в лицо граждан ожидающих ты не знаешь. -1 и +1 от нуля эти циники и романтики. Плечевые суставы левой и правой раскинутых рук. А край где-то в бесконечности, на кончиках пальцев.
*
Летом совершенно нечего ждать, все свое существо перевешивая через мысленный блестящий поручень, куда-то туда, в будущие три месяца тепла и солнца без тарифных ограничений. Уже наступило оно, когда все даром, для всех. Надо радоваться, не надо напрягаться. Все кажется, что куда-то все сдернули, сбежали, сорвались и там вдалеке жрут это лето ложками, а ты все там и не там. И ложка в сапоге ржавеет, как тот меч из сказки, когда одному из братьев плохо.
*
Пустые бутылки на площади расставлены будто шашки. Не шахматы, ибо все бутылки пива одного сорта.
*
Есть очень занудные календари. Подразумевая в тебе непроходимого тупицу, они дают расклад сразу на три месяца. Текущий - в центре, прошедший - крышей, будущий - подвалом. Что есть, что было, что будет. Хочется потребовать то, чем сердце успокоится
*
Именем соседа по лестничной клетке часто не интересуешься. В талант близкого человека не особенно веришь. Авторитетом выбираешь кого-то далекого, не из своих. В этой связи думается, что органы человеческого тела, теснящиеся плечом к плечу где-то в серединке, как начинка в пироге, должны больше всего уважать головной мозг. Отдельный офис. В пентхаусе. Офисменеджерское сердце боготворят вряд ли.
*
Складка на спине коленки похожа, несомненно, на плотно сжатые губы. На улыбку такими губами. Если человек склонен к полноте, то по углам и этой его улыбки тоже набухают небольшие щечки.
*
Вся лестница супермаркета замусорена шелухой от семечек. Черно-белые, то рубашкой, то мастью повернутые отсохшие крылышки жуков.

Наверное, в России даже на стартовой площадке ракет можно встретить семечки. Неистребимо. Помню, мы обустраивали только что купленный деревенский дом под дачу, ломали какие-то стены. В том числе разбирали самодельный топчан на террасе. Когда сняли доски, ужаснулись, под ним были невероятные горы семечной шелухи. Деревенским было лень плевать в кулак, они просто кидали мусор в щель, когда-то еще придется там убирать. Выпало нам. К слову, все стены были оклеены там плакатами Госстраха, где розовая девочка съезжала на санках под колеса автомобиля. Ее полные ужаса глаза пялились из каждого угла, как мертвые души.
*
Опять аплодировала моли. Иди, думала, сука, на бис, иди.
*
Объявление: Даю понять.
*
На крыше автомобиля прилажена чугунная ванна. Прокрашен один только борт, бока и спина - ржавые, неровные, грязные. Понятно, лицо при макияже, попа в целлюлите, ибо никогда не была востребована. А стояла бы не у стены - как пить дать занялась бы тылами.
*
У гимназии лозунг "Ты еще не с нами?!". Печально жму руку криейторам, - "Нет, мои дорогие, я не с вами уже".
*
Они спорят, какие конфеты уместнее дарить женщине "Гвардейские" или "Сказки Пушкина". А я думаю, что женщине, конечно, известнее гибрид "Гвардейские сказки", и виноват, разумеется, Пушкин.
*
Вместо пропуска в военном госпитале выдают кусочек линолеума с фиолетовой печатью, на проходной его требуют предъявить в развернутом виде. В холле стоит аккуратно ампутированный бюст доктора Вишневского с некой субстанцией в руках, отчетливо напоминающей человеческую печень.
В буфете ко мне приставал раненый полковник. К концу беседы он повторял свой номер телефона, хвалил за глаза и руки, а когда я встала из-за стола, присвистнул и одобрил рост. Начинали же мы с Набокова. Увидел обложку и поинтересовался:
- А, Набоков.... Наверняка "Мастер и Маргарита"....
*
В Хлыновском тупике бард-кафе "Гнездо Глухаря". За углом на Б.Никитской уже кабачок "Ни пуха ни пера".
*
По Пречистинке шагал мужчина с сачком. Позолоченная сетка, бамбуковая, лаком блестящая ручка. Мастерам ловли наверное дарят с инкрустацией и гравировкой. И футляры бывают наверняка, интимно розовые внутри.
*
А в Болгарии, говорят, на деньгах изображены святые. Заслуженные на крупных купюрах, а невыдающиеся на мелочи?
*
Среди занятых мест в вагоне одно пустует, на нем кто-то оставил газету. Вошедшая женщина садится вместо газеты и принимается ее читать, раздраженно встряхивая, если страницы неаккуратно загибаются.
*
Пожилая дама прислушивается к объявлению станций, часто заглядывает в белый лист, прижатый к груди. На джинсовой ее панаме пришиты липучки, прижав их как надо, можно получить ковбойскую джинсовую панаму с круто завернутыми краями. На выходе заглядываю в ее листок. Красным маркером во весь большой лист написано "станция СОКОЛЬНИКИ".
*
Все чаще кажется, что тебя в предлагаемые обстоятельства ставят, будто пешку на шахматную доску. Сразу в середину партии. Ни начать игру самому не дают, ни выбрать цвет из зажатого кулачка за спиной.
*
Потрясает также то, что живем бесплатно. Без выходных, без праздников, без отпусков. Сто через сто.
*
Современных чудаков и ломает-то как-то аккуратно. Как складной метр, в специально оборудованных местах. Ты думаешь, у него ломка, а у него просто такое сложение. И складочки тальком уже просыпаны. Складированы за углом. Вскладчину можно купить. Такой расклад. Плывешь в Индию, а все Америки и Америки, короче говоря.
*
Оказывается, сейчас делают специальный детский пластырь. Он не белый, не бежевый, а яркий, цветной со смешными рисунками.
Почему же все больничное и аптекарское для взрослых такое безнадежное?
Вообще я подозреваю, что вся эта серость и унылость красок жизни, все эти неприятности - просто настройки по умолчанию.
*
Братец пишет из Болгарии про море. Я спрашиваю, правда ли там на деньгах изображены святые.
- Правда, и я решил при расплате креститься, - отвечает.
*
Надо собрать псовых отходов на анализ, бо подозрения и врач велел. Плетемся утром с банками в сумке на прогулку. Чертыхаясь, следим. На обратной дороге замечаю, что на пакете крупными буквами краснеют буквы ТВОЁ.

Парикмахер Катя каждый раз сетует, что со мной у нее уходит в два раза больше времени на обычные процедуры, и косметика расходуется сверх нормы, потому что у меня очень много волос. Сегодня сказала мне, - "вот отрастила на свою голову".
Вот так жизнь и оскорбляет меня словесно, и дарит подарки лингвистически.
*
Так часто вымокаю под дождем насквозь этим летом, что кажется, будто бы кто-то наверху решил, что я - концентрат. То есть свойства нормы приму по растворении.
*
Она была сладкая девочка. И ногти - леденцы, и щечки - зефир, и даже позвоночник - чурчхелла.
*
Нам как-то перестали продавать готовые четверки. Все чаще теперь отдельно запакованные "два", "два" и знак "умножить". И дальше сами, сами как-нибудь.
*
Журнал FHM взял и сколотил стольню самых сексуальных женщин планеты. Достойными посчитал тела и лица близняшек Мэри Кейт и Эшли Олсен. Посчитал, к слову, из рук вон плохо - обеих за одну. То есть врет обложка. Сто одна там внутри женщина. Это что же, одинаковые уже и не люди?!
*
- Посмотрел правде в глаза. Обиделся.
- А я думаю, что главное, не заглядывать ей в рот. В зубы не смотреть.
- Загрызет?
- Хуже, если примет за жвачку.
- В этом случае получится самоедство?
- Безотходное производство!
- Безохотное... Неохотное...
*
Поздно, он устал и хочет отдыхать. Я кручусь вокруг, дергаю, прошу сделать в новом ремне дополнительную дырку, иначе с меня падают джинсы. Я ною и умоляю, я скачу по квартире и стенаю. Он говорит, что ему сейчас просто невмоготу вставать с кровати и искать шило. Я отвечаю, что у нас в доме шила и нет. Да нет, - усмехается, - есть. Подойди и повернись ко мне спиной, я достану, - говорит. Гад.
*
Вчера моя любимая тетушка с серьезным лицом объяснила мне про карму. Сказала, что крысы - это чванливые в прошлом белки. Их лишили шикарного хвоста и отобрали высоту.
И запретили краситься в рыжий, подумала я.
*
Звоню отцу, сразу после привета сообщает мне:
- Кот вынудил меня к убийству. Это ужасно.
- К-к-к-ота..?! - замираю я.
- Да нет, что ты. Кот принес мне крота. Живого, Оля. Впрыгнул в форточку, скинул на обеденный стол огромного крота и убежал. Ну что мне было делать. Я убийца, так жалко, знаешь....
- Ты очень худенькая. Я видел передачу про больных девочек, они отказываются от еды, ты ешь, пожалуйста, там. Вообще ты же в меня, а я люблю поесть. И готовлю я хорошо. Я тут понял, зачем я готовлю такую вкусную еду! Чтобы облизывать тарелки хотелось, тогда посуду мыть не надо, я же тут один.
*
Стало совершенно очевидно, что смерть близких я переношу легко. Но очень тяжело переношу свою собственную жизнь после таких потерь.
*
Вчера случайно нажала на плюшевое зеленое яблоко. Раздался хруст, как если бы оно укусило меня за палец. Я очень боюсь всех этих солнышек в темных очках, кусающих яблок, морковок с зубами. Это какие-то невозможно самопоглощающие существа.
И еще те коровы из известной шутки, что пьют молоко.
*
Гадала на киношной афише. Снимали плакат "Мадагаскара" с веселенькими разноцветными зверьками и я ждала, на что его заменят. Водрузили "Время волков" с мрачной волчьей мордой. Баста, карапузики, что ли....
*
Совершенно потрясли меня запчасти к игрушечным домикам. Среди них - крошечные стулья, столы, ступеньки для маленьких лестниц, в том числе и винтовых, велосипеды, шкафы и камины. А еще люди. Человечки разных калибров. Они прикреплены за головы по десятку к единой пластмассовой палочке. Такие ягоды будто бы. Когда-то мы все так и росли, а потом какой-то искусник построил свой мирок и решил - пора бы заселять. И отстриг от палочки-пуповинки-черенка.
*
В новостях сообщили, что на Бермудских островах отключилось электричество. Смутное ощущение, что сейчас начнут всплывать обветшалые и измученные корабли и самолеты в Бермудском треугольнике.
*
Многолетний преступник.
Корни мерзких наклонностей прекрасно переносят зиму.
*
Один приятель рассказывал другому про своего знакомого. Говорил, что у того в квартире по комнатам развешаны разные гипсовые части человеческого тела, купленные в художественном салоне. В кухне - губы, в ванне - две руки, над полочкой с духами жены - нос, над стереоустановкой - ухо. Пока рассказ тек, приятель теребил во рту один главный вопрос:
- Ну, а что, что у них было в спальне?
- Хм...кажется, голая баба какая-то....
- Черт... будешь у него в гостях, нацарапай на стенке правильный ответ.
*
Дети не понимают, зачем взрослые смотрят новости. Скучное же. Потом вырастают и чувствуют, что все защиты с тебя уже отсохли, как луковая шелуха и теперь всё, что происходит, тебя касается.
*
Кассиры Макдональдса складывают мелочь в пакетики от детской картошки. Аптекари должны тогда в скляночки, а булочники пусть лепят себе ленинские копилки.
*
Женщины как-то приспособленнее мужчин. Среди дам ведь нет импотентов. Инхотенты только случаются.
*
Некоторые люди так подло меняются. Как детальки конструктора Лего, навыращивают себе за ночь новых пупырышков, а ты теперь сиди и углубляй себя нужными ямками, чтоб совпадать продолжать.
*
N рассказывает про умершую соседку.
- И ты понимаешь, она ведь артистка была. Столовое серебро, книжные полки до потолка, паркет сияет. Такая вся утонченная, возвышенная, хрупкие руки, гордый профиль. Спина в струнку вытянута, воротнички белые. Заебала всех...
*
Встретились с черной кошкой. Посмотрела на нее в смысле "может быть, не надо, я исходно в нужном тебе состоянии".
Она на меня посмотрела также. Откуда мы знаем, какие там у кошек приметы. Разошлись, спасенные.
*
В дополнение к ужасающим меня вещам вроде солнца в черных очках и кусающего зеленого яблока, прибавились игрушка для псов в виде собачки и печенье для людей в форме человечков. Детское печенье в виде крошечных человечков.
*
ЧП "Дуплищев" почему-то занимается окнами. Сережа говорит, что это название обязан отбить для себя практикующий зубной врач. Меж тем, на соседней улице есть детская стоматологическая клиника с вывеской "Зубренок". Всё-то у них смешалось: зубы, бобрята, ребята.
*
Она легко выгнулась, ловко потом распрямилась и все-таки выполнила этот сложный элемент. Питания.
*
Магазин по продаже тельняшек сразу заставляет вспоминать наивность заявления о том, что все китайцы на одно лицо.
*
По Тверской шел мальчик с железной кружкой. Шел и пил. Не попрошайничал.
*
Девушка одета в джинсы с очень низкой талией. Шрам от аппендицита сияет росчерком. Хочется подойти, погладить и поинтересоваться "Как все прошло, не больно было?"
*
Большие пальцы ног - это самое интимное на вид место, по-моему. Сейчас они и остальные пальцы повылезали из-под ремешков женских босоножек и глазеют любопытно. Ужасно уныло делается от их бесконечного количества на улицах и в метро. Как по коридору тюрьмы идешь, а они выстроились вдоль решеток и смотрят с укором.

*
По случаю холодов вчера был парад кожаных одежд в городе. В метро одновременно втроем схватились за поручень при резком рывке. Взметнулись три чекистских руки молотом - кулаком в окончании. "Рот-фронт!" хотелось выкрикнуть.
*
У Набокова прочла вчера
"На время он нашел мнимое успокоение в складных картинах для взрослых - "пузеля", как называли их, из больших кусков вырезанных по краю круглыми зубцами, как бисквиты петибер, и сцеплявшихся так крепко, что сложив картину, можно было поднимать, не ломая, целые части ее".
Это он про пазлы, про пазлы.
*
У Набокова же встретила "шахматный игрок". Как будто паровоз с неправильно пристегнутым вагоном. Этакий франт, сейчас развязно сбросит ферзя, крапленым конем шагнет.
*
Каждое утро меня поражает, как мы втроем из одинакового набора продуктов, заряженных в холодильник, умудряемся изображать разное. Как будто Набоковские "пузеля" усовершенствовали и их можно складывать всяко, что-нибудь да выйдет.
*
Что характерно, жизнь решила, что мы умные и начала подкидывать задачки со звездочкой. А потом заглянула в рот, и начала делать коктейли. По зубам чтобы. Лицом повернешься к уравнению, а сзади по плечу легонько похлопывает угол боксерского ринга. Когда чечевицу переберешь и розы высадишь, можешь приступать к лабораторной работе по выпариванию соли. Ею и приправишь гаспаччо, которого уже в нетерпении семеня пальцами по столу, требует вельможа из дополнительного задания.
Лично я хочу получить платиновую медаль с алмазом в пузе. Чтоб без проблем и взяток поступить в Рай.
*
По утрам иногда взыгрывает надежда. Масляными блинчиками подпрыгивает в стопке, в столбике уровня громкости.
А к вечеру подъедаешь уже, затихаешь как-то.
*
У девочки-подростка на боковом плавнике модной кепки ручкой крупно написано слово "ежик". Даже две точки на "е" прорисованы, и голову она зачем-то несет гордо, будто упирается подбородком в блюдо. Очень хочется иногда устроить истерику, но, чтоб утешать пришел самый главный. Вместо конфеты спрошу ответа на вопрос "А смысл?"
*
Протерли мониторы спиртовыми салфетками. На повторяющиеся восклицания каждого входящего уже хочется выстроиться в линейку с канапе и килькой.
*
Живу последнее время мокрым сложеным зонтом. Иногда вдруг пятерней расцветающим как дурак. Пока это не в ритме пульса, еще терпимо.
*
В больничной палате смотрят футбол, потом кинофильм "Бессонница", потом Playboy. Смотрящие через одного безноги, у меня ночное дежурство и с истерзанным неспаньем Аль Пачино мы пялимся друг на друга красными глазами и дышим высокопроцентным кофейным концентратом. Потом ночью телезрители стонут, а я гадаю - от боли или или плейбойски.
Жизнь наверняка смотрит на нас как на убогих аншлаговцев.
*
Если одну ночь пропустить, как лишнюю рюмку, то открывается третий глаз на лбу - фонарь на каске шахтера. Ходишь будто в темноте и видишь только то, что попадает в твой луч. Если голову держать ровно, то ты поезд. Если башкой крутить, то в городе либо воздушная атака, либо дискотека.

*
Соседка посадила во дворе маки. Они еще не распустились и торчат взволнованными зелеными сперматозоидами на тонких изогнутых ногах. Уставились на меня, будто им сказали "фас!"
*
Капот такси заботливо разрисован художником. Будто бы прорывается горсть орехов - реклама шоколада. Но похоже на взорванный живот с любопытными кишками. Вылезли и глядят.
*
Хороший практикующий отличник кармического труда поступает с планами так. Выстроит намерения и желания как кубики, пирамидкой, и потом с разворота в прыжке вдарит пяткой в самую середку. Пойдет чаю выпьет потом, о кубиках даже и не вспомнит. И все у него случается.
*
Каждый гений хранит свой талант в себе, как иконку, в красном уголке. И мысленно часто проверяет ее, нащупывая. Как пациент стоматолога любимую дырку или колхозник пристегнутые к трусам бумажные деньги.
*
Без некоторых людей я совсем как устрица. Но уже без перламутровой книжечки. Нечто неоформленное, слабенькое и очень близкое к гибели.
*
Внутри головы, ближе к затылку, у людей стоят яркие лампы. В глазах натянуты простынкой на четырех гвоздочках экраны. В проеме между - меняются слайды. Получаются разные взгляды. Затравленной девочки, полной дуры, влюбленной женщины..... Репертуар, меню.
*
Натерла ногу. Прилепила пластырь, больно стало меньше. Подумала, что когда чего-нибудь болит, просто надо найти место, где натирает и чем. А если ты весь как-то болишь, то просто жизнь тебе не по размеру. Не по тебе.
*
Пса-барчука в нашем доме обслуживаем мы все втроем по очереди. У каждого свои часы. Не потому что мы дрались, кому посчастливится, а потом поделили. Нет, просто так получается. Каждый, сдавая пост, подробно рассказывает сменяющему о новостях, смешном и тревожном, что случилось за вахту. И еще каждый делает большие глаза, предостерегает и дает советы, вроде няньке сдает кровную дитятю. Как будто у нас три пса с очень разными характерами. Все с тяжелыми.
*
Мне очень нравится смотреть, как пассажиры заполняют собой неожиданно подошедший пустой вагон. Даже думаю как-нибудь загадать на 6 счастливых усевшихся человек. 6 из 36.
*
Когда в меня падают мысли, я часто малодушно некоторые не пускаю, потому что жду, а что на сладкое.
*
Видела в метро негра в белой рубашке. Потрясающий контраст, безумно красиво. Очень переживала, что нам белым очень трудно воссоздать на себе что-то подобное по яркости. Потому что мы никакие не белые. Мы ж то ли розовые, то ли бежевые. Совершенно не с чем работать.

*
Опять позабыла блокнот, искала клочки, чтобы записать мелькнувшую мысль. Ничего не находилось. Рука дернулась, было, к книге писателя Гайдука, хотела воспользоваться белыми страницами. Потом нашла что-то другое. А теперь думаю, если бы я все же воспользовалась, можно было бы считать, что я продолжатель его дела?
*
Конечно, гениальным людям хорошо. Они как рыцари. Способности им и конь, и доспехи, и прекрасная дама. И защищены, и очарованы, и слегка над землей. Самодостаточны.
*
Влюбленный человек не похож ни на каких дурацких трогательных зайцев и котят, а уж тем более, голубков и идиотских мишек с открыток. На готовую к препарации отвратительно сексуально раскинувшуюся лягушку похож он. Живот беззащитно поднимается и опускается от дыхания. Как бьется сердце можно пронаблюдать. Легкий надрез - и вообще ни одной тайны. А если ударить в живот вдруг уменьшившимся кулачком, то она еще и обнимет его оторвавшимися от стола лапками. Нежно.
*
Я давно всем признаюсь, что у меня есть одна недостижимость, которая меня очень мучает. Я хочу быть худенькой, невысокой брюнеткой. Потому что это мой идеал. Но это невозможно. В этом мне Богом отказано категорически. Ведь если я даже похудею очень сильно, так, что обволоку нежно свой скелет, то уменьшиться в росте без потери здоровой функциональности я не смогу. При таких делах краситься в черный цвет по-моему бессмысленно.
*
Видела яркощекую девушку, которая шла, повернув голову к спутнику, и отчаянно смеялась. На ее груди была изображена распустившаяся роза. Клянусь, она тоже улыбалась.
*
Падая, девочка лет двенадцати впечатала перед моим лицом в стекло двери вагона такой красоты и трогательности руку, что я сразу простила всех педофилов и лесбиянок.
*
Эти кабели вдоль тоннелей метро, ведущие ариадновой нитью взгляд, если стоять у дверей, они как будто внутренности человечьи. Кишечник, вены, или артерии. А ты таблетка. У тебя куплен тур, едешь себе, смотришь. На месте прямо растворишься, так расслабишься.
*
Вся эта неуверенность в себе, все эти сомнения, страхи показаться глупым и никчемным – это все основа движения, творчества, развития. Без этого ничего не может быть. Это тот самый двигатель вечного внутреннего сгорания. От стыда.
*
Напротив сидит мужчина. Замученное лицо, тесная курточка, сомкнутые напряженные колени, весь как маленький кулачок. Серый, неприметный, но на ногах новенькие белоснежные кроссовки. Как будто мальчик из семьи пьющих родителей. А недавно был день рождения.
*
Многострадальный мой блокнот лежит в сумке, она закрывается на широкую ленту липучки. Каждое открытие сопровождается кошмарно громким треском. Это мои мысли салютуют по дохождении. Лягушонки в коробчонках.
*
Девочка отмахивается от мамы, поправляющей ей воротничок, с таким же выражением лица и изогнутого запястья, с которым капризничают девушки, мучая нежных мужчин. Кто, ну кто их учит этому. Все эти хмурые брови, дутые губы, обострившиеся скулы. Герцогиня не в духе.
*
Идем мимо детской площадки. Замечаю, что желоб горки покрашен красной краской. Мелькает мысль - «красная горка». И тут же следом - «пора жениться».
*
В магазине вдруг не оказалось пива. Я удивленно спрашиваю: «Почему?», и продавец мне отвечает: «Пятница…» с интонацией, которая могла бы быть у чукчи-оленевода с сигареточкой в горсти. На берегу сидит давно, многое видел и всему знает причину.
*
Замечаю у Сережи карманы у жилетки. Они в неожиданном месте, где-то в районе плеч. - Потайные? - спрашиваю, - Неудобные, - отвечает.
*
Я совсем не соответствую своим текстам, мне говорят. Видится вдумчивая, сосредоточенная и погруженная в себя девушка. Бегущая и смеющаяся я никак не подхожу, не узнают. Наверное, похоже, будто я еще недоросль и стащила у мамы дорогое украшение. Нацепила и разгуливаю.
*
Дотошный художник рисовал корову на плакатах сети ресторанов «Му-му». У нее фартук в форме вымени.
*
Молимся бегло, кратко, как набиваем sms. Ответов никогда не дожидаемся, только иногда самые удачливые получают подтверждение о доставке.
*
Сережа занялся просмотром Звездных войн. Всех частей подряд. Второй день в доме всю жизни заглушают взрывы, грохот, рев, крики и скрежет. Что-то пишу, но никак не могу сосредоточиться на мысли, соскакиваю, все кажется, что летим и гибнем мы, всей квартирой. Сержусь и мысленно кричу, - Когда же это кончится?! - а из колонок услужливо кто-то укоряет, - В астероидном поясе ты не перейдешь на скорость света!
Да ладно, ребят, я не тороплю в принципе-то.
*
Обсуждаем с Сережей целующуюся пару. Заспорили, я оправдываюсь, что, мол, трудно мне судить, ведь такой этап отношений у меня был довольно давно. Ну, - отвечает этот гад, - у меня такое было примерно с той же давностью….
*
Розовые треножники – лапки голубя похожи на конфеты «Раковые шейки». Самая страшная конфета детства.
*
Миттельшнауцер и седоватый его хозяин смотрятся ровесниками.
*
Рассказываю Сереже, что отец, скорее всего, останется зимовать у моря. - Ну, у него же здоровье, - сомневается Сережа. Формулирую нужное очень быстро: «Там, да, ему иногда бывает плохо. А здесь ему иногда бывает хорошо».
*
Вижу нарядно одетую, яркую девушку, идущую по стройке. Вот она остановилась, набирает sms в телефоне. Стоит красивая и аккуратная среди мусора. Одна оставшаяся целой конфета среди оберток.
*
Мне нравятся изогнутые по ладони бутылки бразильского пива BRAHMA. Только иногда после пары глотков, кажется, что ты напился, стал могучим и смял стекло.
*
Лежу с закрытыми глазами, сквозь легкий сон слушаю выступление Сергея Юрского по телевизору. Он читает стихи, мне нравится. Потом оказывается, что выступление было посвящено роли жестов в актерском мастерстве. Вершки с корешками перепутала.
*
Мама с дочкой шагают прогулкой по бульвару. Женщина держит мягкого ворсистого медведя как заложника, перехватив сгибом локтя его шею. Сейчас начнется шантаж - "Я прострелю ему башку, если ты не съешь свою кашу!"
*
Молоденькие девушки ходят в коротких юбках, часто рассматривая свои ноги в процессе движения. Может, туфли новые у них, но выглядит, будто у цапли прямо с утра ноги раздвинулись на пару колен. Как у удочки. И ей удивительно, но нравится.
*
Многие позволяют себе необдуманные метафоры и сравнения.
У меня, гордятся, крылья выросли. От любви.
А представим.
Просыпаетесь. Как-то садитесь на постели. Тянет назад тяжесть, спину, будто свело – это крылья, дружок. Тяжелые, если не повезло и любовь большая. Если двинуть плечом, там за спиной шевелится и шорох. Как гантели погонами лежат. Постоял, попривык. Перед осмысливанием перспектив, хорошо бы кофе. И тут на кухне и обнаружил, что рук нет. Ну какие руки, если теперь крылья. Вы видали ли птиц?
И все. Лети, конечно, куда хочешь. К любимому можно. Пусть с рук кормит, если у него еще все в порядке.
Нелепый ты, ужас. Смеются все. Крыльями есть, брать предметы, руль держать – все равно, что стихами на рынке торговаться. И неудобно и не к месту.
Можно полетать. Красиво, приятно. Но недолго - устаешь, голодный, холодно.
Влюбленные выживают в дикой природе очень редко, обычно меняют свои полеты на возможность хорошего маникюра и твердо схваченную ложку.
*
Многие расстраиваются, что богатое поначалу общение с прекрасным и многословным собеседником постепенно сводится до коротеньких сводок и приветприсутствий. Это расстройство понапрасну, если вдуматься, какой у всей этой ерунды механизм. Когда общение захватывает, хочется делиться всем увиденным, понятым и смешным. Но постоянной связи нет, приходится вываливать при встрече, дожидаться реакции и получать удовольствие в этой связи. Позже, основной набор реакций выучен, акварельными красочками лежит в коробочке. Красный, желтый, голубой. И уже не обязательно реальное подтверждение. Ты выносишь своего любимого собеседника за скобки и взвешиваешь прозрачным облачком около свей головы, как в мысль героя в комиксах. И разговариваешь с ним, у вас постоянный обмен, диалог. А когда доступен оригинал, конечно, скажешь ему "привет!", потому что глупо выкидывать форму для выпечки, когда пирог готов.
*
На площади перед кинотеатром стоит у нас теперь конструкция вроде железной мачты с отростками. Это универсалия такая придумана городскими властями. На новый год штырь обряжают елкой, ко дню победы обвешивают флагами. Ну что ж, мы и сами такие. Какая жизнь, то и нарастим на костях.
*
Толкнешь меня сильно, покачусь я. По пути придумаю, что мы бильярдные шары. Тебя кто-то совсем недавно обидел, а у меня луза теперь так же близко, как тот свет. Ну и смерть - выигрыш оптимиста.
*
По дороге домой танцевала зажатыми в ладони истраченными батарейками.
*
Грузный мужчина с гордым лицом жадно пьет минеральную воду. Обхватившая его, будто дерево, девушка приникла щекой и ухом к животу, куда льется вода. Расцветает улыбкой внезапного узнавания, как будто она недавно учила анатомию и все подтверждается.
*
Чувство полного хаоса в моей душе вызвала кореянка, одетая в леопардовое. Обуял страх, что всё в мире смешалось и мировые устои рухнули. Трижды медленно поднимала взгляд от ее груди к лицу, но негритянских пухлых губ как ни бывало!
*
Когда понятно устройство, теряешь уважение. Трудно также брать автограф у того, кому жаришь яичницу из двух яиц. Невозможно неровно дышать от восхищения при виде бывшего соседа по парте, который списывал у тебя химию. Близкий друг, с которым давно не виделись, не застав меня дома, утешился диском Гришковца и уехал, не дождавшись. А я думаю, ничего-ничего, Гришковцу тоже наверняка говорят: «Слышь, где у тебя тут Пелевин новый». Ну и у Пелевина тоже не без друзей…
*
Блокнот в сумке зажат между Набоковым и глянцевым журналом. Я так и вижу, как одним боком он стеснительно поник, а другим презрительно выкатил грудь колесом.
*
Копирайтеры, сочиняющие рекламу, все же бывают безумно ограничены. Их названия могут свести с ума. «Мир шкафов», к примеру, чистое убийство для клаустрофоба. А «жидкий сантехник», думается мне, должен приплывать по вызову в горячую точку, все исполнять и сливаться тихо, не прося на пиво. Желать ли ему семь футов под килем?
*
Я влюбляюсь во всё, теряя землю под ногами, так часто и легко, как будто я некондиционная фигурка из детского теста. Звездочки, треугольники и квадраты положено аккуратно, соблюдая углы и края, пропихивать в соответствующие прорези. Я же легко падаю во все.
*
На Тверской стоял мужчина с рукодельным плакатом против чего-то безумного и никому не интересного. Что-то какие-то фонды, руки прочь и айда. Каждому проходящему он слегка разворачивал эти свои неровные буквы и хмурился. Когда никого поблизости не было, лицо изрядно простело. Если же прохожие появлялись, на щеках начинал играть стыдливый восторг эксбициониста.
*
На малом Левитинском в окне жилого дома на уровне глаз плещется бассейн. Натуральный, с изогнутыми поручнями, игристой водой и чьими-то пластиковыми тапочками. А чудь далее проведя глаза, можно увидеть пуховый от тополей подъезд и затисканный домофон. Чудесный город.
*
В Камергерском шла старушка, на ходу развязывая плотный узел пакета с малюсенькbми миндальными печеньями. Нетерпение и возбуждение выходило из берегов морщин.
*
Заполняла квитанцию цифрами установленной заранее формы, соединяя точки. В результате получился стройный чужой почерк. Зауважала.
*
Моют пыльные окна, витрины. Человек в синем халате шваброй с намотанной тряпкой трет грань огромного пластикового кристалла. Далекое богатство невиданных размеров наверняка так и представляется беднякам.
*
Реклама каких-то путешествий взяла эмблемой большого рыжего кенгуру. Стандарты полотна не угадали, у кенгуру обидно обрезаны хвост и нос. На кирпичной стене нос и хвост резво подрисованы красочкой. Мучительно гадаю, оплачена ли площадь. И что было в квитанции - оплатить подносовое и подхвостовое пространство?
Да все деньги кенгуру под хвост ушли - пусть бы жалился маклер.
*
На фасаде старости средней руки 4 одинаковых барельефа-профиля. 4 башки-копии. Сразу думаю, что просто на складе кончились Ленины и Марксы. Оставались только Энгельсы. А Сталиных вообще не завозили.
*
Весь гуляющий маршрут в ушах резвилось латино. Получалось, что я гуляю где-то на югах, а те милиционеровы спины на самом деле - оборотная сторона пузатых полицейских с усами и кудрями. Обернувшись, менты очень кстати оказались грузинами.
*
Пытаюсь петь, сиплю и гнусавлю. Сережа награждает прижизненно - Соплистка Большого театра. *
*
Некоторые беседы так просты и неприкрыто просматриваемы на сто ходов вперед, как картинка в детской раскраске, в которой половина выведена каркасно черной линией, а вторую нужно дорисовать, соединив точки. И никакой фантазер не соединит эти точки иначе, избежав задумки художника, свернув этому первоначальному замыслу голову. Такие разговоры приводят в совершенное солдатское уныние, когда ты зритель, а со сцены массовик-затейник орет первую половину слова, вытягиваясь ухом и рукой лодкой к нему приложенной за твоей добавкой.
*
Еще нравятся пары взаимокопающие. Копают до истины, до основы - кто кого любит больше. Пока сомневается она, он роет землю, находя клады, закопанные всеми остальными женщинами, с первыми снами про золотоволосых девочек, с мамиными нежностями и бабушкиными оглаживаниями затылка. Найдет, принесет ей, смотри, для тебя только место оставил теперь. Она поверит и отправится копать, чтобы доказать, что тоже может подобно. Выскребет как опухоль из себя все отцовские подкидывания к небу, всех мужчин выдавит, все утра и абрисы плеч первых мальчиков в окне выложит из себя как товар, на который не хватает денег. Придет пустышкой - наливай своё.
Докопаются до опустошения. Заложат друг друга как в погреба и ждут жестоких морозов, чтоб истратить запасенное. А, черт побери, пить то не хочется.....
*
Очень тепло, дождевые капли редкие то тут, то там. Мужчина озадаченного (от "дача") вида, катит тележку, набитую садовым инвентарем и говорит своей спутнице в яркой косынке:
- Ну, какой это дождь? Это не дождь - слезы...
*
Разносторонние люди всегда привлекают. Как внушительная пачка купюр. Одну вытащишь, гульнешь по полной, а на утро с больной головой приятно обнаружить, что талия денежная не исхудала. Ознакомишься эдак с парой талантов, заскучаешь, а не тут-то было, шагай дальше осваивать. Но в основном пешие прогулки мало кто любит, всем больше нравится обожать что-то избранное. Так и стоят вокруг человека слепцами возле слона, общаются об необъятном на разных языках. Но это потому, что своей широты на верность только хватает.
*
Я уже несколько недель веду учет. Слежу, как люди проживают тополиный пух сквозь языковое. Кто с чем сравнивает. Мимо "перья из подушки" и "снежные хлопья" я, конечно, прохожу, игнорируя эти сыроежки. Из понравившегося "будто вычесывали белую старую собаку". Прекрасное "Боженька побывал в парикмахерской". Сама я останавливаюсь на "корм, только что брошенный в аквариум". Когда скапливается у бордюров, то уместно "пена в кастрюле с бурлящим бульоном". А друг сегодня изобразил "по всему дому пух коромыслом". То есть все отрабатывают фактуру, а он о пресыщенности объемами.
*
Энергичный мужчина пробежал, наступив на конфетную обертку. Цветная бумажка потянувшись было за каблуком, обессиленно опрокинулась белесой изнанкой к верху. А мы, дурачки, фантики на лестницах всегда ладонями шлепали.
*
У молодого военного погоны выгнулись как-то совершенно по-картежному. Эдакие, оставшиеся не сброшенными, дурачащие карты, углы четырьмя лапками перевернутого жука торчат на плечах.
*
Видала мужичка в галифе, в высоких хромовых сапогах, в руках пластмассовый мак. Сбежал, сбежал с репетиции.
*
Девушка плыла по платформе метро с таким возвышенным лицом, в таком невообразимо вечернем летящем наряде, что очень хотелось подойти и спросить «А как выйти к морю?».
*
Поджала коленки, сижу, уткнувшись в книжку. Сережа, проходя, укоризненно бросает, - А Набокова, между прочим, надо читать на боку.
Это хорошо еще, что я Нагибина не очень….
*
Сережа читает этикетку бальзама для волос. Вскрикивает, - «Эффект утюга»! С ним тебе все рассказывают, где спрятали деньги!
*
Картинка рекламы лечебного центра. Фигура, спиной изображающая сколиоз, скосила плечи и развернула ладони, будто заходит в воду. Похоже, что она сейчас начнет танцевать цыганочку.
*
В уличном перегоне метро девушка-продавщица заводит складный рассказ. Кожаный жилет, покрыта татуировками, на руках и шее тяжелые железные цепи. Продает пластырь. Будто предостерегает от чего-то.
*
У меня есть множество друзей, которые пишут, как поют. Поющих речитативом, к слову, нет. Несколько приятелей говорят, как отбивают телеграммы. Есть пара товарищей, разговаривающих цитатами, сносками, библиографическими справками. Имеются некоторые мастера выражаться готовыми постами. Кое-кто прохохатывает анекдот.ру. Кто-то живет в режиме телепередач, репортажей, новостных лент. А говорящий, будто на чистовик пишущий письмо своей любезной проживающей по адресу "19 век. ближе к началу", соблюдая все обороты, не брезгуя длиннотами, отступлениями, скрепочками "коих", "ибо", "порою" - один. В паузе воздух хочется промокнуть пресс-папье или посыпать мелким кварцевым песком, который сдуть легко в сторону, потом в конверт, расплавить сургуч и к ней, к ней отпустить. Ну а она, понятно, уже вензеля пальчиком на матовом своем выдохе выводит.
*
Папа грустит. Развлекает себя тем, что строит новый туалет. Выстроил, на пол положил новенький линолеум. В день торжественного открытия ко входу развернул красную ковровую дорожку, ждал оваций.
Думаю, что ждать разумнее по выходе.
*
Бежала, видела, как граждане откупоривали бутылку портвейна. Лето, трансформаторная будка опорой для спин, коричневатые бананы закуской завернулись рядом. Отметила, как они, улыбаясь, обнялись с терапевтическими похлопываниями. Через три минуты я бежала назад. Они били друг другу морды. Портвейн был недооткупорен. Никакое не пьянство во всем виновато.
*
Жалуюсь Сереже, что плохо выгляжу. Страшная такая, - вздыхаю.
Не бойся, - гладит меня по спине он.
*
Четверо искалеченных мужиков в больничной палате с радостными, просветлевшими лицами смотрят по телевизору бокс. На проигрывающего накидали как на единственную вешалку все свои беды, всех обидчиков. Тот качается во всех этих капустой надетых шубах и, конечно, остывает в нокауте.
*
Слежу за вертящимся на постели как юла дедом. Одновременно набираю смс. Через каждые две буквы поднимаю глаза, потом бросаю их обратно в экранчик. Со стороны наверное кажется, будто я срисовываю картинку.
*
Трое развязных теток расположились в Макдональдсе среди гамбургеров, и посылают свою малолетнюю спутницу в ларек за пивом, -Только смотри бегом туда и бегом обратно!
Девчушка уносится, а они вздыхают, - Вот выпустится Светка, кто у нас за школу бегать будет. Провалимся же в районе.
Черт, это у них выездная тренировка.
*
У гоночных шлемов оказывается тоже бывает размер. «М», «L» как у футболок. Меня это пугает. Шапочный, к примеру, размер меня не смущает, потому что всякие кепки и ушанки – это все-таки одежда для головы. А тут, будто сама голова однажды подобрана по размеру ко всему остальному.
*
Свадебный кортеж был модным. Молодые - в кабриолете, стоя и приветственно размахивая руками зевакам. Гости - в автобусе ремонтной службы, желтом с двумя красными полосами. Разобрались бы во что играют, в «Ночной дозор» или военный парад.
*
Определенно наш пес тянется к самому светлому. Раньше жрал книги, вчера уничтожил торшер. Карьера читателя для меня теперь окончательно закрыта. Писателя из меня вытравить сложнее. Хотя, мальчик вообще способный, кто знает.

*
Редко чье-то слово или мысль попадает в твоё сокровенное прицельно, в самый центр. Часто ты просто слышишь взрывы вдалеке, видишь поднятую пыль на линии горизонта. А иногда, как в игре "морской бой", тебе впечатывают удар ровно под бок. Точнехонько на соседнюю клетку, то есть почти коснулись и не знают об этом, вздохнули "мимо" и дальше шарить отправились, а ты затаился и только бы себя не выдать, а у твоих моряков суп в тарелках и компот в стаканах качнулся, они подняли головы, шеи напрягли.
*
В поезде метро трясет. Как будто слегка подбрасывают ягоды в дуршлаге. Наверное смородина, на лавке сидим, как прикрепленные к веточке.
*
Случайно сцепились с какой-то девушкой браслетами на ногах. Сразу представила нас двумя заключенными с гирьками на цепочках наручников-наножников. Мгновенно дорисовались полосатые наряды. У меня была трогательная шапочка. Пока распутывались, воображала, что это мы организуем побег. В результате девушкин браслет разорвался. Разошлись, а я подумала, далеко я с гирей не уйду.
*
На прогулке нам с псом навстречу выскочила встрепанная мелкая собачка в кофте. Одежонка ее была похожа на пижаму. В светлую крупную клетку, на ноздрястых пуговицах. Будто какую-то герцогиню за пакостный характер ночью превратили в животное, а она выбежала скандалить, не заметив.
*
Почему-то мои боги, ну те, что ответственные за меня там, наверху, они поступают со мной как с больным, выдавая счастье строго дозированно, редко, по часам и непременно под роспись главного врача. Просчитать время выдачи невозможно, можно только до одури маячить в стиранном больничном халате в коридоре, прислушиваясь к бряцанию шприцов в процедурной, можно загадывать на цвет помады дежурной медсестры - если красная - дадут, малиновая - нет. Вспоминать прошлые разы и улыбаться, эко тогда было-то. Но подготовиться нельзя. Всегда неожиданно. Всегда вдруг, но всегда эффект ошеломляет. Целый день, от минут открытия глаз, до минут укладывания морщинок под ресницы - счастье. Не разбавленное какое, а концентрат. И, конечно, думаешь, что уж растянешь это сокровище теперь до следующего раза, уж теперь-то, поумнев, не растратишь сразу. Черта с два. Уже на следующий день дворняжьей собакой с наивным взглядом тянешь морду к верху - еще, сестричка, а то помру. Но сестричка холодна и с журналом выдачи.
*
Некоторые йогурты разливают теперь в пластиковые бутылки совершенно дурацкого цвета. Мутно розового и грязновато голубого. Когда я вижу людей, пьющих из таких бутылок, то подавляю в себе недоумение "зачем они пьют из игрушечных кеглей?!"
*
В типографии жду менеджера. Он всё не выходит из своего кабинета, занят с кем-то еще. Вдруг чувствую какое-то нехорошее волнение. Понимаю, кажется, что я в ожидании приема у врача - коридор, двери, скамейка, долго не зовут.

*
Только недавно меня осенило. Можно худеть сколь угодно сильно, но может оказаться, что под жиром прячется тоже плохая фигура.
*
Вижу вывеску "Пьяный дятел. Пивной кабачок". Ну где выдержка стиля опять?! Если "дятел", то "пьяный", если "кабачок", то "пьяненький"!
*
Не могу никак я понять, зачем в мармеладных мишках так кропотливо выделаны глаза и рот. Если ешь не пристально, тебе все равно, а когда рассматриваешь, то замечаешь, что выделаны они так, что у изделия морда совершенно и не медвежья. Расстраиваешься от несовершенства.
*
Линии жизни, любви и удачи с ладоней со временем проявляются на лице. Морщинами становятся вокруг глаз, остреют при улыбке. Они не так извилисты, но гораздо глубже. Прямыми линиями нотной страницы расходятся к вискам. Хочется провести пальцем, погадать о сбывшемся, о случившемся не так, как обещалось на ладони. Без этих линий глаза будто голые, и не то, чтобы раздетые, а просто как обезьяны недоэволюционировавшие пока до стыда обнаженности. Наивные и простые, скучноватые, как букварь для второклассника.
Интересно, папа Карло прорезал бы Буратино вокруг глаз морщинками его годы? Как кольца. Деревянный же. Положено.
*
Потепление народ воспринял с невиданным уже месяцев 9 энтузиазмом. Относил в себе лето это и прытко побежал рожать.
*
Когда мы смотрели вчера полуфинал «Евровидения», я все думала про те страны, где эти посланники сильно популярны. Ни хрена ж себе, причитала, вкусы у людей, и мысленно искала на карте столицы этих государств, дабы проверить климатическую обстановку, вдруг есть какая-то зависимость. Нету. А от нас, конечно же, надо было Стоцкую слать. Когда я ее вижу, я цепенею. Большое всё. Глаза, рот, руки, ноги - огромных и ярких размеров. Будто бы поезд на тебя несется, оглушительно грохочет и огни, огни. Все зрители превратились бы в ковбоев, на которых несется этот поезд. Причем с белой простыни как в фильме с Мироновым и Караченцевым, то есть ни с того, ни с сего.
Мы б точно тогда эту долгожданную дыру в бюджете завоевали!
*
Когда я слышу рассказы о том, как кто-то в детстве и юности бросал школу, сбегал из семьи, воровал деньги, сильно напивался, обманывал близких, дрался со шпаной, бил витрины .... Так вот, при этом у меня возникает какое-то обманутое "А что, можно было?"
*
Когда забываешь переключить раскладку на клавиатуре и шпаришь - встукиваешь клавишами текст, краем глаза замечая эту ошибку свою, то отчетливое чувство, что ты просто вдруг заговорила на иностранном языке. Потрясающая к тому же скоропись. Так это приятно, что иногда трудно остановиться, так и множишь бессмыслицу с превосходством вновь обретенных способностей гения.


*
Офисные женщины 8-го марта пьют и их белые блузки теряют свежесть с каждым новым тостом за красоту и любовь. Один мужчина принес торт, который пек всю ночь, если не врет. Женщины осторожно берут по третьему куску, озабоченно переспрашивая рецепт... диеты.

*
Пес слушается моих команд, но как-то не сразу, не с первого раза, а только после нескольких повторов, и нужна интонация нажимом, с крепким словом вдогонку. На что-то этот процесс похож. На управление телевизором пультом с полусевшими батарейками. Давишь на кнопку, давишь, руку все прицельнее к красному огоньку ведешь. Только что-то не стреляется, осечка за осечкой.
*
Сережа не может выбрать, что ему надеть. Советуется. Я отвечаю, что, мол, можно замшевую куртку. Уходит, возвращается в теплой вельветовой, жалуется, что будет ему в ней жарко. Да нет же, говорю, не вельвет, замша.
- Перепутал, - отвечает, - они так похожи....
*
Видела в метро очень высокую, худую девушку. Подумала, что ведь таким людям ничего не остается, как становиться моделями. Тогда их будут возить в автомобилях и они не рискуют попасть в толпу, где все пялятся на них. А как не пялиться, если они как динозавры среди пуделей. Вышагивают, виновато поджимая ноги, ища место, куда бы поставить каждую следующую, делая шаг. Приходится им выбирать яркую одежду, носить яркий грим - так они оправдывают внимание. Да, мол, говорят их фигуры, тут есть на что посмотреть. А если без такой мишуры, сразу очень жалко.
*
Конкурс «Евровидение» всегда так поздно проходит, что я никогда не могу выдержать до конца и засыпаю. Несколько лет подряд утро следующего дня для меня как для юной актрисочки театра после первой премьеры. До первой газеты. Не ясно, проснулся знаменитым или нет.
*
Мама придала в салоне красоты бровям изящную форму. Выкрасила в темный цвет. Я дала ей распечатку своих записок и брови теперь летают над ее лицом будто морские чайки, только молча. Говорит, - Культурный шок, Оля. Папа тоже выбрал слово "шок". Но, думаю, что это свидетельство не моей гениальности, а моей глухой замкнутости от них. Конечно, они теперь смотрят на меня, как на обложку пластинки "Алиса в стране чудес", где у девочки на лбу открытая дверь в прекрасный сад. В голове дыра, в дыре чуднОе.
Через пару часов мама подходит и поправляется, - Нет, Оля не шок, а восхищенное удивление. Мама теперь как я, занята подбором слов. Скоро у нас будет семейный бизнес.
*
Встрепанная кассирша в супермаркете, наверняка отбывающая еще ночную смену, с мольбой просит мелочь. Соседка набирает ей помощь, а она приговаривает, - Спасибо, спасибо тебе, а то, видишь, я совсем босиком.
*
Вижу на оранжевой спине дворника надпись:
Сделаем город чище
Новиков
На серьезе раздумываю минут эдак пять про то, где ж такие Новики, и отчего они такой уж эталон.
*
С тех пор как я завела блокнот, чтоб не терять мысли, они совершенно обнаглели и вместо того, чтоб пугаться и не приходить, повалили с большей силой, как летние туристы в недорогой, но очень чистенький отель. И теперь я перед монитором раскрываю этот блокнот, как кошелек. Сверяю наличность.
*
Эти четыре килограмма, которые мне так мешают, никак не хотят уходить. Как засидевшиеся гости, которых неудобно выгнать. Я намекаю, я смотрю на часы, я даже уже снимаю при них вечернее платье, в надежде, что они сообразят и засобираются восвояси. То есть я иногда пропускаю обед, раз в неделю минут пять делаю зарядку, и многократно делаю печальное лицо перед зеркалом. Не помогает. Устроить грубость в виде отказа от ужина, нормальной тренировки и расчетов калорий мне не позволяет воспитание.

*
Палатка "Красная шапочка" - пирожки. Вроде все правильно - корзинка, бабушка, лес. А все равно как-то подташнивает. Кто-то кого-то съел, начинка.
*
В метро тесно. Я и так не выношу, когда ко мне прикасаются незнакомцы, но эти к тому же делают это без удовольствия.
*
На уровне моих глаз широкие, круглые бедра девушки в кожаных брюках. По всей линии обзора вдоль - толстая, каштановая косища. Резинкой она перехвачена по середине и остается длинный пушистый хвост практически до коленных сгибов. Встаю со скамейки, девушка слишком резко кончается. А, ясно. Я приняла ее за лошадь. Рассчитывала на круп.
*
Проспала, голова тяжелая, солнце слепит, просачивая себя сквозь узкие жалюзи, и оттого режет остро. Оно стеснено, злится. Я злюсь тоже, не могу найти летнюю свою обувь, с тоской гляжу и на вешалку, на которой все еще шубы, лето опять упало вдруг, как яблоко. Прыгаю то на одной, то на другой ноге, меряя то, что нашла. Все кажется неподходящим, выбираю новые туфли. Они тесные, идти неудобно и больно. Чувствую себя русалочкой. Где принц и почему я так болтлива....
*
Двор у нас тоже хороший. Отчетливо ощущаются три лагеря, которые не могут поделить зоны влияния. Три армии, три мафии. Мамы, старушки и собачники.
Причем ненависть проходит в цепочке по типу «каждый с каждым», то есть никогда эти кланы не организовывают коалиций, не объединяют усилий против кого-то оставшегося, в чем, конечно же, и есть причины проигрыша всех. Мамаш бесят собачники и их собаки, потому что псы прыгают на детей и гадят вблизи песочниц, старушек бесят мамаши и их чада, потому что карапузы громко вопят, носятся по газонам и кидают свои мячи в развешанное белье. Собачников бесят и старушки, машущие своими палками перед мордами питомцев, и мамаши, орущие при любом приближении к площадке их молодняка. Старушек тоже бесят собаки. Мамаш тоже бесят старушки. Все взаимно.
Что делать непонятно, потому что двор один, и представителей всех трех кланов примерно поровну. Косяк старушек, конечно, со временем редеет, но откуда-то они черпают подкрепление, их вообще хорошо снабжают, и нервы у них крепче. Вообще у них в полку мощные подготовительные занятия наверняка устраивают. Откуда бы они знали столько способов травить собак и столько матерных слов в применении к рождению детей. Одна старушка при мне так материлась, что ее морщины на время даже разгладились, так подвижна была ее мимика.
Мамаши и собачники не так мощны, потому что они не за себя, они за своих подопечных, им есть что терять.
Еще есть перебежчики. Старушки собачницы. И бабушки с детьми.
Мамаши же с собаками – редкость. Я подозреваю, что они ведут двойную игру. Час с ребенком, час собакой.
В данный момент я служу собачникам. С тревогой думаю о том, что мне суждено побывать в распоряжении каждой из армий. Приходят мысли о карме, цикличности, судьбе и неизбежности. Поэтому я очень вежливо бьюсь с противниками. Как-то предусмотрительно деликатничаю.

*
Из окон кабака видна дорога, на которой толпятся покатые серые и блестящие крыши автомобилей. Они напоминают спины рыб, идущих на нерест. Та же теснота округлостей, а внутри люди, мечущие икру с досады.
*
На лавке, встроившись друг в друга эшеровскими ящерицами, спят два бомжа. Один в тельняшке и кожанке, другой в шерстных носках. Рядом стоит ополовиненная бутылка газировки "Буратино". Жизнерадостные нарумяненные щеки этого мальчика одного цвета с носами спящих.
*
Место для кнопки на моем блокноте приходится аккурат на стену башни, нарисованной на обложке. Там на стене от кнопки вмятина, будто от вражеского снаряда. Но людишки под башней изображены средневековые, не было тогда таких снарядов. Такая неразбериха в моей голове постоянно, невозможно жить.
*
Эти электрические бритвы и эпиляторы, это же натурально маленькие газонокосилки. К ним бы приделывать маленькие кабиночки и сажать мужичков в промасленных кепочках. Пусть бы себе работали, руки бы хоть были свободны.
*
Меня смущает одно. Почему, когда человек говорит что-то вроде "я люблю тебя", то ему ставится как бы зачет автоматом. Он получает какие-то права, бонусы, скидки и прочие дармовые одолжения. Его как-будто поощряют за тяжелый труд и большую ответственность, которую он на себя взвалил. Хвалят молодцом. Даже предмет любви часто убивает своим идиотским "спасибо", будто ты ему чаю принес, когда ему самому из-под одеяла не хотелось вылезать.
Но ведь все не так.
Любить - это как быть родом из Чернобыля. Полагается молоко за вредность, сочувствие и опущенные от несправедливости руки.
*
К платью трудно, но можно, подобрать обувь. Сложно, но получается, выбрать сумку. Но невозможно подобрать походку!
В моем распоряжении нет такой.
*
Пристроила сирень в стакан с недопитым чаем. Подумала, ведь чай зеленый с жасмином, есть что-то родственное, подружатся.
*
Купила на обед кусок сыра с плесенью. В холодильник нести лень. размышляю, если его оставить в тепле на пару часов, ему станет хуже или лучше?*
*
Я иногда вру. Иногда божественно, иногда безбожно. Я знаю, в кого я так умею.
Мы стояли с отцом на площади и продавали его картины. Какой-то покупатель спросил, были ли у отца выставки. И папа, внезапно рассердившись, (выставок никогда не случалось) выпалил:
- Выставки! Да вы знаете, как это отвратительно! Вот у меня была выставка во Франкфурте-на-Майне, так все мои картины там украли!
Покупатель отошел ошарашенный.
Папа срочно выпил водки из припасенной фляжки и спросил задумчиво:
- Ну почему же именно во Франкфурте .....
*
Есть такая разновидность "я тебя люблю", вроде как если на свежевыстиранную майку падает вдруг спелая сочная ягода. Расплывается досадное пятно. Сверху над ним причитается: "Ну во-о-о-о-т".
*
У него на пиджаке полоски вдоль. На лбу морщинки поперек. Если немного дорисовать, все лицо - множество т-образных перекрестков.
*
В метро надпись "Выход в город" воспринимается как праздничные планы большого семейства.
*
Бежит на тебя зверь, а ты ни черта не ловец. И зверь не в курсе.
*
Было солнце и я достала яблоко. Вприкуску с солнцем я его ела. Сквозь улыбку тек яблочный сок. Когда доела, смогла улыбнуться шире. И вот улыбающаяся натолкнулась взглядом на женщину, идущую мне навстречу. Она улыбалась тоже. Как только мы друг друга просекли, улыбки наши слезли, застеснялись. От мужчин мы их не скрывали, а от друг друга почему-то попрятали. Увидели, как глупо мы смотримся. Женщина женщине - отличное зеркало.
*
Без моих родинок, которые с легкостью могли бы заселить город-тысячник, я бы чувствовала себя, как попростевший жираф, как дорожная зебра, после зимы. А с ними я астронавт.
*
Самоирония представляется мне просто обыкновенным коньяком. Торт становится самодостаточным. Мне только непонятно, как же так извернуться и самозаправиться. Чтоб тебя не обсмеяли, как облили неосторожно. А так, чтобы самой тонким шприцом в серединку.
*
Большой фудкорт. Между столиками лавирует пара старушек. Обе в складочках лица, с брошами на воротниках. Одна другую пристраивает, - Садитесь, я вам принесу пирожное, - и удаляется. Тотчас взволнованная возвращается, - Вам какое, с кремом или с фруктами?Сижу и закладываю всю свою голову под ужасно великий процент, что скажет про фрукты. Точно, огромные куски воздуха под фруктами.Они. До. Сих. Пор. Думают. О фигурах.
*
Никогда не пойму, почему в стане военных, у которых одна из самых распространенных команд "Отставить!", так много сильно пьющих.



*
Ревность - это как надоевшая жвачка во рту. Давно изжевана польза - все твои остатки-недостатки вытащены из труднодоступных мест, состав их уже вполне понятен. А ты все жуешь и жуешь эту дрянь, и вид у тебя пошлый.
*
Внезапно влюбившийся друг не похож ни на выигравшего в лотерею (билет не покупал, за тиражом не следил), ни на нашедшего клад (в земле не ковырялся, конкурентов - пиратов не пронзал шпагой), а похож на космонавта, улетающего к новой планете. Не понятно, когда же вернется и, главное, не обидят ли его зеленые человечки.
*
Меня идея часто так захватывает, что я не в силах следить за мелочами. В институте нам задали написать терапевтическую сказку. Я выбрала тему страха ненужности в старости. Придумала историю про древние деревья, которые хотели срубить люди, но потом сберегли. Получилось отменно, вышибало слезу и самой хотелось стать старенькой, чтоб кто-нибудь сберег. Сдала, получила пятерку и похвалы. Потом перечитала и ужаснулась. В конце было пронзительное: "Старые, мудрые кедры защищали людей от испепеляющего солнца своими широкими листьями-ладонями".
*
Сонный пес точь в точь как мохнатый пластилин. Кажется, из него при желании еще можно сложить собачьего журавлика, используя искусство оригами. Но я ленюсь.
*
Пьем пиво. Трогательный бармен заботится осторожно. Со стульями в кабаке не рассчитали и он тихонько волнуется:
- Стойка высоковата... Может, вам трубочку?
*
Тележка в супермаркете слишком нагружена и я ее не могу удержать на горке съезда. Сережа сочувственно мне:
- Что, скатилась?
И потом ей вслед:
- Скатина!
*
Почти ночь, мы внезапно выстрелившиеся на шашлыки, обнаруживаем себя в полутьме посреди поля с желтыми цветами. Какие-то упрямые угли, новенькие комары, распахнутые багажники машин, как крылья майских жуков. Пес плывет в поле. Его голова где-то вдалеке, как профиль Лох-Несского чудовища.
*
Когда псу жарко, он дышит часто, в ритме счетчика такси. Пересчитываю купюры в мысленном кошельке.
*
Красивая женщина несет большую свою грудь, как на подносе. К четвертому столику, где, наверное, завтракают.
А я думаю, что такие формы похожи на два удобных футляра для сердец. Один для своего, в другой она складывает краденые и разбитые чужие.


*
Высокая, худенькая девушка со смешной косичкой напоминает вертикальную таксу.
*
Люди, предпочитающие пеструю одежду, в метро оказываются проигравшими. Никто не видит их границ, обойти их трудно, толкают. Им бы в джунгли, а здесь изволь быть заметным. Другие правила.
*
В моих наушниках тяжеловатый гитарный проигрыш, очень громко. Ребята, наверное, так роют ход насквозь от уха до уха. Ну, пусть, вздыхаю, может, они давно не виделись, все стерео, да стерео. Только куда они выкопанный грунт девать станут....
*
На рекламном плакате чья-то озорная рука превратила зефир Шармэль в грузинскую полосатую муху. Рука проиллюстрировала превращение. Какая-то закорючка с крылышками. Не похоже совершенно.
*
Иногда сам себе напоминаешь маятник в старых напольных часах. Носит тебя от стенки до стенки, к жизни близко-близко, но за стеклом и в пыльном ящике. Разглядеть ничего не успеваешь, остановиться не можешь, выйти не мечтаешь. Как грустный мим белыми ладонями по воображаемому стеклу. Быстро-быстро, лягушечкой.
*
- Наша Оля всем нравится, - говорят про меня девочки кому-то кокетничающему, пока я наливаю себе кофе. Ухожу и размышляю, то ли я червонец, то ли на мне, куда ни посмотри, везде надето лицо.
*
Все время советуют искать себя. Найдешь себя, говорят, и всё будет у тебя тогда. И хорошо, и вообще будет, а потом уж разберешься как именно. Искать, будто тебя жестоко расчленили и по свету назакапывали. Ходишь, роешь, то кусок найдешь знатный, то клочок жалкий. Собираешь, копишь. В конце концов надоест, отчаешься, засядешь найденным довольствоваться. Заскучаешь, бросишься кого другого искать. Хвать, а и там только на себя натыкаешься. Еще пуще прежнего, нет, чтоб сразу в других-то рыскать, уже б полнехонько было.
Есть, есть, говорят, счастливчики, которых только напополам разорвало, второго отыщут и ладно, уже срослись и счастливы, а тебя как гранатой взорвали, до смерти маешься ползаешь.

*
Пес чует весну и не слушается на прогулке. Зову его и чувствую, что хочется как-то угрубить его кличку, чтобы пообиднее кричалось. Не пойму никак, что крутится на языке и не говорится. Потом поняла - я хочу позвать его по фамилии.
*
Когда молодые родители жалуются, что их дети растут с изъянами в характере, я их успокаиваю своим примером. Вот, рассказываю, брат мой раньше боялся в магазине отдать продавцу чек на игрушечную машинку, а я в пять лет легко сбежала от мамы в вагон-ресторан с молодым военным.
Сейчас же мой брат даже улыбается оглушительно, носится по всему миру и подделывает документы. Его боятся все продавцы всех машинок. Я же с недоверием отношусь к военным любого возраста, а заодно боюсь и продавцов, и брата.
*
"Гости" или "близкие" люди, прихода которых ждешь к себе домой, легко определить по порыву "протереть полочку в ванной". Если гости - три скорее. Если свои - какая к черту полочка, успеть бы все рассказать, насмотреться, впечатление о тебе уже не изъесть теперь никакой грязью на полочке. Теперь только чем посерьезнее. А "гости" - это хрупкое еще, его и полочка может пустить по неверному направлению роста. Вырастет потом большое, а у самого корня изъян - полочка у них грязная.
*
Я сделала ей заказ "чай такой-то, два пирожных". Пока я читала и ждала, неожиданно пришел Сережа. Официантка оперативно додумала мою жизнь и принесла заказ так - две чашки, две ложки, два пирожных - каждое на своей тарелке. Сережа через минуту так же неожиданно ушел, а я осталась Алисой у глупого шляпника. Вот я, и вот сервированная пустота напротив. Мне очень хотелось попить из обеих чашек, поесть обоими ложками. Но я не стала, а вместо этого просто несколько раз мысленно сменила воображаемого собеседника. Чудесно провела время, многих повидала.
*
Граждане автомобилисты, отвыкшие от метрополитена, и вдруг вынужденные совершить поездку с его использованием, ведут себя достойно. Из всех сил они пытаются не забыть правила дорожного движения, быть уважительными и внимательными к партнерам на пешеходной дороге. И их ужасно злит, что пассажиропоток, двигаясь плотными рядами по переходам и лестницам, не сигналит поворотниками при перестроении из ряда в ряд, совершенно не держит дистанцию и ползет в крайнем левом, задумчиво и неспешно, будто в каком крайнем правом, как поливальные машины и трактора. И, черт побери, совершенно некуда жать, чтоб выразить свое нетерпение. Не материться же в конце концов, да и нет светофоров, чтоб аргументировать свое "ну давай уже, ё-мое, госсспади".
*
А увлеченные чем-то люди, они так прекрасны. Потому что у них есть интерес. Ну вот когда без дураков, в самом деле, натурально, точно. Вся их жизнь становится на определенный бок и едет, будто автогонщик-каскадер на двух колесах из четырех возможных. Но едет красиво.
Владельцы охотничьих собак удивительны. Огромная мансарда, человек двадцать. Щебет, смех, рукопожатия, фотографии. А вот вместо фотокарточек по кругу пущена рулеточным шариком дохлая птица с длинным клювом. Это не чучело, это просто мертвая птица. Пальцы перебирают перья, гладят клюв, сгибом нежат затылочек, губы приговаривают "красавец". Я пропускаю очередь, а моя соседка твердым, уверенным движением отрезает птице крыло. Заворачивает в тряпицу, улыбается "коллекция растет". И хруста совсем не было. Хобби.
*
Сейчас вернулась мода на аккуратные женские сапожки. Черные, высотой до уровня чуть выше щиколотки, в меру острый нос, тонкий каблучок. Классика, гимназистки, облучок. Ножек, обутых в такие сапожки, много и они (сапожки) настолько одинаковые, что кажется, будто это такие зверьки. И мужчины ходят на охоту, добывают их, ловко подстреливая, приносят усталые домой. Дамы добычу освежовывают, проверяя цельность застежек-молний, и нежно смазывают жиром для блеска. Потом носят.
*
Я считаю оскорбительным тот факт, что диетический 1% кефир называется "Коровушка". Что за намеки, я же купила уже этот пакет, продемонстрировав, что таки моя фигура меня устраивает не вполне. Зачем же добивать?!
*
Борьба с собой, со своими желаниями и порывами к глупостям очень напоминает силовое состязание с сильным, крепким противником. Так и чувствуешь под пальцами упругие напряженные мышцы его и все время пытаешься поудобнее перехватить то, за что удалось уцепиться. Но соперник все время выкручивается и выскальзывает, будто огромный прорезиненный масляный блин.
*
Не знаю я, как там насчет часа волка, а в офисе в районе четырех начинается оживление на лестнице. Стольких сотрудников за раз в другое время увидеть невозможно. Будто подгоняемые каким-то манящим интересом тянутся они. В согнутых прямым углом школьного треугольника руках несут они свои чашки. Похоже на ярмарку - чашки цветные, разные, выдающие владельцев с головой. Вот белая с именем, вот пестрая с пухлой ручкой, чистые, грязные, с ложками и без, с уже насыпанными крупами кофе, с уже повесившимися пакетиками чая. Будто на прогулку питомцев выводят. Как к поилке лосей.
*
Не знаю, как у людей получается друг друга понимать. В прямом смысле - как же удается точно понять смысл слов, которые произнесены кем-то для тебя. Любое слово имеет миллионы оттенков, их порядок - дополнительный миллиард, а интонации, контекст и прочее - уже запредельные числа. Ты все понимаешь - расшифровываешь, как хочешь сам. Какой процент в тебя попадет в изначально задуманном виде? Ничтожный. Женщины, так те вообще в зависимости от настроения, фразу "Закрой окно" могут перевести и как признание в любви, и как предложение в это окно выброситься. Я знаю, что удивляет это не только меня. И можно было бы комнаты переговоров устроить, чтобы особенно важные темы там обсуждать, выкладывая на препарирование каждое словцо, капая на него реактивами и смотря на скукоживания подтекстов и домыслов. Но подлость есть и в этом кристальном варианте. Сам говорящий в момент лихого удара языком, будто хлыстом, не может точно выбрать, что же он хочет выразить.
Тем, кто знает, что хочет и выражает это, ставят памятники, издают их в красивых обложках и проходят в школах. Только вот проблемка - это всегда монологи. А ты попробуй ответа дождись.
*
У зубного врача меня мучили. Боль, звук внедряющихся сверел и даже характерные запахи я переношу легко, но они нашли способ сделать пытки извращенными.
Уже зафиксировав мой рот в виде открытого предотпускного чемодана, повесив через край губ ручкой зонта слюнной насос, а главное - уже вколов мне анестезию, обездвижившую мой язык и челюсть, врач и помощник начали такой диалог:
- А вот тут в рецепте пишут "имбирь". Чего это? А?
- Ну... такое что-то. Новомодное.
- Наверное, как орешек.
- Нет, я видела в порошке, точно.
- Ну, молотый орешек.
- А вот бывают имбирные пряники. А тут рецепт рыбы. Как же так?

Дальше следовал 20-минутный диалог относительно вероятности встречи этого загадочного фрукта (!) в магазинах, сделан вывод, что это невозможная редкость и из рецепта потому его следует жестоко вычеркнуть. Потом они заключили, что ваниль - это сахар.

Как только мне вынули изо рта все устройства, я отерла рукой замерзшие губы и выпалила:
- Имбирь из вашего рецепта - это корень, продается в любом супермаркете, стоит недорого, следует чистить и натирать. К рыбе подходит - не вычеркивайте. А ваниль - та вообще в стручках!

Затыкать рот женщине - все равно, что замуровывать дверь туалета в пивной.
*
А хорошо бы, когда мы все умрем, устроить разбор полетов. Такой, как в театре после спектакля делают. Эдак собраться всем за столом с пирогами и под самоварное пыхание пообсуждать, кто да как. И вот баранку за щекой не дожевав, кричишь, смехом захлебываясь, на ту сторону стола кому-то, - "Ну а ты вообще тогда дал нам жизни! Представить себе не могла". Или кто-то тебе, лихо под бок пихнув, - "А в 92-ом тебе-то просто надо было позвонить и все. А ты наделала дел, глупая". И только и слышалось бы, - "А Васька-то, Васька каков!", "Натаха, конечно, звезда, была", "Зря бабулю не уберегли вот...", "А я такой выхожу и говорю им....", "И разревелась, как дура...".
Пироги, конечно, были бы с яблоками. Может, еще с капустой.
*
Отсохшие от сердца люди все же остаются какими-то черенками. Нет уже ни лица, ни голоса, ни слов, ни запаха, ни даже трепыхания знакомого имени, а все равно остается что-то неожиданное в своей ненужности. Родинка над губой, сгиб локтя, уголок глаза с морщинами - стрелками или смешной звук не выговариваемой буквы. И что делать с этим сокровищем, таким же, как у детки в коробке с бусинами и пустыми флаконами из-под мамины духов.
*
Весь лес забит лыжниками, как аквариум рыбами. Разные, цветные, маленькие и старенькие с разными лыжами-плавниками. Дорог нет, есть только лыжни. И сверху сыпется снег, как корм. Плавно, виляя мохнато.
*
Я поняла, почему у некоторых людей получается сочинять по-настоящему смешные тексты. У них чувство юмора потому что хорошее. То есть они на себе проверяют. Сами себе расскажут и прислушиваются. И если слышат смех свой, тотчас бегут записывать, значит получилось!
*
Мы хотели выдрессировать пса. Он вошел в стадию подростка и убегает от нас на прогулке. Мы знаем все про стимул-реакцию и читали книги по кинологии. Там пишут, что при отказе от выполнения команд, следует дать отрицательное подкрепление. То есть сделать больно, неприятно. Советуют кидать что-то гремящее, для получения резкого пугающего звука. Нужна жестяная банка с монетами внутри. Банки нет, монеты есть. Решаем положить в коробку, тоже ведь гремит изрядно. Но коробка может размокнуть, если упадет. Оборачиваем в пакет, завязываем его узлом.
Идем. Вот эта рыжая сволочь устремилась. Кидаем. Пакет рвется, деньги рассыпаются по асфальту. Стоим. Слышим, - "На деньги ловите?"
*
В какие-то дни я совершенно не могу смотреть в окна домов. Особенно, когда темно, а они горят всем своим нутром наизнанку. В них видно все так отчетливо, что я просто будто проваливаюсь внутрь. Оказываюсь за столом с семейством, цедя с дурацкой улыбкой, - "здрссссте". Они ошарашенно достают мне еще один прибор. Или бухаюсь рядом с школьником, старательно переписывающим начисто задание. "Здесь вот поправь", - говорю ему. Он замирает с открытым ртом. Вдруг приземляюсь около болтающей по телефону девушки. "Он не позвонит, поймите. Не надо ждать. Вас же Вася из второго подъезда любит. А он в летном учится"...
А у меня ведь и своих дел навалом...
*
Наблюдала предновогодний торговый центр. Два часа пялилась, нависая над кофе, на людей, мишуру, подарки. Один час посвятила разглядыванию девушки - ангела. Это была промо-девушка-ангел. Она горестно сидела и приделывала себе крылья. Костюм ей выдали со сломанными. Они распадались на две половинки и никак не крепились на спине. Она всё сидела и сидела, пробовала и роняла, завязывала какие-то веревочки. Я смотрела с высоты второго этажа и не могла слышать, что говорит девушка-ангел. Но уверена, что она произносила: "Чёрт, чёрт!"
*
Сознание моё лениво и в состоянии покоя легко сворачивается до стен помещения, в котором находится тело, максимально расширяясь всего на десяток километров вокруг. Лежит, свернутое в узел, уютно плесневея в складках и вычеркивает из списков существующего целые города, страны, континенты, климатические и часовые пояса, атмосферные явления, саму атмосферу, планеты и космос как таковой. Неудобно моему сознанию ощущать существование всех этих вещей ежемгновенно. Гораздо естественнее мыслить масштабом спального района, простраивая кратчайшую кривую от метро до квартиры, и сравнивать цены в соседних аптеках. Искусственными пинками для этого лентяя, как правило, служат книги, фильмы, беседы с другими людьми, а также специальные усилия по расширению рамок, насильное восприятия себя самой в масштабе вселенной. Эдак раскрывающейся матрешкой: вот я, я сижу на стуле в кухне, а кухня в доме, а подняться если, то видно, что дом в городе, а город в стране и так далее до тех пор, куда хватит сил представить и ощутить. В особенно хорошие моменты выходит также приплести временные параметры, осознавая прошлые столетия и тысячелетия.
*
А через некоторые ситуации приходится идти одному, будто ты поезд и следуешь сквозь узкий туннель. Никого, подхватив под руки, с собой не проведешь для помощи. Нету ни для кого там места, ровно под твое тельце заточено испытаньице. То есть снаружи могут проводить, платочками махать, руки жать, хлопать по плечам, уже согнутым под груз опыта, который следует вынести, но ни шагу дальше. И снаружи встретят, губами ко лбу температуру померяют, пощечину для приведения в сознание, водой сбрызнут - пришел!
Как ты там ковырялся тоже маловажно. А тебе было душно, тесно, плохо и очень тяжело. Потому что один.
*
Давно раздумывала о том, как не соревноваться ни с кем, ни в чем. Особенно с друзьями, особенно с ровесниками. Чтоб не прикидывать разницу, не взвешивать достижения, не считать медали, не вести счет, счетов не сводить. Сказать как себе, что у всех всё свое и только относительно себя же можно мерять, а портняжным метром плотность чужого компота измерять - глупо. Янковский в кино говорит - у каждого своя беговая дорожка, беги по своей, незачем на чужую лезть. Нет, это совсем не помогает. Я же вижу, как он рядом бежит, да и финиш-то один. Придумала себе, пусть будут разные виды спорта. У Маши гребля, у меня прыжки в высоту. Но тоже не проходит. Звания всякие там, мастера эти спорта, олимпиады - везде. Есть что прокалькулировать. Придумала себе так - пусть совсем разные будут занятия. Маша, к примеру, всю жизнь по канату вверх лезет, а я конструктор собираю. Где нам пересечься? Негде.
А всё равно выходит, что Маша по канату залезает выше, чем я конструктор собираю.
*
В лесопарке видали кобеля далматинца. Его морда вся в пятнах, будто бы он плакал вареньем.
*
В аквариумах Якитории плавают очень искренние рыбы. Они открыты и прозрачны. Их видно насквозь в прямом смысле – хребет, пузырь и остальной инструментарий. Простушки.
*
В Третьяковке выставка Шагала. Два этажа, несколько залов. Он прожил долгую, почти столетнюю жизнь, наверняка из них рисовал лет 80, а мы увидели все эти годы за десяток десятков шагов в джинсах, минут за 40. Болит голова, в ней и так-то было тесновато.
При входе можно взять устройство, которое тебе расскажет мужским голосом что-то о картинах. Набирай как на телефоне очень короткий двухзначный номер и слушай. Всегда дозваниваешься, результат гарантирован. Голос рассказчика-экскурсовода не сухой, а влажно бархатный, его совершенно невозможно выносить, так и ждешь, что вот-вот пригласит на кофе. Но нет, только символизм цвета, розовые и голубые любовники, полет над Витебском, портрет жены художника. Этот голос волнует только чужая любовь. Поскольку мастеру нравилось и казалось единственно возможным выходом – рисовать картины-ребусы, то без влажного недолюбовника разгадать их трудно. Мой урожай – две-три, а в остальном удивленно плоское «много коз и евреев».
*
Вычищенный город. Флаги, плакаты, паркетно натертые стекла витрин, чеширские улыбки в воздухе. И нет людей. И нет машин.
«Людей просят удалиться из города, во избежание беспорядков при проведении празднования». Празднования кем? Милые устроители дома чудища из Аленького цветочка. « Мама все приготовит и уйдет справлять новый год к соседке…» Да мы все пойдем, подожди нас, мама.
Мистическая разряженная пустота, это страшно, будто бы нейтронная бомба сбылась аккурат ко дню победы над железом и мясом.
- Социалистический режим движения, - хвалит друг пустые полосы дороги. Мы едем одиноко, как маленький самолет по взлетке.
*
В кабаке на экране показывают кино. Про немцев. Война ведь. Только почему-то про немецких солдат, и что-то в этой громкой нескончаемой резкой речи есть противоестественное, будто мы уселись в том варианте, когда они победили. Ну, такой оккупированный кабак. Пьем, едим, видимся. Только вот голоса эти, кровь и взрывы. Дождь еще такой надолгий, с пузырями. Стою под елкой, пережидаю, мну телефон смс, пес послушно сидит рядом. И он, и я, когда льет, становимся кудрявыми. Чужой ребенок коляске вытирает зефирной ладошкой капли со сдобной щеки. Сейчас его повезут в пряничный домик.
*
На выставке много красавиц. По большей части почти голых, чтобы исключить процедуру приготовления мужчин. Чтобы сразу сделать их готовыми к употреблению. Эдакий фастфуд, уже даже не полуфабрикат. Они ходят гордые и улыбчивые, прекрасно зная, какого калибра взгляды ловит их нижняя спина. Потом греются в туалете под сушилкой для рук. Обычные женщины иссушают воду с настоящих рук, они – слюнявые отпечатки воображаемых.
*
Полная крупногубая брюнетка с очень короткой стрижкой с подвизгиванием вырывает из рук приятеля мотоциклетный шлем. Примеряет и ее голова выравнивается по степени округлости с ее бедрами. Когда снимает – головы резко становится мало.
*
Сережа простужен. Болея дома, весь день протаскивает свое мутное и спутанное сознание сквозь все 17 мгновений весны Штирлица. Аспирин и любопытство действуют как надо, и он понял, что это - хороший фильм, там есть смысл, а не только крутое тесто для анекдотов. Правда, говорит, что несколько получасовых забытий посредине серий ничем не повредили общему пониманию. Удовлетворенно сообщает, что 10 минут рассматривания Плейшнером медведей в зоопарке он проспал с особым удовольствием.
*
Вместо замшелого универмага строят новенький пивной ресторан. Большие зеленые вывески кричат, что тут будут пить пиво BECKS. Идут работы по отделке потолков и стен, в витринах видны свисающие шнуры, замершие в широком шаге стремянки, ведра с побелкой и ребята в газетных шапках, присевшие отдохнуть с бутылками Клинского.
*
Коротким платьем выключаю мозг. Причем как для других, так и для себя. Сразу становится очевидно, что напрягаться не следует. Можно молчать, можно даже не улыбаться, эти мелочи никого не волнуют – голос, улыбка, голова как дозорная башня над ногами. Принцы больше не добираются до башни с царевной – с них довольно стен.
*
Два комплимента бьют с размаху, укладывая в нокаут - «Слушай, а я тебя не узнал, смотрю какая-то красивая девушка стоит, а это ты» и «А я улыбаюсь стою, как идиот, думаю, что за тоненькая барышня такая у нас новая, а это ты». А это я.
*
Гроза, ливень, нас троих зазывает знакомый, ловит машину, подвозит. Он изрядно пьян, потому глаголит истину. Та коварная, другая смешная, указывая в мою сторону: «Всего боится». Сообщает мне, что влюблен, просит о выполнении его заветного желания – отводит мою челку с левого глаза. Да, все же по бедности души – это моя самая главная загадка.
*
В просвет двери павильона виден большой логотип – вертикальные красно- синие полосы. С улицы заходит важный господин и кажется филиалом - цвет и ритм полос галстука совпадает с окрасом логотипа за его спиной. Легкие улыбки Бога я люблю. Как художник художника, я его понимаю.
*
По утрам все еще даю цирковые представления. Сначала долго заменяю батарейки в плеере, расположившись в телефонной будке. Затем иду, погрузившись в слушание аудиоверсии «Заповедника», где артист расставляет неожиданные акценты и женские реплики дает измененным голосом, отчего-то с прибалтийским акцентом. Вдруг очнувшись обнаруживаю, что иду в толпе беззонтичных и сухих людей с открытым зонтом, а также, что шнурки на правом и левом моем ботинке завязаны очевидно различными способами. Просто с утра был дождь, и я поверила в него, не перепроверяя его данность со сменой района города, а со шнурками - просто не обратила внимания еще в магазине. Наверняка кто-то из примерявших до меня, решил проэкспериментировать, но азарта хватило только на один башмак. Наверное, не понравилось в целом, и шнуровка не спасла положения.
*
Как запущенные одновременно подвижные головы собачек на бардачке, киваем вровень про то, как никто не любит гладить рубашки. Вздыхаем про мнущиеся плечи, ненавистные стрелки рукавов, промежности межпуговичья. N радостно вспоминает:
- А у меня бабушка обожает гладить рубашки! Только у нее совершенно это не получается, она их столько мне перепортила, ужас!
*
Утром, наконец отдохнув от недельной рабочей гонки, выхожу во двор. Столько листвы! Она прет с какой-то наглостью и плюет на то, хватает тебе времени, чтобы заметить ее или нет. Зеленеет и всё тут, хоть умри. Каждый год не успеваю засечь, когда весна становится летом. Замуж когда выходит эта головеткая девочка, превращаясь в хорошенькую молодую женушку в кружевном зеленом передничке. И готовит, готовит сразу же. Черемуха, яблони, что захочешь.
*
Новые люди знакомятся с тобой, будто листают журнал. То есть открывают наугад, пару строк выхватывая, и потом, зажав слегка пальцами, запускают страницы мелькать. И так хочется крикнуть: «Стой, ты неудачно открыл, погоди, я найду тебе интересную статью, а там еще такие фото на тридцатой странице!». И вообще хорошо бы с начала, чтобы с содержания, чтобы по порядку всё. От начала до конца, подробно.
*
А с гениальностью хочется, чтобы было так. Чтобы родители понимали, что их дитя особенное, гордились, осознавая твою роль в истории, весь масштаб и всю мощь, но в то же время, украдкой всплакнув, наливали тебе горячий суп и вспоминали, как ты с разбитыми коленками рвал соседские яблоки. Любимые чтобы любили тебя, прознав про твои способности, сильнее и крепче. Ценили, поддерживали, к месту вворачивали цитаты из тебя в беседе с кем-то чужим. Друзья пускай не понимают никаких твоих горизонтов и глубин. Пускай им важны будут твои веснушки, им даже можно играть в морской бой на последней странице твоей рукописи, проливать кофе на все остальные страницы, ощутимо пихать тебя в бок, и легенько дотрагиваться косточками кулака до подбородка, имитируя укоризненный удар. Пусть ждут тебя с церемонии вручения Нобелевки, приговаривая: «Черт, сколько можно этого урода ждать, пиво греется».
Короче, любимым труднее всего.